Дорога из Душанбе в Худжанд является платной и поэтому, казалось бы, должна качественно соответствовать заданной цене. Еще семь лет назад торжественно был открыт тоннель «Истиклол», в прошлом году не менее официозно открыли тоннель «Шахристон». С высоких трибун говорят о бесперебойном функционировании этой транспортной артерии. Но, как оказалось на самом деле, эта трасса доставляет массу неудобств и даже опасна для водителей и пассажиров.
Мы направились из Душанбе в Худжанд на внедорожнике «Mysso» утром 6 февраля. Дорога была полна экстрима и прочих неожиданностей…
Не доезжая до первой толлинговой плазы, мы успели встретиться с двумя постами Госавтоинспекции. Останавливая автомашины, сотрудники автоинспекции жестом указывали на стоявшую на обочине тонированную автомашину с частными номерами без маячков и опознавательных знаков, указывающих на их принадлежность к стражам порядка. По словам водителя, оба поста взяли по 5 сомони. Проехали дальше.
До Варзобской плазы дорога чистая и сухая. Проехав ее несколько километров, мы увидели большегрузные авто с цепями на колесах.
– После следующего поворота начнется экстрим, — говорит наш водитель.
И так оказалось на самом деле. Слой наледи на дороге составлял более двадцати сантиметров. Из-за образовавшейся ледяной колеи с ошлифованным льдом машину заносило со стороны в сторону.
— Пробовал ли хоть один из руководителей дорожных служб проехать по этому участку дороги, — говорит наш попутчик Абдулло. — На этих дорогах уже «вековая» ледяная колея, из-за которой машину норовит выбросить в пропасть. А если большегрузная фура не развернет, то ему под колеса может попасть встречная легковушка, которую даже на малой скорости крутит на этой дороге. Когда в очередной раз нашу машину занесло, мы все затихли и молча помолились. Благо дело, водитель был опытным и взял ситуацию под контроль. Все проехали.
Ближе к тоннелю «Истиклол» дорогу через каждые десять метров засыпали песком, что, наверняка, не спасет ситуацию.
Заезжаем в тоннель. Практически на всей протяженности тоннеля были видны подтеки, а на некоторых участках они уже успели даже обледенеть. Темно и ничего не видно. Проехав несколько километров, мы увидели одну единственную на протяжении всех пяти километров «лампочку Ильича». Как ни странно, не работала и система вентиляции. Дышать становилось все труднее.
Проехали тоннель молча. Умелый водитель пробовал объехать ямы и колдобины, залитые водой. Но не получалось объехать все.
Почти на выезде из тоннеля нас ожидало очередное испытание — грязная снежная жижа, от которой скользящую машину отбрасывало из стороны в сторону. Мы ехали по этой жиже еще километров десять после выезда из тоннеля.
Дальше дорога сухая и ровная.На подступах к поселку ЗарафшонАйнинского района нас опять останавливает милицейский пост. Водителю опять указали на тонированную иномарку. Вернулся водитель быстро.
— Два сомони. Стоят, как на паперти, — еле слышно сказал он.
Подъезжая к тоннелю «Шахристон», мы заметили, что вывеску с названием тоннеля сняли. Как оказалось, и на том конце ее тоже нет.
– Наверное, будут переименовывать, — решил один из попутчиков.
Тоннель освещен, но вентиляция не работает, стоит туман из-за пыли и дыма автомашин. Дышится тяжело. В середине тоннеля нас ожидал сюрприз: пара автоинспекторов со светящимися жезлами.
Проскочили, но тут уже начались преграды уже в виде «лежачих полицейских». В кишлаке Турсунзода Шахристонского района мы увидели несколько человек в камуфляжной форме. Они проверяли документы водителя остановленного ими бензовоза.
– Что это за пост таможни? Разве у нас здесь есть граница? Ведь таможенная граница проходит там, где и государственная, – возмущается наш попутчик Сухроб.
— Этот пост проверяет только большегрузные автомашины, фуры, бензовозы. Говорят, они защищают интересы компании, которая занимается перевозками топлива, чтобы исключить конкуренцию, — ответил водитель.
Дальше в Октанги — въезде и выезде в Истаравшан — нам встречаются милицейские на автомобилях с частными номерами, без жетонов сотрудников автоинспекции, но зато с жезлами.Они останавливают легковушки, правда, через одну. В числе остановленных оказалось и наше авто. Водитель подбегает к одинокому инспектору и также быстро возвращается в машину.
– Ставка, как всегда — 2 сомони! — говорит водитель.
Доехав до Худжанда, все попутчики вышли на главном автовокзале Согдийской области.
Водитель уехал на свою автостоянку, чтобы пройти ТО и вновь героически преодолевать этот же путь, только уже в обратном порядке — с его преградами в виде недоделанных иоднако торжественно сданных тоннелей, опасных участков дорог со снежным катком и жижей и постоянно встречающихся автоинспекторов с неменяющейся «ставкой»…
