Казахстан сегодня является наиболее близким экономическим и политическим союзником России на постсоветском пространстве, несмотря даже на то, что на бумаге существует союзное государство России и Белоруссии. Однако даже с Минском у Москвы периодически возникают конфликтные ситуации — в особенности при обсуждении дальнейшей экономической интеграции двух стран. Не идеальны и личные отношения Александра Лукашенко и Владимира Путина. А вот с казахстанским лидером его российский коллега всегда находит общий язык — недаром же президент России лично ездил на инаугурацию Нурсултана Назарбаева и в 2005 году общался с ним чаще, чем с белорусским коллегой.
Вот и нынешний визит президента Казахстана в Россию посвящен наиболее актуальной теме: синхронизации трубопроводных систем двух стран для борьбы с конкурентами не только на европейском рынке, куда Астана хочет поставлять углеводороды с российской помощью, но и на китайском направлении — куда Россия возит нефть по железной дороге, а Казахстан уже построил нефтепровод.
Интересно отметить, что взаимодействие Москвы и Астаны на нефтегазовом поле имеет достаточно долгую историю, и какое-то время две страны выступали даже конкурентами, в особенности на китайском рынке. Так было до тех пор, пока оба государства не наладили поставки нефти и газа в Поднебесную и не подписали ряд перспективных договоров в этой области. И тогда стало понятно, что постоянно растущий китайский рынок в состоянии поглотить и российское, и казахстанское топливо, и задача двух стран — не в том, чтобы конкурировать между собой, а в том, чтобы не допустить конкуренции со стороны третьих стран.
В этом свете нельзя назвать случайным тот факт, что Нурсултан Назарбаев прибывает в Москву в то же время, когда в Китае находится с визитом бессменный президент Туркмении Сапармурат Ниязов, стремящийся заключить с КНР договор о строительстве газопровода, обходящего российскую, а также и казахстанскую территории. В то же время, на переговорах в Москве будет обсуждаться подключение российских нефтепроводов к казахско-китайской «трубе» Атасу — Алашанькоу и увеличение транзита казахской нефти через Россию. Возможно также говорить будут и о поставках газа, и о формировании общего рынка товаров, услуг и инвестиций в ЕврАзЭС, и об энергетической ситуации в СНГ в целом.
Москва и Астана явно вынуждены противодействовать реализации плана Ниязова, во-первых, потому, что большая часть туркменского газа уже зафрахтована на несколько лет вперед «Газпромом», который продает среднеазиатское топливо в Европу, а, во-вторых, потому, что Казахстан активно занят строительством газопроводов в КНР, где туркменский газ составит конкуренцию казахстанскому топливу. Это тем более опасно, что, по причине слабого развития рыночной экономики в Туркменистане, где стоимость «голубого топлива» устанавливается волевыми решениями Туркменбаши, со стороны Ашхабада возможен элементарный демпинг.
Нельзя также не обратить внимание на уровень визита г-на Назарбаева — ему оказывается более чем дружеский прием, вплоть до того, что президент Казахстана будет иметь возможность выступить перед нижней палатой российского парламента. И это будет первый случай, когда глава иностранного государства будет держать речь перед депутатами Госдумы нынешнего созыва.
Показательно также и то, как этот визит комментируют в самой Госдуме. «Казахстан относится к числу наиболее надежных, проверенных временем друзей России на пространстве СНГ», — говорится, в частности, в заявлении спикера Госдумы Бориса Грызлова, которое распространило Управление нижней палаты парламента по связям с общественностью и взаимодействию со СМИ. «Наше сотрудничество достаточно эффективно, причем осуществляется оно не только на двусторонней основе, но и в рамках многосторонних интеграционных проектов, таких как Евразийское экономическое сообщество и Единое экономическое пространство», — отметил спикер. «И Казахстан, и Россия входят в число наиболее последовательных сторонников интеграции», — подчеркнул, наконец, Грызлов, обозначая главную тему переговоров и выступлений Назарбаева в Москве — то есть реальное экономическое взаимодействие.
