Председатель СДПТ Рахматилло Зойиров
опубликовал
на своей странице в Facebook очередное заявление, в котором он детально рассказывает о своей недавней беседе с сотрудниками Генпрокуратуры и отмечает, что хорогские и другие события в стране требуют адекватной правовой оценки.
По его словам, 2 и 5 августа текущего года, по несколько часов он письменно отвечал на вопросы, подготовленные ГКНБ и Генеральной прокуратурой РТ, связанные с его заявлениями за последние месяцы.
«Мне было задано множество вопросов, касающихся моих заявлений об антитеррористической деятельности правительства в лице силовых структур (всего 15 групп вопросов, внутри каждой по 3-4 конкретизирующих, всего более 40), но из всего перечня вопросов, приходится делать вынужденный и единственный вывод, что правоохранительные органы страны, упираясь в частные вопросы и практику борьбы с проявлениями терроризма, забывают главное предназначение правового государства, в частности, закрепленного в ст. 5, 10, 14, 20 и 42 действующей Конституции страны, которое обозначено как «высшая ценность и незыблемость прав и свобод человека», — отмечает Зойиров.
По его утверждению, весь смысл заданных вопросов сводился к тому, чтобы оправдать действия правительства и силовых структур и опровергнуть, соответственно, обвинить Зойирова как юриста и политика в субъективности, в необъективности оценки указанных событий с соответствующими последствиями. При этом, подчеркивает Зойиров, Генеральная прокуратура РТ, которая на себя приняла обязанности ГКНБ, забыла свою основную функцию – надзор за точным и единообразным соблюдением законов со стороны «всех и вся», а не только граждан.
По словам Зойирова, в Генпрокуратуре ему напомнили о Женевской декларации 1987 года, в которой названы 11 проявлений государственного терроризма и задали вопрос, какие из этих проявлений он видит в действиях руководства и правительства Таджикистана.
«На что я ответил, следующим образом. Эту Декларацию я изучал многократно, и два из названных проявления (из 11) относятся к внутригосударственным. Это пункт 1 данной Декларации — практики полицейского государства, направленные против своих граждан: наблюдение, разгром собраний, контроль за новостями, избиения, пытки, ложные аресты, массовые аресты, фальсифицированные обвинения, показательные суды, убийства. Соответственно, и пункт 10 Женевской Декларации, где записано, что «отмена гражданских прав и свобод, положений конституции и законов под предлогом противодействия терроризму» также являются проявлениями государственного терроризма», — рассказывает Зойиров.
По его словам, в случае с Хорогом имеется не только прямое проявление практики полицейского государства, более того, использование армии только усугубляет данный пункт, ибо по различным данным в Хороге в результате военной операции погибли множество граждан РТ, в том числе представители мирного, гражданского населения.
«Я понимаю, что если кто-то погиб бы от шальной пули, это можно было бы признать адекватным последствием проведенной военной операции, но если мирное, гражданское население погибло в результате прямого действия армии, и мирного населения погибло больше чем военнослужащих, это, несомненно, будет квалифицироваться как государственный терроризм», — считает Зойиров.
Он также утверждает, что в условиях хорогских событий, под предлогом противодействия терроризму в отношении простого гражданского населения была допущена отмена гражданских прав и свобод, поскольку военные действия были осуществлены в 4 часа утра, без предупреждения гражданского населения, без обеспечения их безопасности, что их права и свободы, действия Конституции и законов на тот момент, т.е. военных действий были отменены, т.е. они их не могли использовать. Такое состояние в отношении гражданского населения, по мнению Зойирова, называется отменой гражданских прав и свобод.
Он отмечает, что указанные им моменты являются прямым нарушением со стороны правительства РТ ст. 5, 10, 14, 20 и 42 Конституции РТ, по которому адекватную правовую оценку должен дать Конституционный суд РТ.
«Последние вопросы Генеральной прокуратуры совместно с ГКНБ звучали следующим образом: Не хотите ли официально, посредством СМИ, принести извинения за свои беспочвенные высказывания, в особенности относительно присутствия государственного терроризма в действиях правительства Республики Таджикистан? Вы, как юрист, как считаете, присутствуют ли в ваших действиях и высказываниях признаки преступления или другого правонарушения?», — продолжил Зойиров.
На это, по его словам, Зойиров ответил, что он убежден в правильной правовой квалификации событий 24 июля 2012 года. Более того, все события такого порядка, которые являются недопустимыми, должны получить правильную и адекватную оценку в печати и доведены до сведения, как органов, так и всего населения страны, без которого нет, соответствующего понимания, политической и правовой культуры.
«В части последнего вопроса отвечаю, что здесь нет действий. Есть правомерное Обращение в соответствии с конституционным правом, закрепленным в ст. 31 Конституции РТ. Мои высказывания, точнее Обращение – это юридическая квалификация события в соответствии с моими знаниями, нормами конституции и международного права, которые направлены Президенту, правительству и парламенту страны. Я жду от них соответствующего ответа на мое Обращение».
В заявлении Зойиров также сообщил, что в ближайшее время он намерен обратиться в Конституционный суд РТ на предмет соответствия действий Правительства РТ ст. 5, 10, 14, 20 и 42 Конституции РТ.
