Развитие проекта TRIPP и Транскаспийского коридора отражает смену баланса сил в Центральной Евразии. На фоне американо-китайского соперничества, санкционного давления на Россию и сближения стран Южного Кавказа и ЦА, перед Таджикистаном открываются новые возможности, но и риски — чтобы не остаться на периферии транспортных процессов.
Дипломатическая активность вокруг проекта TRIPP («маршрут Трампа»), способного связать Центральную Азию и Южный Кавказ, заметно усилилась.
Во время визита вице-президента США Джей Ди Вэнса в Армению проект TRIPP стал главным пунктом переговоров. Затем, в Азербайджане, Вэнс подписал Хартию о стратегическом партнёрстве, где особое внимание уделено развитию транспортных коридоров, включая Средний коридор и TRIPP.
Ранее заместитель помощника госсекретаря США Джон Марк на бизнес-форуме «Центральная Азия – США» (B5+1) обозначил три приоритетных направления Вашингтона: улучшение деловой среды, развитие торговли и инвестиций (в том числе в критически важные полезные ископаемые), а также укрепление транскаспийских транспортных связей.
Спецпосланник президента США по Южной и Центральной Азии Серджио Гор подтвердил, что работа над продвижением проекта TRIPP активизирована.
Ниже попытаемся на основе геополитических факторов, протекающих в Центральной Евразии отразить сдвиги, которые привели к актуализации вопроса транспортно-логистической интеграции Южного Кавказа и ЦА, а также рассмотреть перспективы этого коридора с точки зрения интересов Таджикистана.
Геополитические и геоэкономические сдвиги в Евразии
Последние 3-5 лет в Евразии происходят довольно серьёзные сдвиги способствующие формированию новых транспортно-логистических маршрутов, в частности Транскаспийского. Усиление американо-китайского соперничества подталкивает обе стороны к поиску новых цепочек поставок.
Рост напряжения в Индо-тихоокеанском регионе заставляет Пекин искать альтернативные маршруты в Евразии, где Центральная Азия и Южный Кавказ могут играть ключевую роль.
Доминирование Китая же в сфере критических минералов вынуждает Вашингтон к поиску новых цепочек поставок в этой сфере.
Центрально-азиатскому региону в этом направлении США придают серьёзное значение. Необходимо также подчеркнуть возрастающую роль региона в американской стратегии сдерживания Пекина.
Начатая Россией, по территории которой в основном протекает евразийский грузопоток, война в Украине тоже повлияла на актуализацию вопроса транскаспийских путей.
В Центральной Азии также происходят значимые изменения. Страны региона стремятся всё активнее позиционировать себя в качестве независимых игроков на международной арене, в том числе формируя свой имидж государств среднего калибра. Мы видим активное стремление государств ЦА углубить отношения со странами Запада, в первую очередь с Вашингтоном.
В этом направлении, особенно Казахстан и Узбекистан, не жалеют свои дипломатические усилия заигрывая, например, с президентом США называя того «человеком, посланным с небес», а также поддерживая его инициативы вроде Соглашения Авраама и Совета мира. Эти дипломатические усилия дают плоды.
Обратная сторона также активно идёт на контакт.
Важные изменения происходят и на Южном Кавказе. Армяно-азербайджанский конфликт, длящийся около трёх десятилетий, подходит к концу, формируя новую расстановку и конфигурацию сил в регионе.
8 августа 2025 года в Вашингтоне при посредничестве президента Трампа была подписана мирная декларация между Азербайджаном и Арменией. Один из основных спорных вопросов между двумя странами относящийся к Сюникской области/Зангезурскому коридору тоже нашёл свое решение в виде проекта TRIPP, о котором подробнее расскажем ниже.
Необходимо также отметить нынешнее позиционирование Еревана, стремящегося углубить отношения с Западом и дистанцирующегося от своего главного союзника — Москвы. То же можно сказать и о Баку.
Относительно углубления взаимодействия по линии Южный Кавказ – Центральная Азия стоит подчеркнуть активизированную политику Азербайджана в ЦА, в частности его присоединения к формату Консультативных встреч глав государств региона. Все эти процессы в более отдалённой перспективе могут способствовать развитию транскаспийского маршрута.
Если говорить о последствиях формирования этого маршрута, то в случае его реализации он может, так или иначе, повлиять на евразийскую конфигурацию в целом. Проект будет способствовать развитию альтернативных традиционным путям (Северный коридор/Транссибирская магистраль) коридоров на континенте. Эти пути могут стать жизненно важными для Китая и усилить его влияние в Евразии.
Западные страны тоже получат от него дивиденды в виде более безопасного доступа к ресурсам Южного Кавказа и Центральной Азии, а также снизят зависимость от российской территории.
Транскаспийский маршрут снизит влияние России на континенте, особенно в Центральной Евразии. А страны ЦА и Южного Кавказа в случае рационального использования возможностей могут посредством него укрепить свою субъектность и независимость, выйти из географической изоляции и диверсифицировать свои торговые отношения, а также укрепить свое положение на международной арене.
«Маршрут Трампа» и Средний коридор
«Маршрут Трампа» или TRIPP – это логистический проект призванный соединить Азербайджан с его эксклавом Нахичевань через Сюникскую область Армении (Зангезурский коридор). Он получил своё название в честь президента США за его посредничество в урегулировании армяно-азербайджанских отношений, а также аренды этого коридора американцами.
По договору США получили эксклюзивные права на развитие 43-километровой южной границы Армении сроком на 99 лет, с последующей передачей в субаренду международному консорциуму. Проект TRIPP предполагает строительство железных и автомобильных дорог, нефте- и газопроводов, а также развитие инфраструктуры связи.
Он будет управляться американской компанией (пока неизвестно какой именно). Работы над его реализацией должны начаться весной текущего года, а запуск планируется в конце 2028 года. В 2030 году TRIPP будет полностью введён в работу, включая его энергетические и цифровые компоненты.
TRIPP в перспективе должен стать частью более масштабного проекта – Среднего коридора. Этот коридор начинается с территории Китая проходит по Центральной Азии, Каспийскому морю, Южному Кавказу и далее на Запад. Именно он может соединить транзитные потенциалы Южного Кавказа и ЦА посредством формирования транскаспийского маршрута.
Перспективы для Таджикистана
Таджикистан с транспортно-логистической точки зрения находится в довольно сложном положении. Страна слабо интегрирована в международные транспортные коридоры, не имеет выхода к морю, имеет сложный географический ландшафт (93% горной территории), слабо развитую транспортно-логистическую систему.
Ситуация удручается не развитостью промышленной базы и возрастающей зависимости страны от импорта товаров (импорт составляет примерно ¾ внешней торговли), а также ограниченности финансовых ресурсов для инвестиции в логистическую отрасль.
Текущие проблемы, так или иначе, осознаются на правительственном уровне.
Ряд государственных документов обращают внимание на них. Так, в краеугольном документе правительства РТ — «Национальной стратегии развития до 2030 года», одной из стратегических целей ставится выход из коммуникационного тупика.
Для ее достижения должны решаться вопросы, связанные с развитием транспортно-логистической системы страны и интеграции с международными маршрутами.
В Концепции внешней политики также ставятся задачи присоединения РТ к региональной и международной транспортной инфраструктуре, а также привлечение международных инвестиций в эту сферу.
Несмотря на предпринимаемые правительством шаги по улучшению ситуации, страна всё ещё слабо интегрирована в международные транспортно-логистические сети, что затрудняет способность использовать возможности международной торговли, в том числе, по транскаспийскому маршруту.
Но есть другая проблема регионального характера. Центрально-азиатская компонента Среднего коридора, о котором было сказано выше включает в себя только территории Казахстана.
Узбекистан и Туркменистан прилагают усилия, чтобы подключиться к этому проекту (этот процесс будет не лёгким), а вот Кыргызстан и Таджикистан пока остаются на его обочине.
Для последних ситуацию усугубляет неразвитая региональная транспортно-логистическая система и экономическая взаимосвязанность, которые могли бы в перспективе подключить их к более масштабным торговым процессам, в частности к Среднему коридору.
В целом, последний фактор является определяющим для всех региональных государств. Только при развитой региональной транспортной инфраструктуре и торговых отношениях, перед ними могут открыться большие возможности для интеграции в мировые торговые процессы. Формирование единого рынка с огромным населением сделает его притягательным для международного бизнеса и инвесторов. А при объединении потенциала двух регионов, Южного Кавказа и Центральной Азии эти возможности ещё более возрастут.
Выстраивание такой конфигурации вписывается в интересы Таджикистана и открывает для него перспективы.
Этой зимой читайте нас в Telegram, Facebook, Instagram, OK и ВК
