Ровно 20 лет назад, 27 июня 1997 года, президент Таджикистана Эмомали Рахмон и руководитель Объединенной таджикской оппозиции Саид Абдулло Нури подписали в Москве Всеобщее соглашение об установлении мира и национального согласия в Таджикистане. Так две противоборствующие стороны поставили точку в кровопролитной гражданской войне, полыхавшей в стране с весны 1992 года.

Сегодня, 20 лет спустя, официальная интерпретация тех событий в Таджикистане кардинально изменилась. Теперь никто уже не вспоминает об оппозиции, как второй стороне конфликта. Само окончание гражданской войны оценивается как победа мудрой и миролюбивой политики правительства, а главу государства таджикский парламент официально наделил статусом «основателя мира и национального единства».

Показательный штрих: сегодня оказалось достаточно трудно найти участников гражданского конфликта и переговорного процесса, кто бы согласился поделиться с нашими читателями своими воспоминаниями о тех событиях. Мы обращались ко многим, но согласились лишь двое. И те журналисты. 

Султон Хамад, бывший советник руководителя Объединенной таджикской оппозиции, журналист:

«Уже в первые месяцы противостояния, а точнее 14 июля 1992 года, в совхозе "Туркменистан" Вахшского района, в доме устода Нури было организовано одно из первых мероприятий по примирению — «оши ошти» (обед примирения), в котором принял участие и лидер площади Озоди Сангак Сафаров. Саид Абдулло Нури и Сангак Сафаров выступили перед собравшимися, обещали приложить все силы для достижения мира в стране. Но вскоре в нескольких районах Вахшской долины произошли боевые столкновения. 

20 июля в аэропорту Курган-Тюбе прошли переговоры между конфликтующими сторонами с участием руководства республики, Курган-Тюбинской и Кулябской областей, а также лидеров боевых группировок. После долгих дебатов стороны пришли к единому мнению по прекращению боевых действий. Однако хрупкий мир был нарушен уже на следующий день, когда неизвестные атаковали несколько кишлаков на окраине Курган-Тюбе.

27 июля 1992 года воюющие стороны подписали договор о мире в Хороге. Верховный Совет Таджикистана объявил этот день Днем мира, но соглашение было нарушено в тот же день, когда во время боестолкновения в кишлаке Сари Пул было убито большое количество мирных граждан.

26 ноября 1992 года на сессию Верховного Совета в Худжанде были приглашены полевые командиры воюющих сторон. Лидеры этих формирований выступили перед депутатами и обещали прекратить кровопролитие.

Таким образом, еще в начале противостояния, когда боевые действия не имели массового характера, обе стороны прилагали немало сил для достижения мира. Но семена вражды и недоверия, посеянные в сердцах людей, уже дали плоды. Никто не хотел и не мог понять, почему все это происходит, кто организовывает боестолкновения, куда может привести этот путь. Лишь оглядываясь назад, сейчас мы понимаем, что к разжиганию конфликта прилагали свои усилия и третьи — а точнее, зарубежные — силы.

Война вспыхнула с новой силой, тысячи людей, среди которых было немало мирных граждан, были убиты, десятки тысяч, бросив свои дома, были вынуждены переселиться в безопасные районы, которых становилось все меньше и меньше. 

Тогда стало ясно, что без вмешательства международного сообщества мира в республике достичь не удастся. И хотя несколько стран выступали с призывом к прекращению огня, реальных действий по достижению мира в Таджикистане никто не предпринимал.

Лишь к середине 1993 года (после нападения на 12-ю российскую погранзаставу) Россия, изначально поддерживавшая Народный фронт, наконец осознала, что неспокойная обстановка в Таджикистане не отвечает стратегическим интересам Кремля. Важной вехой на пути к миру был визит директора Службы внешней разведки России Евгений Примакова в Кабул 31 июля 1993 года и его встреча с руководителем Объединенной таджикской оппозиции Саидом Абдулло Нури. Именно после этой встречи Россия, Иран и Афганистан стали более активно действовать в решении военного конфликта в Таджикистане.

В итоге при посредничестве ООН 5 апреля 1994 года в Москве стартовал первый этап таджикских мирных переговоров. Всего же до достижения мира было проведено 8 раундов переговоров, других встреч, проходивших в столицах стран-наблюдателей…»

Профессор Ибрагим Усманов, участник переговорного процесса, учёный, журналист:  

«…В октябре 1996 года президент написал письмо Нури о том, что готов к переговорам, оставив право выбора страны для встречи за лидером ОТО, — вспоминает И.Усманов. – Многие в ОТО считали, что это обращение было вынужденным, так как на востоке страны и на границе Кулябского региона  положение правительственных войск ухудшилось. Не желали встречи Тураджонзода, Давлат Усмон, хотя последний принимал участие в переговорах.

Как бы то ни было, 10–11 декабря в Хосдехе произошла встреча Рахмона и Нури при посредничестве представителя ООН Герда Меррема, Бурханиддина Раббани и Ахмадшаха Масъуда… 

Мы — президент страны Эмомали Рахмон, министр внутренних дел Саидамир Зухуров, рабочая группа и представители СМИ — прибыли в Хосдех на двух вертолетах. В состав рабочей группы, которую возглавлял я, входили: Баходур Абдуллоев – замминистра безопасности, Саид Салимов, Зарифджон Ализода, Хакназар Шодиев и Шукурджон Зухуров. На этой встрече, которая, по сути, стала определяющей в достижении мира, стороны выступили с совместным заявлением о подписании Протокола об урегулировании военно-политической обстановки в зонах противостояния. По возвращении в Таджикистан в тот же вечер, 11 декабря, я и сотрудник аппарата президента Тоджиниссо Азизова по распоряжению главы государства выступили по телевидению и зачитали указ президента о заключении мира в Таджикистане.

12 декабря на сессии Маджлиси Оли страны Эмомали Рахмон сообщил о том, что достигнуто мирное соглашение с оппозицией.

"Мы решительно настроены на путь к миру, и любой правительственный командир, который попытается преградить нам путь, будет обезврежен", — заявил президент страны…»

Говоря о том, кто развязал войну в стране, Ибрагим Усманов говорит:

«Я не приемлю мнения, что в этой войне виноваты третьи силы, из-за рубежа. И инициатором, и исполнителем братоубийственной войны является сам народ. Заинтересованные в конфликте страны принимают участие, оплачивают, воодушевляют, вооружают, даже помогают наемниками, но во всем, что произошло, виноваты мы сами. Говорят, нас толкнули к войне, обманули, но зачем тогда говорить во всеуслышание о том, какая мы великая нация с древней цивилизацией, если так легко поддаемся таким уловкам и с ненавистью идем брат на брата? Мир дался нам нелегко. Трети из тех, кто участвовали в мирных переговорах — а их было более 50 человек, — уже нет в живых. Среди них – Саид Абдулло Нури, Мухаммадшариф Химматзода, Отахон Латифи, Хабиб Сангинов, Джумабой Ниязов, Тагай Рахмонов, Сабзали Рахмонов, Хакназар Шодиев, Хомид Пулодов, Усмон Холдоров, Шахоб Шарипов и другие, которые до последних дней своей жизни стремились к единению нации. Давайте вспомним о них в этот день и тем самым напомним всем: дорожите миром, только потеряв его люди понимают его цену!…»

«Бог не любит роскошных дворцов…»

О том, как два лидера противоборствующих сторон пришли к миру, в интервью журналисту Султону Хамаду рассказывал руководитель бывшей Объединенной таджикской оппозиции Саид Абдулло Нури. 

— Устод, можете рассказать, кому принадлежала идея вашей встречи с Эмомали Рахмоновым?

— В первую очередь, об этом всерьез мы говорили с Бурханиддином Раббани и Ахмадшахом Маъсудом. Особенно много на эту тему говорил Устод Раббани. 

Он говорил: «Я беседовал с господином Рахмоновым. Он человек, по крайней мере заботящийся о Родине и народе. Его культура – простая, таджикская, как наша. Если вы не верите мне, хотя бы раз поговорите с ним».  Думаю, и с нашими оппонентами Раббани и Масъуд говорили в том же духе. В итоге состоялась наша первая встреча с Рахмоновым в Кабуле.

 — Как проходила ваша встреча с господином Рахмоновым?

— Было чувство недоверия. На первых встречах стороны вели себя осторожно. Они хотели понять, не имеем ли мы каких-то тайных целей. Мы тоже не доверяли им, ожидая в любой момент обмана. Но, во всяком случае у меня, после первой встречи с Рахмоновым сложилось впечатление, что с ним мы можем прийти к единому мнению. Далее были другие встречи, иногда трудные, но и мы, и господин Рахмонов исходили из здравого смысла при решении тех или иных условий переговоров. И в этом плане показательной является встреча в небольшом афганском селе Хосдех. Рахмонов прибыл туда, рискуя собственной жизнью, и мы приняли там важные соглашения, которые стали основой дальнейших мирных шагов. В первую очередь это решение об образовании совместной Комиссии национального примирения. К тому моменту наши силы добились серьезных успехов на полях сражений, но, несмотря на это, во время переговоров мы шли на уступки ради мира. С другой стороны, понимали, что эти успехи могли быть временны, как и успехи Народного фронта ранее.

О важности соглашения в Хосдехе упоминал и представитель Генсека ООН в Таджикистане господин Меррем. Он приводил часто поговорку, похожую на нашу «Аллах любит обездоленных». Меррем говорил: «Бог не любит роскошных дворцов». Мы раньше провели несколько встреч во дворцах, но не могли добиться прогресса в переговорах. А в таком заброшенном кишлаке, как Хосдех, где нет никаких условий, Всевышний услышал нас, и мы достигли мирного соглашения.

— Какие были трудности в ходе переговоров?

— Их было много. Но мы понимали, что невозможно добиться успеха в мирных переговорах, не идя на взаимные уступки. Даже то, что, например, Рахмонову пришлось снять с должностей своих людей, чтобы передать их нам по 30-процентной квоте, говорит о многом. Мы также, несмотря на возражения некоторых наших командиров и руководителей ОТО, шли на определенные уступки. Конечно, при этом мы стояли на своем, когда чувствовали угрозу независимости страны, национальным интересам, религии, своим убеждениям.

Как бы то ни было, именно благодаря доверию, взаимным уступкам мы пришли к миру. И это было главным нашим достижением после долгих лет войны.

Из интервью Султона Хамада с руководителем ОТО Саидом Абдулло Нури. «Миллат»

По различным данным в ходе гражданской войны в Таджикистане погибло от 100 до 150 тысяч человек. Миллионы таджикистанцев стали беженцами. Материальный ущерб, нанесённый гражданской войной, был оценён в $7 млрд.

Из Хосдеха в Кремль

Вслед за встречей в Хосдехе 23 декабря состоялась встреча Э.Рахмона и А.Нури в Москве. По ее итогам было подписано соглашение, которое стало важнейшей вехой на пути подписания итогового Общего соглашения. Стороны обязались успешно завершить мирные переговоры, договорились о создании Комиссии национального примирения, пришли к согласию о необходимости всеобщей амнистии, объявили о прекращении огня на весь период переговоров.

И вот настал день, которого так долго ждал таджикский народ. 27 июня 1997 года президент Таджикистана Эмомали Рахмон и лидер ОТО Саид Абдулло Нури в Георгиевском зале Кремля в присутствии президента РФ Бориса Ельцина подписали Общее соглашение об установлении мира и национального согласия в республике.

Завершилась война, открывшая свой кровавый счет 5 мая 1992 года и продолжавшаяся 5 лет, 1 месяц и 22 дня, или же 1880 дней и ночей, которые войдут в историю таджикского народа черной страницей.

В конце 1998 г. все таджикские беженцы были возвращены из Афганистана на родину.