10 лет назад, в июле 2006 года, Иран и Таджикистан заявили, что намерены создать общий персоязычный телеканал; к проекту готов был присоединиться и Афганистан. Прошли годы, потрачены деньги, но канал так и не создан.
Когда президент Ирана Махмуд Ахмадинежад договорился с президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном о создании общего телеканала, им потребовалось согласие Хамида Карзая. Тот его дал, но с оговорками. Афганская сторона настаивала на том, чтобы телеканал вещал и на языке пушту, на котором говорит большинство жителей Афганистана.
Иран и Таджикистан тогда заявили, что не могут пойти на это условие.
Тегеран и Душанбе тогда аргументировали свое несогласие тем, что если договариваться по такому принципу, то и в Иране, например, проживает большое количество турков, курдов, туркменов и представителей других национальностей, а в Таджикистане — узбеки, русские, киргизы, туркмены, идея же была — создать именно персоязычный канал для трех стран: Афганистана, Ирана и Таджикистана – с персоязычным населением. Вроде договорились. Но.
Прошли годы, и оказалось, что прийти к единому мнению мешал не только Афганистан, Таджикистан с Ираном и сами не смогли обо всем полюбовно договориться.
Таможня так и не дала добро
В начале 2011-го руководство Комитета по телевидению и радиовещанию Таджикистана заявило, что единый персоязычный канал зарегистрирован, но начало его вещания откладывается из-за отсутствия необходимого оборудования.
Тогда посольство Ирана в Таджикистане сообщило, что в Душанбе из Германии завезено новейшее телеоборудование на сумму 2 миллиона евро (!), но таджикская таможня настаивает на уплате пошлины в размере $400 тысяч.
По сообщению Таможенной службы Таджикистана, иранская сторона не имела документов, подтверждающих, что оборудование не должно облагаться таможенными пошлинами…
Вот с того времени и до сегодняшнего дня каждый год начало вещания откладывается, а проблема растаможки завезенного в Душанбе оборудования не решена до сегодняшнего дня!
Виноваты Афганистан и Иран?
По словам специалистов, кроме технических проблем, мешают запустить проект и разногласия относительно программной политики будущего телеканала.
Иран и Афганистан являются исламскими странами, а Таджикистан — светской страной. В Иране и Афганистане женщины-ведущие работают в исламской одежде. А концертные программы из Таджикистана включают в себя выступления женских танцевальных коллективов, чьи танцы запрещены для просмотра в Иране и Афганистане.
В июле текущего года председатель Комитета по телевидению и радиовещанию Таджикистана Махмадсаид Шохиён заявил журналистам, что совместный персоязычный телеканал Таджикистана, Ирана и Афганистана до сих пор не открыт по техническим причинам. «В заминке по поводу открытия совместного персоязычного канала нет никакой политической подоплеки. По неизвестным нам причинам Афганистан и Иран не выполнили взятые на себя обязательства», — сказал Шохиён.
По его словам, согласно трехстороннему договору Таджикистан должен был предоставить помещение для функционирования телеканала. «Мы выделили такое помещение в здании детского телеканала "Бахористон"», — сообщил председатель комитета.
Касательно присланного ранее Ираном в Таджикистан оборудования для персоязычного телеканала, которое так и не было растаможено, Шохиён отметил, что оно «сейчас уже технически устарело, не отвечает современным требованиям».
Также, по словам Шохиёна, свои обязательства по договору, связанные с решением кадрового вопроса, не выполнила афганская сторона.
Провальный проект
По мнению известного таджикского журналиста Сухроби Зиё, десять лет тому назад данный проект был более реальным, чем сейчас. В то время отношения Душанбе, Кабула и Тегерана были безоблачными, особенно в сферах культуры и обмена информацией.
— В течение прошедших десяти лет в мире персоязычного ТВ произошли кардинальные изменения: Би-би-си, «Евроньюс» начали распространять свои видеоматериалы на персидском языке, начавший свою работу в январе 2009 года персоязычный телеканал Би-би-си сегодня имеет 20-миллионную аудиторию; за этот период начали работать персоязычные телеканалы Farsi1, Nex1, GEM TV, Manoto, PMC, которые в Иране, Афганистане и Таджикистане имеют миллионы зрителей. В этих условиях вряд ли проект по созданию общего телеканала трех персоязычных государств будет успешным, — отметил Зиё.
Другой эксперт, таджикский политолог и журналист Нурали Давлат, уверен, что идея создания общего телеканала была гиблой изначально.
— Телевидение, как часть СМИ, является частью идеологии. Совместить религиозную (исламскую) идеологию Ирана и Афганистана со светской идеологией Таджикистана — то же самое, что совместить огонь с водой, — говорит он и приводит пример из нашей недавней истории. — В мае 1992 года сторонники таджикской оппозиции насильственно захватили здание телецентра в Душанбе. Существующий тогда единственный канал таджикского ТВ и радиоканалы страны перешли в руки оппозиции. Тогда Мирбобо Миррахимов, один из ярких представителей оппозиции, возглавил Комитет по телевидению и радиовещанию Таджикистана. Таджикский телеканал был назван ТМТ – «Телевизиони мардумии Тоджикистон» (Народное телевидение Таджикистана). Одним из новшеств тогдашнего руководства ТВ страны стало то, что в вечернее время суток транслировались новости одного из иранских телеканалов. Там ведущими были дикторы-женщины в хиджабах. Данное действие руководителей тогдашнего ТВ Таджикистана вызвало по всей стране негодование и раздражение, которого никто не скрывал.
