В течение вчерашнего дня граждане Великобритании участвовали во всеобщих выборах 650 парламентариев по избирательным округам по всей стране. В данный момент проходит подсчет голосов, результаты будут известны к 17:00 по душанбинскому времени. Выборы проводятся по мажоритарной системе – то есть, кандидаты, набравшие большинство голосов, получают право заседать в парламенте, а проигравшие и их электорат фактически остаются с пустыми руками. Из-за разницы в размерах избирательных округов, возможна ситуация прихода к власти партии, получившей меньше голосов, но больше мандатов.
В Великобритании, как всем нам известно, борьба ведется между консерваторами (Тори) и лейбористами, последние потеряли власть после завершения периода Тони Блэра. Блэр был, пожалуй, самым успешным и известным лейбористом, смог поставить рекорд, приведя их к победам на трех выборах подряд. Среди известных консерваторов в мировой истории остались Уинстон Черчиль и Маргарет Тэтчер.
Третьим колесом или альтернативой является партия либеральных демократов. Либерал-демократы являются центристами по своим взглядам. Партия появилась на основе слияния старинной партии либералов и социал-демократов. Партия либералов имеет более 130 лет истории, в 1920 году лейбористы сменили либералов в роли главных оппонентов консерваторов. Помимо либерал-демократов на политической арене есть несколько других партий меньшинства, среди самых известных из них: партия независимости Соединенного Королевства, локальные партии в Шотландии, в Ирландии и в Вельсе.
В то же время наиболее интересным является протовостояние лейбористов и консерваторов, так как актуальность остальных партий появится лишь на стадии формирования коалиции под лидерством Эда Милибанда или Дэвида Кэмерона.
Конечно же, необходимо рассказать об основных идеологических столпах, на которых строится современная программа двух противоборствующих партий.
Следует отметить, что в 21-ом веке идеологические противоречия между двумя партиями во многом нивелировались, и политическая борьба превратилась в соревнование двух команд менеджмента с престижным образованием. Лейбористы боятся быть заклейменными как “анти-бизнес” и боятся вводить новые налоги для богатых, а консерваторы боятся клейма “анти-государственников” и не сокращают расходы на содержание государственного аппарата и отказываются от многочисленных пособий. В результате, популистской борьбы за легитимность экономические проблемы заставили всех все же решать откуда брать деньги.
Современные лейбористские ценности, обновленные Тони Блэром еще 20 лет назад, строятся на принципе справедливого общества равных возможностей для каждого в условиях рыночной экономики. Это некий социализм с коммерческим здравым смыслом. Принцип «equal opportunities» является антонимом хорошо знакомого нам “непотизма”. Слабым местом лейбористов является внешняя политика, во многом именно из-за нее Тони Блэр был вынужден уйти в отставку в 2007 году.
Консерваторы (“тори», как их принято называть) традиционно придерживаются других ценностей, ставя во главу угла свободу личности и значительно меньшую роль государства в жизни общества. Тори традиционно поощряют большую роль частного сектора, во многом урезая бюджеты государственных органов и борясь с мышлением социалистов из Брюсселя.
Вчера британцы действительно ходили выбирать будущее своей страны. Тори обещают провести референдум о выходе из ЕС, не повышать налоги для богатых, расширить приватизацию и урезать государственные расходы на 33 млрд. фунтов в год. Лейбористы обещают хорошие отношения с Брюсселем, пересмотр приватизации, введение новых налогов для богатых.
Для многих представителей английского общества в культуре поведения и произношении лидеров двух противоборствующих блоков не чувствуется никакой разницы. Оба лидера из благополучных семей, оба являются выпускниками Оксфордского университета. В то же время, для многих неопытный лидер лейбористов, Эд Милибанд, происходит из семьи польских иммигрантов и слабо представляется перспектива его нахождения в роли премьер-министра Великобритании.
На мой взгляд, на предстоящих выборах в Великобритании очевидна победа консерваторов в той или иной степени (в том числе и в результате формирования коалиционного правительства), но это далеко не означает выход Великобритании из ЕС, так же как и было понятно сохранение статуса Шотландии при проведении недавнего референдума о возможности отделения. Дэвид Кэмерон будет стараться повторить коалицию с социал-демократами, так как это идеальное сочетание по продлению нынешнего формата работы правительства. А так же компромиссный подход коалиции как возможности маневра для избирательной реализации предвыборных обязательств.
Проблема лейбористов не только в слабом лидерстве, но и в нынешней относительно хорошей экономической ситуации в стране. Лейбористы могли бы прийти к власти и опереться на свой электорат мигрантов и получателей пособий в сложные времена, как это было и раньше, однако сейчас безработица на минимуме и экономические показатели в плюсе. Сохранение статуса кво в данном случае устраивает большинство.
По данным предвыборных опросов, Великобритания во второй раз подряд должна будет формировать коалиционное правительство, так как ни одна из партий не сможет набрать больше 323-х мест в парламенте.
Коалиционное правительство достаточно интересное явление, так как лидеры партий должны будут быстро договориться о составе правительства и работе коалиции. К примеру, в 2010 году парламенту понадобилось всего 5 дней для того, чтобы определить состав коалиции, так как все боялись неопределенности в разгар финансового кризиса. Однако, в нынешней ситуации этот процесс может затянуться. По первым результатам exit polls на позитиве сохранения статуса кво курс английского фунта подрос на 1%.
В данный момент действуйший премьер-министр Дэвид Кэмерон является представителем партии Тори, а вице-премьер Ник Клегг является лидером либеральных демократов. В правительстве 5 министров от либеральных демократов и 16 от консерваторов. В то же время необходимо отметить, что роль вице-премьера не дает особых полномочий. Другим сценарием, может быть формирование правительства меньшинства, которое ограниченно в своей деятельности долгими и сложными процессами согласования.
