По данным минобразования Киргизии, школы сегодня не посещают около 4,5 – 5 тыс. детей. При этом очень часто подростки выполняют работу, посильную даже не всем взрослым: тягают тачки на базарах, работают грузчиками.
Однако альтернативные исследования неправительственных организаций показали, что только в Бишкеке число беспризорников перевалило уже за 20 тысяч. Все эти дети лишены доступа к образованию и вынуждены работать либо попрошайничать на улице. При этом очень часто подростки выполняют работу, которая посильна даже не всем взрослым. Они тягают тачки на базарах, работают грузчиками. Эксплуатация детского труда широко распространена и в сельской местности.
Когда детство проходит в поле
Рассказывает член сети некоммерческих организаций по защите прав ребенка Елена Воронина.
— Например, мы знаем, что очень большое количество детей в Джалал-Абадской и Ошской областях заняты на полевых работах. 69 процентов детей именно в сельских районах на юге республики заняты возделыванием хлопка, табака. То есть это самые жесткие такие отрасли труда, где работают дети до от 6 до 15 лет. Вместо того, чтобы учиться, ребята проводят все свое детство на полях, зарабатывая себе на хлеб.
Запретная тема — детская проституция
Запретная тема — детская проституция
Национальное законодательство Киргизии категорически запрещает вовлекать в трудовой процесс детей младше 14 лет. Но социальные службы на это просто закрывают глаза. Другая проблема, которая даже и не обсуждения в госструктурах, это сексуальная эксплуатация несовершеннолетних.
— Эта проблема очень развита на юге страны. Сегодня в трафик и сексуальную эксплуатацию вовлекаются не только девочки, но и мальчики. К сожалению, многие госчиновники хотят, чтобы эта тема была табу. То есть нельзя говорить в Киргизстане, что дети продают свое тело.
Сродни снежному кому
Сродни снежному кому
В интервью «Немецкой волне» правозащитница Елена Воронина также отметила, что данные неправительственных организаций практически никогда не появляются на страницах официальных докладов. Киргизские чиновники даже не хотят знать реальную ситуацию с нарушением прав ребенка, — подчеркнула Воронина.
— Ситуация в Киргизстане в области защиты и прав и продвижения интересов ребенка остается очень актуальной. Проблема эта не решается, а наоборот, как снежный ком, увеличивается. И не
смотря на то, что в течение 15 лет было разработано очень много национальных программ и проектов, было очень много сделано со стороны международного сообщества и донорских организаций, проблема, к сожалению, лишь усиливается. И самое главное, у государственных органов нет интереса, стремления и желания сдвинуть этот камень.
