В последнее время в Казахстан зачастили официальные представители США и ЕС. Почти каждую неделю в республику приезжает то один, то другой высокопоставленный гость с намерением выяснить – куда же потечет казахстанская нефть. Охота за здешними углеводородами приобретает масштабный характер. Казахстанская нефть вновь стала популярной на Западе.
Причиной такого активного интереса к казахстанским углеводородам явилось наметившееся похолодание в российско-европейских «энергетических отношениях». Приостановка поставок, сложный переговорный процесс по присоединению России к Энергетической хартии заставили Европу обратить пристальное внимание на Казахстан и заговорить о новых экспортных направлениях.
Еще в начале декабря прошлого года в Казахстан приезжал комиссар Еврокомиссии по вопросам энергетики Андрис Пибалгс и провел переговоры с рядом высокопоставленных казахстанских чиновников по диверсификации экспортных направлений. Неделю назад в республике был гость из США – заместитель госсекретаря по вопросам экономики, энергетики и бизнеса Дэниэл Салливан. Основной темой переговоров стала та же диверсификация, но уже с участием США.
Стоит отметить, что сейчас все высокие гости в унисон заверяют: Казахстан способен и должен стать крупным игроком на мировом энергетическом рынке. Причем, по словам высокопоставленных представителей ЕС и США, особый интерес представляет не только казахстанская нефть, но и газ. И это несмотря на то, что запасы газа в республике не столь велики (подтвержденные запасы «голубого топлива» составляют около 2 трлн. кубометров, а нефти – около 4 млрд. т), да и разработка газовых месторождений пока не слишком развита. К 2010 году Казахстан планирует вывести добычу газа на уровень 60 млрд. куб. м, а добычу нефти довести к 2015 году до 150 млн. т в год. Сегодня основными маршрутами для транспортировки казахстанской нефти остаются Каспийский трубопроводный консорциум (КТК), Атырау–Самара, есть транспортировка морскими путями железнодорожным транспортом. Перспективным направлением является и заработавший сравнительно недавно нефтепровод Атасу–Алашанькоу. Но все эти направления – с участием России, и даже в «китайскую трубу» заложены интересы Москвы (в перспективе развития трубопровода предполагается, что по нему будет прокачиваться и российская нефть).
Визитеры с Запада предлагают развивать направления экспорта углеводородов, не предусматривающие российского участия. Причем, если представители ЕС более лояльны в своих высказываниях и отмечают, что не заинтересованы в ухудшении казахстанско-российских взаимоотношений, то США более категоричны. Они делают особый упор на нефтепровод Баку–Тбилиси–Джейхан, называя его одним из самых перспективных направлений, а также на пока еще не построенный Транскаспийский газопровод (ТКГ). Конечно, прямо о нежелании видеть Россию в числе участников диверсификации никто из американских представителей не говорит, но косвенные заявления делаются. К примеру, помощник госсекретаря США по вопросам энергетики Стив Мэн, приехавший в Казахстан в составе делегации во главе с Салливаном, категорично заявил, что компании, решившие участвовать в строительстве «каких-либо трубопроводов» на Иран, могут быть подвергнуты санкциям со стороны США. Фактически же речь шла об одном проекте – идее российской «Транснефти» реанимировать советский трубопровод Тюмень–Омск–Павлодар–Шимкент–Туркменабад.
В Казахстане на визиты делегаций от ЕС и США смотрят благожелательно. Всех гостей встречают вполне радушно и открыто, проводят встречи и долгие дискуссии. Но очевидно, что высокопоставленных лоббистов длительные «переливания из пустого в порожнее» не устраивают. Им необходимо конкретное решение, причем принятое в их пользу. А официальная Астана пока выжидает. До сих пор Казахстану удавалось проводить так называемую «многовекторную политику», сохраняя стабильные взаимоотношения со всеми странами. К примеру, республике, несмотря на американскую тактику мягкого, но настойчивого «продавливания» своих интересов, удалось уйти от вопроса создания на казахстанской территории военных баз США во время кампании в Афганистане. Проявив чудеса дипломатии, Казахстан сумел «отделаться» лишь разрешением на пролеты над своей территорией и возможностью экстренной посадки (к слову, США ею ни разу не воспользовались).
В сырьевом секторе пока что сохраняется аналогичная ситуация: в нефтегазовом секторе Казахстана работают американские, европейские, российские и китайские компании. Но очевидно, что казахстанским властям вскоре придется выбирать между «желающими помочь в диверсификации», дабы не быть подвергнутым каким-либо санкциям. И очевидно, что США продолжают настаивать на «правильности выбора» именно в свою пользу. В последнюю неделю к диалогу подключилась НАТО: побывавший на минувшей неделе в Астане спецпредставитель альянса Роберт Симмонс неоднократно подчеркивал интерес к усилению энергобезопасности, в первую очередь к созданию военно-морских сил на Каспии, и заверял, что НАТО готова помочь Казахстану в этом вопросе.
