По мнению медиа-наблюдателей, ряд судебных дел о клевете выглядит, как согласованная кампания против трех печатных изданий накануне выборов.
Иски по обвинению в клевете в отношении ведущих газет Таджикистана вызвали опасения, что власти пытаются заставить прессу замолчать накануне парламентских выборов, намеченных на 28 февраля.
Первое слушание по делу против газет «Азия Плюс», «Фараж» и «Озодагон» назначено на 23 февраля — после неудачных попыток прийти к мировому соглашению. Необычным в этом судебном разбирательстве является то, что трое истцов сами — судьи, двое из них – судьи Верховного суда.
Судьи требуют более 1,2 миллиона долларов США в качестве возмещения ущерба от трех газет. По словам обвинителей, эти издания осветили пресс-конференцию, которую в прошлом месяце дал адвокат обвиненных год назад в коррупции группы граждан, чем нанесли ущерб репутации судей. Один из истцов — судья Верховного суда Нур Нуров — требовал закрыть газеты до завершения судебного процесса.
26 января, за три дня до того, как на издания были поданы иски, суд города Душанбе удовлетворил иск против газеты «Пайкон» и обязал ее выплатить около 70 тысяч долларов. Первоначально штраф был наложен еще в октябре, когда Госагентство по стандартизации, метрологии и торговой инспекции выиграло дело о клевете: поводом для иска послужило то, что еженедельник опубликовал открытое письмо от предпринимателей с критикой в адрес агентства.
Также 26 января Министерство сельского хозяйства Таджикистана пригрозило подать иск с обвинением в клевете против другой газеты — «Миллат», с требованием о возмещения ущерба в размере около 230 тысяч долларов за дискредитирующую статью о коррумпированности, опубликованную в декабре.
Эта волна судебных дел с участием уважаемых, независимо мыслящих газет вызвала протесты местных и международных организаций; некоторые из них считают, что дело попахивает согласованной попыткой заставить прессу замолчать накануне парламентских выборов.
«Власти Таджикистана должны прекратить использовать судебную систему для запугивания независимых СМИ», — отметила 1 февраля организация «Репортеры без границ» (Reporters Without Borders), выступающая за свободу слова во всем мире, в своем заявлении в отношении действий, предпринятых в адрес всех пяти газет.
Неделей позже Миклош Харашти, представитель ОБСЕ по вопросам свободы средств массовой информации, назвал судебные процессы, начатые чиновниками высокого ранга в Таджикистане, «опасными попытками установить цензуру».
«Для того чтобы СМИ могли в полной мере использовать свое право распространять информацию, они не должны привлекаться к ответственности за публикацию или воспроизведение заявлений, источник которых установлен», — сказал он.
Комитет защиты журналистов (CPJ) из Нью-Йорка отметил, что возмещение ущерба, которого истцы требуют с газет «Азия Плюс», «Фараж» и «Озодагон», может обанкротить издания.
«Тот факт, что истцами в данном деле являются влиятельные судьи, заставляет независимую прессу опасаться», — сказала Нина Огниянова, координатор европейских и центрально-азиатских программ Комитета защиты журналистов.
Группа таджикских медиа-НПО также выразила беспокойство по поводу растущего числа «дорогостоящих» судебных дел против независимых изданий, предупреждая, что это может привести к еще большему ограничению свободы СМИ.
Нуриддин Каршибоев, председатель Независимой Ассоциации СМИ Таджикистана (НАНСМИТ), сказал CPJ, что, по его мнению, законы о клевете используются в рамках кампании властей по усмирению критически настроенных СМИ накануне выборов.
С ним согласен председатель Союза журналистов Акбарали Сатторов.
«В любом случае это давление на свободу слова. Особенно накануне выборов, — сказал он. – К тому же это ведь все не какие-то определенные люди подали иск, — это судьи, министерства и государственные комитеты».
Мухтор Бокизода, председатель «Фонда памяти журналистов», вспоминает, что в январе 2005 года – за месяц до последних парламентских выборов – его обвинили в незаконном использовании электричества для частной типографии. В то время он был главным редактором «Неруи Сухан» — газеты, критиковавшей правительство и президента. В результате типографию закрыли, и в следующем году «Неруи Сухан» не смогла публиковаться, так как ни одна государственная типография не захотела иметь с ней дела.
В своем интервью для IWPR судья Нуров отрицает, что дело о клевете имеет политическую подоплеку и утверждает, что он и его коллеги действовали как частные лица.
«Мы подали наши жалобы, но это не значит, что дела будут решены в нашу пользу», — сказал Нуров.
Медиаактивисты и аналитики, однако, утверждают, что дела о клевете становятся тенденцией.
«Ситуация очень тревожная, и эта тенденция, если ее не предотвратить, может привести к ограничению СМИ и повышению самоцензуры среди журналистов», — сказал Каршибоев, добавив, что журналисты находится под угрозой лишь потому, что «распространили общественно-важную информацию, за то, что они выполняют свое предназначение».
Политолог Парвиз Муллоджанов считает, что правительство недружелюбно настроено к средствам массовой информации, которые осмеливаются критиковать чиновников.
«Рост независимости прессы вызывает недовольство и неприятие со стороны определенных кругов и лиц, — сказал он. – Давление на прессу со стороны данных кругов увеличивалось постепенно, и, на первый взгляд, незаметно; но было ясно, что рано или поздно оно проявится в более острой форме».
5 февраля в Душанбе во время круглого стола, который был организован IWPR совместно с НАНСМИТ, медиаэксперты, юристы и правозащитники обсудили проблемы, с которыми сталкиваются независимые СМИ. По результатам круглого стола было принято решение организовать группу, которая будет предоставлять правовую помощь журналистам, особенно тем, кто сталкивается с делами о клевете.
Аслибегим Манзаршоева и Зарина Эргашева, журналисты в Таджикистане, прошедшие тренинги IWPR.
