Китай, Таджикистан, Пакистан и Афганистан договорились о создании альянса в сфере коллективной безопасности под названием «Четырехсторонний механизм координации и сотрудничества»,
сообщает
пакистанское издание The Express Tribune.
Отмечается, что эти страны согласились координировать усилия и оказывать взаимную поддержку в борьбе против терроризма.
Договоренности о создании военного альянса
достигнуты
4 августа этого года на встрече представителей военных ведомств четырех стран в китайской провинции Синцьзян.
Таджикистан на этой встрече представлял начальник штаба Вооруженных сил республики Эмомали Собирзода.
Российские СМИ
пишут
, что если данные договоренности найдут практическое воплощение, новый альянс поспособствует обеспечению национальной безопасности всех стран-участниц. Китай не случайно пригласил в альянс именно Пакистан, Афганистан и Таджикистан. На территории всех четырёх стран активны исламистские террористические организации. В Пакистане и Афганистане продолжается противостояние террористической организации «Аль-Каида» и исламистскому движению «Талибан».
Пакистанские исламисты выступают за создание теократического государства на территории региона Вазиристан на границе с Афганистаном. Создать собственное исламистское государство желают и уйгуры на юго-западе Китая. В соседнем Таджикистане в этом году была попытка свержения светского президента Эмомали Рахмона представителями оппозиционной «Партии исламского возрождения Таджикистана» (ПИВТ) во главе с генералом Абдухалимом Назарзода.
К тому же, через территорию Таджикистана проходит один из маршрутов афганского наркотрафика в Китай.
Между тем, российский историк и политолог, Аждар Куртов
усомнился
в достоверности сообщений СМИ об образовании такого альянса.
По его мнению, фигурирование Китая в списке стран новообразованного военного союза делает это сообщение малореальным.
«Китай не входит ни в один военный союз. Это принципиальная линия, которая неоднократно озвучивалась высшим политическим руководством Поднебесной. Ради структуры с такими партнерами как Пакистан, Таджикистан и Афганистан, Китай вряд ли нарушит эту линию», — сказал Куртов.
Он отметил, что Таджикистан не является страной с сильным военным потенциалом. «У него нет оборонной промышленности, Душанбе зависим от поставок вооружения, да и сами вооруженные силы невелики. Экономический потенциал страны также очень слабый. Членство Таджикистана в каком-либо военном союзе не принесет ему ощутимой пользы или оборонной мощи. Если руководство действительно пошло на этот шаг, то как раз из-за своей слабости, в надежде получить хоть какую-то помощь», — сказал политолог.
Куртов подчеркнул, что многовекторная политика, которую проводит Центральная Азия, таджикское руководство понимает превратно, считая, что одновременно можно искать поддержки у мусульманских стран, ОДКБ и США. «Обычно подобные игры ни к чему хорошему не приводят; такой курс упирается в то, что недоверие растет со стороны всех партнеров. Трудно считать надежным того, кто принимает на себя обязательства в рамках одной региональной организации, а затем вступает в конкурирующую», — заключил российский политолог.
