Предвыборная борьба во Франции набирает обороты. Фаворитами, согласно опросам Института общественного мнения Ipsos, остаются глава правящей партии Союз за народное движение (СНД) Никола Саркози (29,5%) и кандидат от социалистов Сеголен Руаяль (25,5%). Достаточно неожиданно за последние недели к ним почти вплотную приблизился лидер демократов-центристов Франсуа Байру (20,5%). Шансы Жана-Мари Ле Пена, возглавляющего крайне правый Национальный фронт оцениваются как низкие (12,5%). Выборы во Франции логично рассмотреть в контексте предстоящих изменений и в других ключевых странах Европы. И задаться вопросам: как это повлияет на отношения европейских государств и России?
Первое, что обращает на себя внимание в предвыборном раскладе, — отсутствие явного лидера. Конечно, наиболее сильные позиции у Саркози, однако и в его успехе на фоне стремительного роста популярности Франсуа Байру многие начали сомневаться. Да и Руаяль, хотя и несколько сдала позиции с момента выдвижения, все-таки остается довольно сильным конкурентом для экс-главы МВД. Так что разрыв в любом случае будет минимальным. Интересно, что такая же ситуация наблюдалась в последнее время на выборах во многих европейских странах: Германии, Италии, Швеции – везде победившая сила получала лишь незначительный перевес.
Как поясняет главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов, и Руаяль, и Саркози борются за одних и тех же избирателей, а именно — центристов. Кроме того, кандидат от СНД пытается привлечь на свою сторону электорат ультраправых, а представительница соцпартии пытается заигрывать с ультралевыми. Такая двойная игра является вынужденной, уверен глава Центра французских исследований Института Европы РАН Юрий Рубинский: «Хотя и у Саркози, и у Руаяль достаточно нестандартный профиль – она женщина, а он сын эмигрантов, не имеющий ни капли французской крови – таких уж радикальных отличий между ними нет, — говорит он. — Программы их вполне традиционны: социальные реформы, охрана правопорядка и т.д. Поэтому им приходится оглядываться: Саркози – на электорат Ле Пена, а Руаяль – на коммунистов и троцкистов. Это их ослабляет».
Ослабление это проявляется в росте популярности Байру, которому, согласно опросам, удалось практически удвоить свой электорат за прошедшие месяц-два. Байру – это результат разочарования французов и в левых, и в правых. Однако самостоятельной силы центр не представляет, уверен эксперт, и предсказывать победу лидера демократов-центристов во втором туре (при условии, что он туда пройдет) преждевременно. «Саркози – не Ле Пен, и голосовать за Байру, только чтобы Саркози не стал президентом, даже многие левые не станут. Да, в 2002 году Ширак набрал 82% благодаря выходу Ле Пена во второй тур. Но Саркози не настолько аллергичен», — рассуждает Рубинский.
Как повлияют результаты выборов на отношения Парижа и Москвы? «Шираку, несмотря на настроения общественности, неблагосклонно настроенной по отношению к России, удавалось поддерживать высокий уровень отношений с Москвой, — говорит один из президентов Ассоциации друзей Франции Александр Игнатов. – У нового человека, каким бы он ни был, не будет ни столько авторитета, ни столько мужества и опыта, чтобы делать то, что он считает нужным и как он считает нужным. Уход Ширака, как и уход Герхарда Шредера, приведет если не к ухудшению, то к некоторому охлаждению в отношениях с Москвой».
Заметим, что и в Италии с приходом к власти левоцентристов во главе с Проди, и в Германии с приходом к власти правых партий во главе с Меркель в отношении России сложилась похожая ситуация: сотрудничество развивается по-прежнему, но без былой политической теплоты. Юрий Рубинский уверен, что так же поведет себя и преемник Ширака: кризиса в отношениях не последует, но и «изъяснений в любви больше нет и не будет». При этом он отмечает, что корректировку внешнеполитической линии Берлина и Парижа необходимо рассматривать в связи с предстоящей сменой власти в Великобритании: уже в 2007 премьер-министром вместо Тони Блэра может стать нынешний министр финансов Гордон Браун. «У Брауна позиции слабые как в стране, так и в партии, и сложно сказать, сможет ли он удержать статус главного оруженосца США в Европе», — говорит глава Центра французских исследований. Фрау Меркель проявила достаточно политической мудрости, чтобы «заштопать» отношения с США, и вряд ли сменой караула в Лондоне не воспользуется Саркози, считает Рубинский. Тем более что последний неоднократно демонстрировал свой проатлантический настрой, в том числе в ходе неоднократных поездок в США. Что касается возможной победы Руаяль, то и в этом случае особой теплоты политических контактов ждать не стоит, так как левые традиционно усиленно критикуют Россию за ситуацию в области защиты прав человека.
Словом, в любом случае российско-французские отношения претерпят определенную эволюцию, направление которой станет ясно уже после завершения электорального цикла (за выборами президента во Франции последуют парламентские выборы). Эксперты согласны в одном: в системе приоритетов любого кандидата, который победит на выборах, на первом плане будет европейское строительство. И даже возможную активизацию контактов с США надо рассматривать именно в контексте этой задачи – задачи подтверждения французского лидерства в ЕС. «Европейцы прекрасно понимают, что, имея США даже не врагом, а хотя бы недоброжелателем, очень трудно рассчитывать на какие-то успехи европейской интеграции, потому что у США очень много рычагов и способов воздействия на то, чтобы в Европе полноценное политическое объединение не удалось», — резюмируют Федор Лукьянов.
