Актуальной проблемой в условиях ухудшения экологической обстановки и дефицита пресной воды в нашем регионе и в глобальном масштабе является обеспечение рационального использования водных ресурсов, заявил министр иностранных дел Узбекистана Абдулазиз .Камилов на 68-й сессии Генассамблеи ООН.
«Как известно, Амударья и Сырдарья – две главные трансграничные реки Центральной Азии, исторически являлись общим благом и источником жизни для народов региона. Именно за счет стока этих рек обеспечивается водой бассейн Аральского моря, — передает слова Камилова пресс-служба МИД РУ. — В этой связи нас не могут не беспокоить планы Таджикистана и Кыргызстана по строительству новых крупных ГЭС с гигантскими по мировым меркам плотинами, а именно Рогунской ГЭС с высотой плотины в 350 метров в верховьях Амударьи и Камбаратинской ГЭС-1 высотой 275 метров в верховьях Сырдарьи. Реализация таких планов, по мнению многих компетентных специалистов, приведет к нарушению естественного стока рек, что чревато самыми опасными экологическими и социально-экономическими последствиями. Будет кардинально нарушен и без того хрупкий водно-экологический баланс в Центральной Азии. Более того, строительство этих сооружений планируется осуществить в районах, где проходит тектонический разлом с сейсмичностью не менее 9-10 баллов по шкале Рихтера, что создает высокий риск техногенных катастроф».
По словам главы узбекского внешнеполитического ведомства, с учетом этого Узбекистан твердо придерживается принципиальной позиции о недопустимости возведения гидроэнергетических объектов на международных водотоках без предварительного согласования со всеми заинтересованными странами. «Необходима, как это предусматривает международно-правовая практика, обязательная объективная международная экспертиза проектов по Рогуну и Камбарата-1 под эгидой ООН для оценок возможного воздействия новых гидросооружений на естественный водный режим, окружающую среду, растительный и животный мир», — отметил он.
А. Камилов добавил, что позиция Узбекистана основывается на нормах международного права, в частности положениях конвенций ООН «Об охране и использовании трансграничных водотоков и международных озер» 1992 года и «О праве несудоходных видов использования международных водотоков» 1997 года.
