Недавно, по результатам эксперимента, 80 процентов учащихся 28 средних школ Таджикистана провалили экзамен по написанию эссе. Одна из основных причин, по мнению специалистов, – низкое качество школьных учебников. Так ли это, узнавал корреспондент «АП».
Национальный центр тестирования подготовил методическое пособие в помощь ученикам и учителям, чтобы они смогли лучше подготовиться к экзаменационным тестам 2018 года, когда написание эссе на таджикском языке станет обязательным для всех абитуриентов, независимо от языка обучения.
Директор Национального центра тестирования Хуршед Икроми заявил в СМИ, что в эксперименте по написанию эссе осенью 2016 года приняли участие учащиеся 11-х классов 28 общеобразовательных школ Душанбе, Вахдата, Рудаки и Гиссара. Результат оказался удручающим.
Просвещенья дух и заумные учебники
Минобрнауки одобряет выпущенные в последние годы школьные учебники и указывает на отсутствие проблем с ними. А вот родители и учителя, которые выросли на учебниках советского времени, имеют иное представление об учебной литературе.
По мнению школьных учителей, одной из причин сложившейся ситуации является неудовлетворительное качество и содержание школьных учебников. Среди основных недостатков школьных учебников они назвали труднодоступность их языка, орфографические и стилистические ошибки, ляпы и опечатки, несогласованность с учебными программами, отсутствие последовательности.
Как отметила столичный школьный учитель Мохира Абдуллаева, практически все школьные учебники написаны на очень сложном языке и остаются практически недоступными для школьников.
— Учебник должен содержать как предметные знания, так и познавательную информацию с учетом возрастных особенностей школьника. Но, например, сейчас многие учебники для старших классов содержат информацию, рассчитанную для студентов лингвистических вузов. Зачастую отсутствует систематичность, наглядность и связь с практикой. В итоге учитель не может добиться формирования у учеников систематизированных знаний. Школьники не могут по многим учебникам самостоятельно заниматься вне урока. Другой проблемой является то, что учебники постоянно изменяются и переиздаются, соответственно нужно менять и программы. Нет согласованности между связанными дисциплинами ни в программах, ни в учебниках.
Другой школьный учитель, Собир Хамракулов, говорит, что заумные формулировки в школьных учебниках порой непонятны даже учителям.
— Очень много избыточной информации, на которую будет тратиться время, — также указывает он. — Даже если исправят всю орфографию, многое не нужно для понимания темы среднестатистическим школьником. Труднодоступный учебник отпугивает школьника, отбивает интерес. Так, в учебнике истории для 7-го класса множество имен правителей, исторических личностей, географических названий и дат: кто когда приходил к кому в гости, с кем и на какую тему общался, кто с кем из-за чего поспорил… Кто составляет эти программы и как 13-летнему ребенку запомнить это все и, самое главное, понять, какое событие главное, а какое второстепенное и как эти события взаимосвязаны между собой?
Опыт, сын ошибок трудных
О труднодоступности материалов учебников говорят и родители.
— Учебники написаны очень сложным языком, и в них очень много лишнего и ненужного, — считает отец столичных школьников Муслим Негматов. – Я еще в советское время окончил факультет биологии. Сейчас, открывая учебники своих сыновей, я попросту прихожу в ужас. Например, учебник по биологии состоит из каши бессмысленных и ненужных сведений, не дающих никакой логически составленной картины изучаемого вопроса. Какие-то энциклопедические справки, отступления. И самое главное, непонятный язык. По всей вероятности, эти учебники были переведены (и неудачно) с тоже не совсем идеальных российских аналогов. Когда открыл учебник, даже мне, специалисту-биологу, стало неинтересно и скучно. А каково будет школьнику?
По словам Негматова, нужно менять всю систему подачи информации детям. Ребенку нужно давать основные сведения и обучить его самостоятельно искать новую информацию и применять ее на практике. Сейчас дети попросту забивают голову «мусором», который после экзамена или контрольной забывается.
— Претензии должны быть и к экспертной комиссии, которая в закрытом формате оценивает учебники, далее одобряемые Минобрнауки. В советское время учебники рецензировались, с этими рецензиями, отзывами можно было ознакомиться в той же «Учительской газете». Сейчас общество практически не участвует в обсуждении, а издание учебников стало попросту бизнесом. В экспертные группы нужно включать практикующих школьных учителей и родителей, которые занимаются со своими детьми дома.
Сделай то, не знаю что!
Специалисты Института развития образования Академии образования Минобрнауки считают, что проблема не в учебниках. Просто, по мнению некоторых из них, практика введения написания эссе было несколько поспешной.
Доцент ТНУ, кандидат филологических наук Азим Байзоев уверен, что внедрение западных методик в сфере образования, в том числе и тестирования, является достижением, а внедрение написания эссе — нужным, но немного поспешным решением.
— Мы проводили исследование на эту тему — большинство абитуриентов и родителей поддерживают это нововведение. Но почему наши ученики не смогли написать эссе? По-моему, здесь не стоит вопрос о сложности учебников или учебной программы. Проблема в том, что в школах еще с советских времен предполагают написание сочинений на ту или иную тему в рамках учебного плана, но не эссе. Сочинение может быть выполнено как повествование, рассуждение, описание или анализ художественного текста или литературного образа. А вот эссе представляется как форма аргументированного рассуждения и отражения авторской позиции по той или иной проблеме. НЦТ немного рано начал практику требования со школьников эссе, для начала нужно все-таки обучить школьников писать эту творческую работу, грамотно выражать свои мысли по тому или иному вопросу.
Тихий ужас
Многие лингвисты не согласны с этим мнением. Они считают, что школьная программа в современных учебниках для школ Таджикистана подана далеко не на идеальном и легкодоступном таджикском языке и зачастую он не понятен даже педагогам.
Своим мнением на условиях анонимности поделился специалист Комитета по языку и терминологии при правительстве РТ:
— С прошлого года Минобрнауки отправляет в Комитет по языку на лингвистическую экспертизу для определения соответствия нормам таджикского языка подготовленные ими учебники. Могу заверить, что большинство из них не соответствуют нормам. В этих учебниках много ляпов, орфографических и стилистических ошибок. Тексты написаны сложным и трудно воспринимаемым школьниками языком. Так, например, в прошлом году Комитет вернул подготовленные специалистами Минобрнауки учебники таджикского языка. Через некоторое время нам представили уже исправленный вариант. Поверьте, второй вариант оказался хуже первого. И не всегда оправданно содержание. Например, в учебнике таджикского языка для нетаджикских школ в заданиях есть вопрос: «Забони давлатии Узбекистон кадом аст?» (Какой язык является государственным языком Узбекистана? – тадж.). К чему задается этот вопрос? Ведь основная цель курса таджикского языка в русских классах — обучить детей основам нашего языка, рассказать о его ценностях, а не о конституционных основах соседних государств. Возьмем учебники по другим предметам, те же учебники по математике, химии, физике — они переведены на таджикский с нарушениями норм языка. Язык материала порой не понятен даже самим лингвистам, не говоря уже о школьниках. Если ситуация не изменится в ближайшее время, то попросту в системе образования наступит кризис.
Учебный «Ералаш»
По мнению анонимного эксперта-лингвиста, вызывают нарекание и учебники литературы для таджикоязычных школ.
— Возьмите любой учебник таджикской литературы — появляется ощущение, что это учебник не литературы, а истории, — говорит эксперт. — Например, Газневидскому периоду истории уделено 45-60 страниц учебника. Затем идет краткая справка об Омаре Хайяме и Носире Хусраве. В то время как основной упор должен был делаться именно на литературе. Для чего в учебнике литературы нужна информация об архитектуре или политическом строе Мангытов или Газневидов? Для этого есть курс истории. Если есть необходимость осветить политический строй, то можно ограничиться одним абзацем — и больше дать информации о том или ином поэте, писателе, его произведениях. С таким положением дел о каком написании эссе может идти речь? Дети не могут написать свою автобиографию! Вместо того чтобы говорить об изменении начала учебного года, нужно проводить в августе обязательные курсы и семинары с учителями, для повышения их квалификации. В прошлом году мы проводили диктант для студентов выпускных курсов ряда столичных вузов, часть из них – будущие педагоги. Результат шокировал всех, хотя Минобрнауки решило не придавать это огласке. 85% получили оценку «неудовлетворительно», определенную часть работ невозможно было оценить даже на «единицу». Сейчас, наверное, все они получили диплом и где-то работают, может и учат детей.
Вместо резюме
Еще в июле 2014 года президент страны Эмомали Рахмон подписал закон «Об учебной литературе», который направлен на повышение ответственности авторов учебников. Однако серьезных продвижений в реализации этого закона пока, как видим, нет. Учебники по-прежнему проходят «тщательную экспертизу», переиздаются практически каждый год, оставаясь проблемными, а школьники не могут блеснуть почерпнутыми из них знаниями…
