Хвойный запах, характерный для новогодних праздников, в таджикских домах больше не встретишь: отечественные лесные хозяйства утверждают, что спрос на живые елки в последние годы исчез и привозить свой товар в города нет необходимости. Сейчас население наряжает только искусственные елки.
ЕЩЕ лет десять назад наряду с традиционным запахом мандаринов Новый год пах и хвоей. В городах Таджикистана перед праздниками организовывались торговые точки, где любой желающий мог купить живую елку. Причем зачастую елки продавались с корнями, так что после праздника деревья сажали в своих собственных дворах. Теперь этот праздничный атрибут с нашего рынка незаметно исчез. Главная причина – отсутствие спроса. Несмотря на то, что в государственном масштабе Таджикистан все-таки не перестал отмечать этот праздник, Новый год постепенно теряет свою массовость, а вместе с этим в прошлое уходят и его традиционные атрибуты, такие как запах хвои.
Амир, продающий пластмассовые ёлки и украшения для них в одном из подземных переходов Душанбе, пока не жалуется на торговлю.
«Бывает, иногда спрашивают живые елки, но крайне редко. Я, конечно, могу заказать в каком-нибудь питомнике или у частных предпринимателей в сельской местности саженцы елки, но, учитывая затраты на дорогу, их цена окажется слишком дорогой», — говорит он.
Выращиванием саженцев хвойных деревьев в Таджикистане занимаются. Например, в фермерском хозяйстве Ходжи-Неъмата Усмонова в Турсунзаде, хозяйстве «Хосилот» Шахринавского района, в других районах Хатлонской и Согдийской областей. Как рассказывает дехканин Хабибулло Дустов из Турсунзаде, в зависимости от сортов на выращивание одного саженца уходит от 3 до 8 лет. И этот бизнес не дает моментальную прибыль, поэтому часто наши фермеры делают ставку на овощеводство. Тем более хозяйства давно не ориентируют свой бизнес на Новый год – нет потребительского спроса. Саженцы в города привозят только в феврале — марте. В этот период предприятия и ведомства для озеленения своих территорий закупают саженцы оптом. По словам Х.Дустова, к нему и соседям, занимающимся этим бизнесом, заказы поступают заранее. Например, в этом году саженцы елок из Турсунзаде большой партией будут поставлены в Согдийскую область.
К весне один саженец хвойного дерева размером до метра продается по 25–30 сомони, однако более высокие елки (три, пять или восемь метров) могут стоить от 200 до 700 сомони. Кстати, по таким ценам большие живые елки можно купить в столичном магазине «Пайванд», который недавно был торжественно открыт Эмомали Рахмоном.
Искусственные аналоги хвойных красавиц в Душанбе реализуются по 30–100 сомони. Впрочем, стоимость качественных пластмассовых елок в городе достигает и 300–500 сомони.
Новогодняя ёлка на площади Сомони в городе Турсунзаде
(Новогодняя ёлка на площади Сомони в городе Турсунзаде)
Польза от подделки
ВПРОЧЕМ, сокращение спроса на живые елки в Таджикистане имеет и свои положительные стороны. До недавних пор, особенно в сельской местности, практиковалась вырубка арчи для новогоднего праздника. Многие помнят огромные арчовые деревья, высотой до потолка, в залах или во дворах школ, детсадов, сельсоветов, правлений колхозов и совхозов, привезенные из лесных хозяйств различными путями. Кто-то договаривался с лесниками, другие предпочитали браконьерство. Сейчас, когда Новый год, в общем, теряет свою актуальность, а для желающих на рынках продаются искусственные елки, вырубка деревьев прекратилась.
Специалист отдела контроля за использованием и защитой растений и животных Комитета по охране окружающей среды при правительстве Таджикистана Сайфиддин Шарипов выразил удовлетворение таким положением дел. По его мнению, это спасает арчовники от истребления.
«Сегодня на рынках в достаточном количестве торгуют искусственными ёлками, которые вполне могут удовлетворить потребности населения. Вырубать для этого деревья хвойной породы, особенно национальной арчи, противозаконно. Никто не запрещает частным предпринимателям и хозяйствам выращивать некоторые виды хвойных деревьев, таких как сосна, ель и другие, с целью их реализации», — говорит он.
(Выращивание саженцев сосны в фермерском хозяйстве Ходжи-Неъмата Усмонова в Турсунзаде)
