У истоков создания и становления таджикской государственности стояли такие видные государственные деятели, Все они были расстреляны при репрессиях 1937–1938 годов.
Среди них Нусратулло Махсум, Шириншо Шотемур, Абдурахим Ходжибаев, Мирза Давуд Багир-оглы Гусейнов, Сурен Шадунц, Урумбай Ашуров, Андрей Трофимович Федин. О том, как это было, наш рассказ.
Тогда под репрессии попадали все: деятели науки, литературы, профсоюзов, журналисты, духовенство. Людей осуждали целыми списками. Точкой отсчета периода массовых репрессий в Таджикистане можно считать 13 сентября 1937 года, когда в газете «Правда» вышла статья с разгромным заголовком «Враги таджикского народа».
В тот день было опубликовано постановление Центрального Комитета Коммунистической партии Таджикистана, в результате которого лишились своих постов и были арестованы председатель правительства Таджикской ССР Абдулло Рахимбаев и почти все министры правительства: нарком пищевой промышленности Азимджанов, нарком местной промышленности Абдуллаев, нарком легкой промышленности Массаидов и другие.
Подписавший это постановление первый секретарь Компартии Таджикистана Урумбай Ашуров сам был арестован через две недели, осужден и расстрелян, как и все ранее арестованные члены правительства.
Когда сегодня листаешь старые подшивки республиканских газет, становится не по себе от предъявленных им обвинений. Руководители республики, на которых еще недавно вся республика смотрела как на пример для подражания, в один день превратились в членов банды озверелых фашистов, в буржуазных националистов, жалких лакеев японо-германских капиталистов. Еще вчера они руководили Вахшстроем, проектировали город солнца Сталинабад, боролись с безграмотностью, строили новые заводы, организовывали колхозы, прокладывали дороги… И вдруг враги народа. Атмосфера страха и подозрительности опустилась на Таджикистан. Вчерашние друзья и коллеги по работе писали друг на друга доносы, зачастую клеветнические, порой даже не задумываясь о последствиях для человека, на которого был составлен донос. Доносительство друг на друга, рвение некоторых чересчур бдительных служак приняло форму общественного психоза, открывшего путь процессуальным, юридическим и просто нравственным нарушениям.
