Почему на правозащитников стали навешивать ярлыки?
Ежегодно 10 декабря отмечается Международный день защиты прав человека. Эта дата была учреждена Генеральной Ассамблеей ООН в 1950 году в честь принятия 10 декабря 1948 года Всеобщей декларации прав человека. Сегодня в Таджикистане немало правозащитных организаций, которые своей работой снискали авторитет в обществе. Однако до сих пор между властями и правозащитниками есть недопонимания, стороны недовольны друг другом. А на самых активных стали навешиваться ярлыки.
Кто такой правозащитник?
По словам таджикского омбудсмена Зарифа Ализода, миссия правозащитника является благородной, и в первую очередь её суть заключается в том, чтобы оказать правовую помощь нуждающимся. По его мнению, правозащитнику в Таджикистане необходимо стремиться к созданию гражданского общества и продвижению прав человека.
«Правозащитная деятельность сложная, тяжелая, но почетная и добрая. Потому что правозащитник добивается торжества закона путем восстановления нарушенных прав человека, и это вдвойне почетно, когда речь идёт о правах уязвимых слоев населения. Правозащитник — это смелый и сильный человек, который для торжества закона и справедливости, оказания помощи нуждающимся предпримет все возможные меры», — отметил Зариф Ализода.
По словам доктора юридических наук Таджикистана Шокирджона Хакимова, суть правозащитной деятельности заключается в том, чтобы вести мониторинг состояния прав и свобод человека, обращать внимание властных структур на решение проблем, осуществлять правозащитные функции при рассмотрении различных дел правоохранительными органами и органами правосудия. По его словам, немаловажным моментом в правозащитной деятельности является проведение образовательных мероприятий в целях повышения правового сознания граждан и их организаций.
По мнению юриста, качественное изменение правозащитной деятельности произошло после приобретения суверенитета, поскольку законодательство признало неправительственные организации условием развития демократии и становления гражданского общества в Таджикистане. Однако из-за проблем в стране возможности государства сильно ограничены, поэтому НПО стараются в рамках социального партнерства реализовать различные проекты и программы совместно с международными неправительственными организациями. Однако, по мнению самих правозащитников, в последнее время их работа по международным и западным грантам привела к тому, что на них стали навешиваться ярлыки.
Навешивание ярлыков
Директор ОО «Бюро по правам человека и соблюдению законности» Наргис Зокирова говорит, что правозащитником в Таджикистане быть сейчас нелегко, так как ужесточается законодательство, регулирующее деятельность общественных объединений, также усиливается контроль в целом над деятельностью неправительственного сектора. По ее словам, эта тенденция наблюдается не только в Таджикистане, но и в ряде других государств бывшего Советского Союза, и делается это с целью ограничения деятельности НПО и оказания на них дополнительного давления.
«Кроме того, властями многих этих государств на правозащитников навешиваются такие ярлыки, как «враг народа», «иностранный агент» или «шпион». К сожалению, и в нашей стране мы достаточно часто слышим в свой адрес такие высказывания. Но власти должны понимать, что правозащитники — это не «зло» и не «враги», а их помощники. Любое государство может развиваться только при наличии сильного гражданского общества», — отметила Зокирова.
По ее словам, если правозащитные НПО в ходе своей деятельности выявляют конкретные проблемные зоны, связанные с нарушением прав человека, власти не должны ругать и начинать преследовать конкретного правозащитника или его организацию. «В таких случаях власти должны очень быстро реагировать на выявленные нарушения и устранять их, а если в этом нужна будет наша помощь, то мы всегда готовы быть рядом», — отмечает она.
Однако омбудсмен Зариф Ализода говорит, что не замечал, что на неправительственные организации навешиваются ярлыки, о которых говорят правозащитники. Хотя он и не исключает, что такое мнение, возможно, складывается из-за того, что НПО в основном работают на грантах, получаемых от иностранных государств и международных доноров.
Глава общественной организации «Перспектива+» Ойнихол Бобоназарова уверяет, что ярлыки на них навешиваются совершенно беспочвенно. «Посмотрите, власти больше всех получают грантов, почему они себя не называют агентами?» — задается вопросом Бобоназарова.
Правозащитник говорит, что когда государство и гражданское общество слабые, очень трудно и рискованно быть правозащитником. «Заявляя о своей приверженности демократии, власти должны понимать, что в таком случае гражданское общество должно контролировать их. А получается наоборот, малейшая критика в адрес каких-то чиновников заканчивается плачевно для правозащитников», — говорит Бобоназарова.
По ее мнению, многие недопонимания властей могла бы решить встреча президента Эмомали Рахмона с правозащитниками, которой на протяжении всей независимости республики ни разу не было. «Это говорит об отсутствии политической воли. Я уверена, что если бы президент встретился с правозащитниками, выслушал их и сделал какое-либо заявление, то чиновники изменили бы свое отношение к правозащитникам», — говорит Бобоназарова.
Однако депутат парламента от Народной демократической партии Таджикистана Насрулло Махмудов уверяет, что в Таджикистане созданы все условия для правозащитной деятельности НПО и отдельных граждан. По его словам, именно условия в Таджикистане и законодательство обеспечили сотрудничество парламента с правозащитными организациями в разработке нескольких законопроектов. В качестве примера он приводит закон «О предотвращении домашнего насилия», в разработке которого активное участие принимали неправительственные организации.
Активность правозащитников
Между тем Ойнихол Бобоназарова отмечает, что еще три года назад она видела в лице правозащитников только грантополучателей, сейчас ее собственное мнение сильно изменилось.
«Я бы сказала, что именно сейчас только правозащитные организации что-то делают в Таджикистане. Может, и есть правозащитники, которые ради грантов работают, но в целом правозащитники, особенно Коалиция против пыток, доказали, что они могут активно защищать права людей», — говорит Бобоназарова.
Сергей Романов, глава Независимого центра защиты прав человека, уверяет, что хотя приток молодых людей в правозащитную среду в последние годы по различным причинам сократился, однако в некоторых областях деятельности повысилось качество.
«Этому предшествует обмен опытом между коллегами. В частности, в рамках деятельности Коалиции по борьбе с пытками за последние годы сделано очень многое, и результаты не заставили себя ждать. Стоит признать, что такое неформальное объединение организаций в борьбе с пытками дало ощутимый успех как для самих организаций, так и для людей, интересы которых защищают данные правозащитные организации», — говорит Романов.
Сергей Романов считает, что государству стоит направить усилия на поддержку институтов гражданского общества, поскольку это авторитет и престиж государства на международной арене, перед структурами ООН и населением страны в целом. По мнению Романова, НПО работают не только в области предотвращения пыток, но и занимаются благотворительной деятельностью, содействуют исполнению международных обязательств страны.
Ойнихол Бобназарова предлагает наладить тесное сотрудничество между властями и правозащитными организациями. По ее словам, на одной из последних конференций по правам человека в Польше, киргизские правозащитники, всегда критиковавшие свои власти, впервые перестали делать это. Бобоназарова говорит, что отношение правозащитников изменилось именно потому, что с ними начали сотрудничать официальные власти.
«Я спросила у них: «В чем дело? Я вас не узнаю», а они мне ответили, что сейчас все вопросы, которые касаются защиты прав людей, они решают с властями и им не надо обращаться куда-то в международные организации», — говорит Бобоназарова.
Омбудсмен Таджикистана также уверен, что нужно больше сотрудничать, хотя, по его словам, власти делают все, чтобы торжествовали законность и справедливость, и поэтому противопоставлять государство и общество неправильно.
«Нужно больше сотрудничества между государственными структурами и структурами гражданского общества. Если сильно гражданское общество, то сильно и государство, а в итоге будет благополучие и процветание. Нужно время и необходимые, последовательные и уверенные шаги, потому что мы находимся только в начале строительства демократического государства и гражданского общества», — добавил омбудсмен.
