В Душанбе очередная попытка суицида закончилась спасением. Женщина с двумя детьми попыталась прыгнуть с моста на улице Х. Шерози. Ее передали медикам. Это далеко не первый случай в Таджикистане, когда женщина и когда с детьми…
Но что известно о дальнейшей их судьбе, что вообще дальше? Что происходит через день, два, месяц после спасения? Как у нас помогают тем, кто пытался свести счеты с жизнью?
«Азия-Плюс» пообщалась об этом с разными специалистами, на момент написания статьи в МВД Таджикистана ответ получить не удалось.
Необходимо все проверить
Говорит гендерный специалист, юрист и правозащитница Лариса Александрова:
«Я, как общественница и правозащитница, обсуждаю проблемы прав женщин, насилия в семье и в целом гендерного насилия на различных диалоговых площадках, а также при сотрудничестве с МВД, Академией МВД и Генпрокуратурой.
Обсуждали, что такая проблема имеется, когда есть факт самоубийства, правоохранительные органы проверяют, на самом ли деле это самоубийство, и если подтверждается, то далее проверяется, что сподвигло к такому шагу человека, покончившего собой. По сути, если человек при попытке суицида не умер, то также должна быть проверка, почему он/она так поступили», – говорит Александрова.
Как отмечает юрист, в УК РТ имеется статья 109 («Доведение лица до самоубийства или покушения на него путем угроз, жестокого обращения или систематического унижения человеческого достоинства потерпевшего»).
«И когда имеется сигнал, в данном случае попытка самоубийства, при котором спасли жертву, его обязательно надо проверить, так как в ст. 140 Уголовно-процессуального кодекса (УПК) отмечено, что непосредственное обнаружение дознавателем, следователем или прокурором сведений, указывающих на признаки преступления, является основанием к возбуждению уголовного дела. И прежде, чем возбудить его они проверяют все обстоятельства дела.
Согласно ч. 5 ст. 145 УПК РТ, решение по поступившим заявлениям и сообщениям о преступлениях должно быть принято в срок не более 3 суток со дня получения заявления и сообщения. В необходимых случаях для получения дополнительных объяснений лица, подавшего заявление, истребования документов, проведения осмотра места происшествия этот срок может быть продлен прокурором до десяти суток», – отмечает Лариса Александрова.
ИЗОБРАЖЕНИЕ
Однако, добавляет она, в случае душанбинки, которую удалось спасти, сложности придает то, что она подвергла опасности жизни своих детей. А это также преступление и может квалифицироваться как покушение на просто убийство или убийство в состоянии сильного душевного волнения (ч. 3 ст. 32 и ст. 104 или 106 УК РТ).
«В данных делах также важна судебно-психиатрическая экспертиза состояния женщины, это уже процесс сбора доказательств, и насколько прибегают к ней правоохранительные органы или нет, ответить на этот вопрос могут только они сами. Но в любом случае необходимо все тщательно проверять», – говорит специалист.
Стигма мешает жить
Как отмечает врач-психиатр, ассистент кафедры ТГМУ им. Абуали ибни Сино Мария Гончарова, по протоколу в случае попытки суицида необходимо подключать психолога, который должен переговорить с пациентом и узнать причину произошедшего.
«Могут направить и к психиатру, но у нас до психиатра чаще всего не доходят. Есть стигма, есть предубеждения. Считают, что если ты попал к психиатру, автоматически становишься на учёт. Хотя на самом деле, если это первая попытка, на учёт никто никого не ставит», – говорит она, при этом отмечая, что работа с этим специалистом важна.
ИЗОБРАЖЕНИЕ
По словам Марии Гончаровой за рубежом есть практика, когда людям бесплатно выделяют социального психолога, в Таджикистане такого понятия, как социальный психолог, нет.
«Социальному психологу обычно от государства платится большая заработная плата. У нас, соответственно, никто психологам платить не будет. Но раньше, так скажем, у нас были бесплатные психологические линии помощи. На сегодняшний момент, насколько я знаю, за счёт того, что закрылось спонсирование этих психологических линий, они не существуют», – отмечает Гончарова.
Нужна ли принудительная госпитализация?
По словам психиатра, такая госпитализация обычно совершается при суицидах только когда они повторные.
«Если это первый раз, то выясняется причина. Если причинно-следственная связь есть, отправляют к психологу. Если психолог помог, то острая необходимость госпитализации нет, если же идут повторные попытки суицида, она появляется, поскольку человек представляет опасность в первую очередь для себя», – поясняет специалист.
Может, есть НПО, которые помогают?
Как сообщили «Азия-Плюс» в Комитете по делам женщин и семьи, в республике при структурах Комитета действуют 110 ресурсных информационно-консультативных центров, ресурсный центр по вопросам гендерного равенства и предотвращения насилия в семье, управление по делам семьи, которое ежедневно работает с жертвами домашнего насилия.
Также при Минюсте функционируют 38 бюро по правовой помощи, при Минздраве работает Центр репродуктивного здоровья и шелтеры оказания первой психологической помощи.
ИЗОБРАЖЕНИЕ
Все это касательно насилия. Что до помощи тем, кто пытался совершить суицид, работники Комитета непосредственно под руководством председателя или под руководством зампреда приезжают на место и выявляют причину.
«Но в большинстве случаев все говорят, что это психологический невроз, или что-то там другое. Никто конкретно не говорит о причинах суицида», – добавили в учреждении.
НПО и различные общественные организации ранее тоже могли помочь, они предоставляли людям бесплатную психологическую помощь, в рамках своих проектов. Однако их финансирование прекратилось, и самих проектов нет.
«Поэтому на сегодняшний момент, к сожалению, организаций, которые бы помогали на благотворительной основе и плюс к этому, куда бы можно было круглосуточно дозвониться, к сожалению, не существует», – поясняет Мария Гончарова.
Денег на всех нет…
В развитых странах людям, пытавшимся совершить самоубийство, обязательно предоставляют помощь психологов. Есть различные сообщества взаимопомощи, психотерапевтические круги, куда свободно могут приходить люди, у которых в жизни случился такой срыв. У нас и этого нет.
ИЗОБРАЖЕНИЕ
Важность психологической помощи людям отмечает и юрист Лариса Александрова.
«Но вот насколько она должна быть бесплатной, этот вопрос, скорее всего, остается открытым. Если на лицо факт насилия в семье, и после этого последовала попытка самоубийства, то, скорее всего, да, должна быть бесплатная психологическая и юридическая помощь. И многое еще, что требуется в ситуации домашнего насилия или иного насилия вне дома.
Если попытка суицида не связана с такой ситуацией, как насилие, то там надо разбираться. А так всем сразу бесплатно и психолога и юриста, у государства денег ни на что не хватит. У нас, и так не выполняется на 100% то, что обязано быть бесплатным по закону для пострадавших от домашнего насилия», – заключает специалист.
Этим летом оставайтесь с нами в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК
