Май и начало июня этого года принесло немало новостей, связанных с Казахстаном. Президент Назарбаев встречался сначала с Владимиром Путиным, затем они побывали в гостях у нового туркменского лидера Гурбангулы Бердымухаммедова. После чего сам президент Туркмении посетил Астану. Результатом этих встреч стали знаковые решения о строительстве Прикаспийского газопровода и вполне вероятной прокладке по восточному побережью Каспия железнодорожной ветки через Казахстан в Туркмению. С Россией казахам удалось уладить проблему поставок газа с месторождения Карачаганак на Оренбургский газоперерабатывающий комплекс.
Параллельно в самом Казахстане скоротечно были внесены изменения в Конституцию и начато уголовное преследование Рахата Алиева – старшего зятя Назарбаева. В интерпретации официальной Астаны все это выглядело как очередной решительный шаг к прогрессу молодого центральноазиатского государства. В российской прессе часть комментариев была излишне оптимистичной. Утверждать, что Казахстан однозначно сделал свой выбор в пользу российских вариантов транспортировки казахстанских углеводородов, а тем более что Назарбаев мужественно пошел против своего клана и при этом пожертвовал часть своей власти парламенту, – значит ловиться на очевидную восточную хитрость.
Не случайно в Казахстан прибыл помощник госсекретаря США Ричард Баучер. Американские дипломаты более прагматичны, чем их российские коллеги. Без лишнего шума, совсем не стремясь к организации «года США в Казахстане», они постепенно, шаг за шагом, продвигают свои интересы в Центральной Азии. Казахская элита давно усвоила методы американцев и не ведет себя с Вашингтоном так, как с Москвой. Да, Россия на словах стоит первым приоритетом во внешней политике Казахстана. Но практически всегда Астана, следуя выбранному ею курсу «многовекторной дипломатии», а точнее, геополитического маневрирования, пытается уравновесить российский вектор американским.
Так, в сентябре 2006 года Назарбаев с официальным визитом побывал в США. В казахстанских СМИ была развернута дискуссия о том, как следует строить систему региональной безопасности. При этом некоторые авторы, близкие к кругам, обеспечивающим интеллектуальную подпитку администрации президента Казахстана, среди прочего предлагали рассмотреть вопрос об открытии в Казахстане американской военной базы. Весной этого года между Казахстаном и США было заключено своего рода «мировое соглашение». Казахстан признавал наличие на зарубежном счете, открытом еще в середине 90-х годов, средств, полученных от американцев за, мягко говоря, «не совсем законные» посреднические услуги по продвижению интересов американского бизнеса в энергетическом секторе Казахстана. Эти средства было решено перенести в один из казахстанских благотворительных фондов. А американцы в обмен пообещали предать забвению давнее дело о коррупции, известное как «Казахгейт».
Когда в начале мая россияне млели от казахских комплиментов по поводу сотрудничества в транспортировке нефти и газа, министр иностранных дел Казахстана Марат Тажин в течение трех дней вел переговоры в Вашингтоне с Кондолизой Райс и американскими конгрессменами. В центре бесед были темы американо-казахстанского сотрудничества в энергетической сфере, участия Казахстана в любимом детище Вашингтона – геополитическом проекте «Большой Центральной Азии», ситуация с заявкой Казахстана на председательство в
ОБСЕ
. Марат Тажин подтвердил готовность Казахстана помочь Америке в экономической поддержке афганского правительства Хамида Карзая. Отношения с Вашингтоном в очередной раз были названы стратегическими и требующими серьезного углубления. Касаясь еще одной модной казахской идеи – реанимировать союз центральноазиатских государств, глава казахского МИДа совсем не случайно назвал в качестве одного из действенных механизмов этой региональной интеграции рамочное соглашение о торговле и инвестициях (TIFA) между странами Центральной Азии и США. Астана, видимо, четко представляет, что для Вашингтона Казахстан будет еще более ценен, если ему удастся захватить доминирующие позиции в регионе. Тогда Астана будет выглядеть как невеста с богатым приданым.
Нынешний визит Баучера, очевидно, станет не попыткой нанести некий «ответный удар» после решений по Прикаспийскому газопроводу и газу Карачаганака. Вашингтон найдет свой «асимметричный ответ». Контуры его уже просматриваются. В конце концов ни казахский, ни вообще центральноазиатский природный газ США не нужен. Белый дом, возможно, сыграет на тщеславии Назарбаева, на его желании остаться в истории в роли политика, добившегося признания лидерства своего государства в Центральной Азии со стороны ведущих мировых держав. Призом на этом пути может стать председательство в ОБСЕ. Да и экономические связи США с Казахстаном не следует сбрасывать со счетов – только прямые американские инвестиции в эту республику достигают 13,8 млрд. долл. (30% от общей суммы иностранных капиталовложений).
Наконец, кто-кто, а юридически подкованные американцы вполне способны понять, что истинной целью недавней конституционной реформы в Казахстане является стремление как раз укрепить власть президента за счет аффилированных с ним политических партий в парламенте страны. С этим США вполне могут смириться, ведь на кону очень высокие ставки: Назарбаев не вечен, он должен когда-то покинуть свой пост. И главное здесь, чтобы уже развернувшаяся с гонениями на президентского зятя война кланов не ударила бы косвенно по американским интересам в регионе.
