В чем заключается феномен долголетия спектакля «Очаи Зика и очаи Бика» по произведению Джумы Куддуса в постановке и исполнении заслуженных артистов РТ Толиба Бабаева и Джумахона Сироджева?
Наш разговор об этом и не только с Толибом БАБАЕВЫМ.
— Толиб, через два года будет 30-летний юбилей вашего спектакля «Очаи Зика и Очаи Бика»: впервые он был сыгран в 1984 году.
— Да, это так. Он был поставлен на сцене кулябского театра музыкальной комедии имени Саидали Вализода. Этот спектакль стал приносить бешеные доходы. Даже больше, чем приносили знаменитые певцы театра.
— Расскажите, как родились ваши знаменитые «старушки»?
— Совершенно случайно. Джумахон Сироджев, мой партнер по сцене, принес однажды газету «Комсомоли Тоджикистон», где увидел юмореску Джумы Куддуса «Старушки нашего села», персонажами которой были очаи Зика и очаи Бика — любительницы посплетничать, перемывать другим кости. И мы с ним сразу же решили: поставим спектакль. Правда, текст был переделан на 80 процентов, остались нетронутыми только персонажи и их характеры.
— В чем, на ваш взгляд, феноменальный успех вашего спектакля?
— Честно говоря, когда мы готовили его, даже не думали, что он будет иметь такой оглушительный успех! Он был показан более трех тысячи раз! И мы продолжаем его показывать, вот буквально несколько дней назад показывали его в Шаамбарах.
Может быть, успех спектакля можно объяснить тем, что мы затрагиваем в нем самые животрепещущие темы. Помимо этого мы импровизируем в каждом новом выступлении.
Скажу вам честно, мы ещё двадцать лет тому назад затрагивали тему упорядочения некоторых обрядов — свадеб, похорон и т. п. Говорили о ненужных, больших тратах. Хотя все это было на уровне «бабских» пересудов, но, как видите, мы зрили в корень.
— А на чем вы делаете свои импровизации?
— На слухах. И, как ни странно, они всегда сбывались. Например, говорили о том, что будут менять деньги — и это сбылось. С каждым спектаклем менялась тема, но она всегда была основана как бы на слухах, домыслах, услышанных от соседей, на улице, на работе…
— То есть, в каждом новом спектакле вы затрагиваете новую тему?
— Верно.
— Узнает ли кто себя в ваших героях?
— Да, и даже очень часто. Доходило порой до абсурда: с нами ругались, грозились подать на нас в суд за вмешательство в чужую личную жизнь. А мы просто бичуем недостатки в разных сферах нашей жизни, поднимая наболевшие темы…
— Так как недостатки в человеческом обществе, увы, не исчезнут никогда, боюсь, вашему спектаклю грозит бессмертие…
— Но мы с Джумахоном готовим и другие комедийные спектакли. Сейчас поставили спектакль «Специализированное ателье» по пьесе болгарского писателя Станислава Стратиева. Тема актуальна на все времена – она о работе ателье.
— Толиб, вы сказали, что часто ездите с выступлениями по республике. Но это стоит денег. Вас кто-то материально поддерживает?
— Нет, это только за счет доходов от показа спектаклей. У нас много так называемых короткометражных сцен.
— Как вы выбираете сценический материал?
— Это очень сложно. Много спорим при выборе, не хочется опускаться до пошлости, ибо тогда не останется юмора в истинном смысле этого слова. Над юмором вообще труднее работать, а то сейчас говорят, не думая…
— А про политику вы говорите?
— Нет, это неблагодарное занятие, да и бесполезно. Мы берем, в основном, бытовые темы: они не оставляют равнодушными никого.
— Роль Очаи Зика, наверняка, прославила вас.
— Ещё как! Бывало, когда меня искали и называли мое имя, никто из соседей не мог ничего ответить, но как только спрашивали, где живет очаи Зика, люди, тут же улыбаясь, показывали дом, в котором я живу.
— А серьезные роли у вас были?
— Да, конечно, это роль 1-го Министра в спектакле «Обыкновенное чудо» Е.Шварца в постановке Николая Щербина, роль Скапена в спектакле «Плутни Скапена» Мольера в постановке Мирзоватана Мирова. Господин Двоечник в спектакле «Ущелье неудач» Джумы Куддуса в постановке Исмата Ашурова; Хуршед в спектакле «Хуррият» Гани Абдулло в постановке Х. Майбалиева. Саидбухори — в «Фишор», Соки в спектакле «Крушение Джамбули мастона» С. Аюби в постановке М. Мирова и много других ролей в кулябском театре музыкальной комедии. В общей сложности я сыграл около ста ролей в театре и на телевидении.
— Как вы попали в театр?
— Мне было лет десять, когда нас повели в кино на фильм «Измена». Перед фильмом была встреча с Хабибулло Абдураззаковым и Абдухайром Касымовым. Они так забавно рассказывали о театре, кино, что я загорелся желанием стать актером.
— Но вы ещё и поете, насколько я знаю.
— Да, пел в спектаклях на сцене театра Куляба. Я окончил музыкальную школу по классу рубоб, но петь вне спектаклей рядом с такими корифеями, как Одина Хошим, Сураё Касымова, я не осмеливался.
— А как вы попали в Русский драматический театр?
— Причина — аллергическая болезнь моей первой, ныне покойной, жены. Аллергологи посоветовали переехать или в Шуроабад или Душанбе. Мы выбрали второй вариант. Но не помогло: через три месяца она покинула этот мир…
От первого брака у меня взрослые дочь и сын, у них уже свои семьи. Сын — преподаватель истории в вузе, дочь — врач. У меня уже пять внуков.
От второго брака у меня также сын и дочь, но они ещё школьники.
— Кем же вы хотите увидеть их?
— Прежде всего, порядочными людьми, а профессию они сами выберут.
