Глава Туркмении Сапармурат Ниязов предложил британской фирме «Баррен Энерджи» (Burren Energy) сотрудничество в газовой сфере, в том числе в освоении месторождений на туркменском шельфе Каспия.
Глава Туркмении Сапармурат Ниязов предложил британской фирме «Баррен Энерджи» (Burren Energy) сотрудничество в газовой сфере, в том числе в освоении месторождений на туркменском шельфе Каспия. Надо сказать, что «Баррен Энерджи» уже давно работает в Турмении, свыше десяти лет, занимаясь добычей нефти на западе страны, в Балканском велаяте. Британцы проявили интерес к предложению, сделанному Ниязовым. Однако почему выбор пал именно на «Баррен Энерджи»? С этим вопросом мы обратились к Роланду Гетцу — эксперту берлинского фонда «Наука и политика».
— Одна из причин может заключаться в том, что эта британская фирма имеет хорошие отношения с туркменским правителем. Другая причина заключается в том, что, к примеру, «Газпром» участвует во многочисленных других проектах. Так что тому факту, что выбор пал на британцев, я бы не придавал особого значения.
Туркмения пытается принципиально развивать свои отношения в энергетической сфере сразу по нескольким направлениям, чтобы не оказаться в зависимости от одной страны, то есть России.
Можно ли рассматривать очередной заказ на разведку газовых месторождений как подтверждение версии о том, что у Ниязова газа меньше, чем он должен поставлять согласно контрактам?
— Разговоры на эту тему ведутся уже давно. Существует неопубликованное заключение экспертов о величине газовых ресурсов, оно якобы хранится лично у самого Ниязова. По официальным данным, газа в стране предостаточно, а раскрывать данные заключения Ниязов отказывается. В любом случае, есть много экспертов, которые скептически относятся к официальной оценке газовых запасов.
История с британской компанией началась после того, как неудачей закончились переговоры Ашхабада сначала с российской, а затем и с украинской делегацией. Кому выгоден срыв этих переговоров?
— Похоже, что никому. Данную ситуацию можно сравнить с игрой в покер. Туркмения может поставить в Иран только около 10 миллиардов кубометров газа через небольшой трубопровод. Основной же объем – это порядка 50 миллиардов – все равно должен идти через Узбекистан, Казахстан и Россию. И, если стороны не смогут договориться, то это ничем и не закончится. Вообще в этой истории много неясностей. Ведь не существует точных контрактов на поставки газа, зафиксированных на бумаге. Есть долгосрочный договор между Россией и Туркменией – на 25 лет, согласно которому Ашхабад должен наращивать объемы поставок в Россию. Но, как известно, Туркменбаши часто не выполняет данных обещаний. Пока положение таково, что все три стороны могут блокировать дальнейшее развитие переговоров. И Туркмении, в принципе, это невыгодно, потому что окончательный срыв переговоров будет означать снижение объема экспорта газа.
