«Операция в Хороге была успешной». «По мирным людям никто не стрелял». «Погибали только те люди, которые были вокруг Имума, Толиба и Бокира».
Министр обороны Шерали Хайруллаев дал эксклюзивное интервью газете «Азия-Плюс».
— Шерали Хайруллаевич, скажите, пожалуйста, в чем все-таки была цель операции 24 июля – задержать подозреваемых в убийстве генерала Назарова или нейтрализовать полевых командиров Бадахшана?
— Дело в том, что когда был убит генерал Назаров, у правоохранительных органов возникли серьезные проблемы. Отдельные лица стали укрывать виновных в убийстве Назарова. Тогда мы были вынуждены подтянуть сюда силы, но только с целью устрашения, чтобы заставить выдать виновных. Но этого не произошло. Я по телефону предупреждал. Позвонил и сказал: «Ребята, здравствуйте, не надо шутить. Выдайте убийц, иначе будет война». И все. Через какое-то время мы связались по телефону с Толибом. Он обещал их привезти. Мы разошлись с миром. Но в 3 часа ночи мне позвонили и сообщили, что заместителя генерального прокурора, который в то же время является главным военным прокурором, вместе с другими людьми забрали и увезли в неизвестном направлении. Их забрали из здания городского военкомата, где они проживали.
— А охрана была при этом?
— Их охраняли милиционеры. Были также военные дежурные, но не каждый умеет стрелять. Военный комиссар — это мирный человек. В комиссариате тоже мирные люди… После этого нам не оставалось ничего, кроме как устрашить еще больше, поэтому мы начали операцию. Но в основном мы били по скалам и горам. Это была моя команда. Если бы мы стреляли прицельно, то от половины Хорога бы ничего не осталось. Но когда мы получили ответ — то есть ребята готовились, потому что знали, что силы прибывают, — и стали люди погибать, тогда мы уже были вынуждены стрелять прицельно. По крайне мере, по результатам того, что мы имеем, видно, что сплошной стрельбы по населению не было. И если посмотреть по количеству пострадавших, погибших, то будет видно, что стрельба была прицельной только по некоторым районам, то есть мы стреляли туда, откуда стреляли по нашим. Поэтому погибали те люди, которые были вокруг Имума, вокруг Толиба и вокруг Бокира.
— Население уверяет, что из числа погибших лишь 6-7 человек относились к боевикам, а остальные – это мирные жители…
— Вы знаете, я вам скажу одно мудрое изречение: время лучше нас знает, кого наказать, а кого помиловать. Никогда еще никто не говорил, что, мол, мой ребенок плохой. Да, есть те, кто погибли невинно, но в своем выступлении по местному телевидению я извинился перед теми, чьи родные погибли случайно. А чего вы хотели? Если бы у пули и снаряда были бы глаза, то безвинно погибших совсем не было бы.
Я с ними (неформальными лидерами, —
прим. ред.
) и раньше говорил, предупреждал. Еще 11 июля я говорил с Толибом: «Толиб, всякие разговоры ходят. У тебя есть возможность жить спокойно? Есть. Есть какой-то плохой или хороший бизнес? Есть. Вот и живи себе спокойно. Тише воды, ниже травы. Не делай тех глупостей, которые совершил в свое время Мулло Абдулло, иначе будет плохо». Он мне тогда заявлял: «Товарищ министр, ничего не будет». Но, однако, видите… Прежде чем на этот вопрос отвечать, надо 20-летнюю историю просмотреть. Что происходило за эти 20 лет здесь, в Хороге? Не в Бадахшане, а именно в Хороге. Безнаказанность порождает преступность. Избивают одного, избивают другого. Люди гибнут, и не только работники правоохранительных органов, но и обычные люди. С 2000 года по июнь 2012 года в Хороге от огнестрельного оружия погибло 15 человек!
Почему не были эвакуированы жители Хорога?
Кто давал приказ о штурме, и как это было согласовано с президентом?
А также ответы на многие другие вопросы вы найдете в свежем номере газеты «АП», которая поступит в продажу уже завтра, 6 сентября.
