Так как 2015-й год объявлен Международным годом семьи, мы решили создать новую рубрику и рассказать о семьях известных людей республики, чтобы показать преемственность поколений. Героями нашего первого рассказа стала семья народного поэта Таджикистана Мумина КАНОАТА.
Корни
Мы напросились в гости к устоду Мумину Каноату в один из субботних дней. 83-летний поэт встретил нас сам, сразу посадил за стол и познакомил с супругой и правнуком. Мы разговорились о семье самого поэта, семье его супруги и их детях.
Из рассказа Каноата мы узнали, что он родился и вырос в Дарвазе, а его предки родом из местечка Дахбед Самарканда. 200 лет назад, чтобы спастись от произвола мангытов, они обосновались в горах.
— Мой отец Каноатшо был одним из известных интеллигентных людей своего времени, он имел светское образование, хорошо знал таджикский и узбекский языки. Когда в Среднюю Азию пришли русские, отец даже работал на предприятиях нового типа в Фергане, где и выучил русский язык. Во время Первой мировой войны многие богачи вместо своих детей отправляли на войну бедняков. Мой дядя, узнав об этом, срочно забрал отца домой в Дарваз и женил на моей будущей матери, которой было на тот момент всего 16 лет. А моему отцу шел 41 год…
Муминшо Каноат — последний ребенок в семье. У него были сестра Ширинмо и брат Диловаршо. Каноат-младший закончил 7-летнюю школу в родном кишлаке Курговад и для продолжения учебы уехал в центр Гармской области. В 1951 году он успешно сдал экзамены и поступил в Таджикский госуниверситет на факультет истории и филологии.
С первого взгляда
Именно в первый день своего пребывания в столице он встретил свою будущую супругу Матлюбу и влюбился в нее с первого взгляда.
— Как сейчас помню: у нее были длинные сережки в ушах, одета она была с особым шиком, очень красивая девушка, словом, я был сражен, — вспоминает события полувековой давности устод. — К тому же она была отличницей: окончила школу с золотой медалью. Но во время учебы я молчал. Мне, сельскому парню, стыдно было признаться в моих чувствах к ней. На четвертом курсе, наконец, я решил действовать. Через свою одногруппницу, которая приходилась родственницей Матлюбе, я стал отправлять любимой письма со своими стихами. И лед растаял. Наше первое свидание произошло в библиотеке им. Фирдавси. Со временем она привыкла ко мне, и мы даже стали садиться в читальном зале за один стол…
Затем устод рассказал о своем тесте. Оказывается, Матлюба была дочерью Фаттоха Рахматуллаева – бывшего начальника милиции г. Самарканд, основателя партии «Мусульмане-большевики», который одним из первых самаркандских интеллигентов приехал в 1931 году поднимать Душанбе.
Свадьба
— Я провожал Матлюбу каждый вечер, — продолжает свой рассказ Мумин Каноат. — Но однажды ей запретили встречаться со мной, пока я не пришлю сватов. Кстати, из-за моей роскошной шевелюры, а у меня были черные кучерявые волосы, ее родные прозвали меня «джангалсар» (голова — густой лес). Они так и сказали: «Пусть этот джангалсар больше не провожает тебя, пока не сосватает!»
Моими сватами были известный народный гафиз Акашариф Джураев, мой преподаватель университета Бухаризаде и председатель «Таджикпотребсоюза» Мухаббатов…
К тому времени мы с Матлюбой окончили университет, причем, оба с красными дипломами. 24 июня 1956 года — в день получения дипломов, в Театре оперы и балета им. Айни состоялось торжественное собрание по этому поводу, а вечером мы устроили нашу комсомольскую свадьбу, на которой пели Неруе Аминов, Барно Исхакова, Акашариф Джураев, Абдулло Назриев и другие. Кстати, в конце свадьбы со мной произошел такой казус: так как мероприятие проходило во дворе, поэтому стол для молодоженов был установлен на доске, которая закрывала маленький арык. Гости стали расходиться, а я не могу встать, чтобы их проводить, так как одна нога застряла между досками. Когда узнали про мою «проблему», гости рассмеялись и сказали, что это хороший знак. «Теперь ты в этой семье «застрял» навсегда», — отметил кто-то.
Первые полтора года мы жили у тестя. Здесь появилась на свет наша первая дочь Парвин. Мирзо Турсунзаде и Боки Рахимзаде посодействовали мне, молодому поэту, в получении своего отдельного жилья. Далер и Ширин родились уже в нашем доме.
Воспитание
Устод Каноат признается, что воспитанием детей, в основном, занимались его супруга и теща, которые стремились вырастить их в духе самаркандского аристократизма.
— Жена работала в журнале «Женщины Таджикистана» и уходила рано, поэтому если я был дома, то есть, не в отъездах, то по утрам сам отводил детей в садик, — вспоминает устод. — С 1962 года я регулярно был в командировках в Москве, и там обязательно перед отъездом домой в «Детском мире» покупал детям самые лучшие игрушки и одежду.
Отмечу, что дети в то время одинаково хорошо знали два языка: русский и таджикский, так как Парвин и Ширин учились в русскоязычной школе, а Далер – в таджикской. Когда они подросли, встал вопрос выбора профессии. Я хотел, чтобы Парвин стала историком, но в итоге она поступила в мединститут. Тогда я решил, что Далер и Ширин станут востоковедами. Далер поступил на арабистику, а Ширин стала иранистом. Лингвистом стала и дочь Ширин — Парасту. Она выбрала для изучения китайский язык — очень сложный, но в наше время востребованный. Сейчас она работает менеджером в одном из подразделений компании “ТАЛКО”.
Далер хотел стать ученым и даже начал писать диссертацию на тему творчества поэта Джалолиддина Руми. Но началась война, и никому это стало не нужно. В настоящее время Далер с супругой Дилором — внучкой Мирзо Турсунзаде и тоже востоковедом по образованию, живут и работают в Канаде. Зато свои несбывшиеся надежды они вложили в своих детей. Сегодня их сын Мирзо, названный в честь своего прадеда — биохимик по образованию, окончил Оксфордский университет, защитил кандидатскую диссертацию на тему «Лечение раковых заболеваний с помощью клеток» и уже готовит докторскую. Внучка Суман — психолог, знает несколько языков и живет в Торонто.
Ревность
Мы перебираем фотографии устода, как вдруг разговор как-то сам собой заходит о том, были ли у супруги знаменитого поэта поводы для ревности. Мумин Каноат улыбается, поправляя свою до сих пор пышную прическу и признается, что у него была любовь к другой женщине.
— Но эта любовь была… платонической, — поправляет он.
— И к кому же? – любопытство берет вверх.
— К великой балерине Малике Собировой…
И он рассказывает, что когда знаменитую артистку пригласили на работу в другую республику, то он и известный таджикский актер Махмуджон Вахидов получили «спецзадание» «сверху»: во что бы то ни стало остановить Малику от такого шага. А ее могла остановить только любовь, поэтому так получилось, что влюбив ее в себя своими пламенными стихами, поэт даже не заметил, как сам влюбился. Причем, когда он рассказывал нам про это, его голос стал тише, чтобы его супруга Матлюбахон, находившаяся в другой комнате, невзначай не услышала его.
— Да, жена сильно ревновала меня к Малике, хотя это была только духовная привязанность, — признается устод. — Однажды даже был случай, когда я поздно вернулся с Варзоба, где мы сидели с Маликой и ее московскими друзьями, и жена не открыла мне дверь. Пришлось вызывать друзей, которые ввели ее в курс дела.
Б
ольшое счастье
Мумин Каноат также рассказал нам о своей государственной и общественной работе. Многие годы он был секретарем Союза писателей республики, депутатом Верховного Совета СССР трех созывов, членом президиума Комитета защиты мира и на другой общественной работе, и везде он был представителем Таджикистана. Устод признается, что из-за своей хронической занятости он приобрел много болезней, в том числе, бессонницу. Даже сейчас у поэта впереди много дел. В этом году, в честь 70-летнего юбилея Великой победы над фашизмом его пригласили в Волгоград (бывший Сталинград, в честь которого поэт написал свою знаменитую поэму «Сталинград»). По просьбе правительства Ирана он пишет поэму «Бурджи милод», закончил вторую часть своей автобиографической книги «Воспоминания».
— С женой мы прожили вместе 58 лет! Я всегда старался быть хорошим семьянином, добрым отцом, — отмечает в конце нашей беседы Мумин Каноат. – И если я смог за эти годы сделать своих родных хоть немного счастливыми и радостными — это для меня большое счастье!
