20 октября посольство России в Таджикистане распространило заявление, в котором выразило соболезнование родным умершего мальчика и сообщило, что вопрос находится на контроле у руководства МИД России.
Вместе с тем дипломатическое представительство считает, что «появившиеся в связи с данным трагическим случаем в некоторых таджикских средствах массовой информации поспешные комментарии, имеющие антироссийскую направленность, играют на руку тем силам, которые пытаются помешать развитию дружественных и союзнических отношений между нашими народами и странами, особенно сейчас, когда нам необходимо сплочение для противодействия общим для нас угрозам терроризма и религиозного экстремизма».
На что возникает резонный вопрос, какие это силы, на которые мы вечно ссылаемся и на которые можно многое списать, когда требуется дать простой ответ на вопросы людей, и который ответственные лица просто обязаны дать. Но даже для элементарных соболезнований потребовалась неделя. А как раз таки этой недели было достаточно, чтобы настолько усилить ту антироссийскую направленность в таджикских СМИ, о которой упоминает посольство, что теперь потребуется еще больше новых усилий, чтобы смягчить накал страстей.
А ведь требовалось совсем немногое – достаточно было дать правовую оценку действиям сотрудников правоохранительных органов России. Достаточно было просто привести выдержки из тех статей законодательства, на основании которых ребенок изымался у родителей, если таковые есть. Если нет, тогда пора бы найти смелость признать, что действия отдельных лиц были неправомерными, тем более если на кону стоят дружественные и союзнические отношения, о которых упоминает российское посольство. А сколько времени еще надо, чтобы установить реальную причину смерти ребенка при возможностях-то современной медицины – одна, две, три недели, а может месяц?
В неменьшей степени непонятны позиция и тон таджикских властей, как в самом Душанбе, так и в Москве, которые возмутили многих таджикистанцев. Мы как будто извиняемся за то, что этот малыш вообще оказался на территории России и потревожил покой российских полицейских.
Если мы стратегические партнеры, то говорить должны как минимум на равных, а в некоторых случаях, как этот, мы должны и требовать — требовать объяснить нам, что вообще произошло, требовать объективного расследования, требовать наказать виновных.
В противном случае все это за вас, официальных лиц России и Таджикистана, сделают другие, их не большинство, но они есть и будут, и спрашивать они будут уже не у вас, а с простых этнических русских в Таджикистане, а в ответ с простых и так забитых таджикских мигрантов спросят в России.
