Заявление президента Гурбангулы Бердымухаммедова о возобновлении участия в Содружестве независимых государств (СНГ) связано с необходимостью оживления экономического сотрудничества, однако говорить о том, что Туркменистан может стать полноправным членом Содружества преждевременно, считают эксперты NBCA.
2 июня на заседании кабинета министров было сообщено о том, что туркменский президент Бердымухаммедов примет участие в неформальном саммите СНГ, который состоится 10 июня в Санкт-Петербурге.
Несколькими днями ранее на пресс-конференции в Астане Бердымухаммедов заявил, что Туркменистан продолжит «придерживаться позиции ассоциированного члена», что, согласно Уставу Содружества, дает ему право участвовать лишь в отдельных видах деятельности СНГ.
Предыдущий президент Туркменистана Сапармурат Ниязов, скончавшийся в декабре 2006 года, еще в 1995 году после обретения статуса нейтралитета приостановил сотрудничество в рамках СНГ, считая его «неэффективным механизмом координации», и из имеющихся 10-ти интеграционных структур лишь изредка взаимодействовал с Советом глав правительств.
Нарастающую активизацию Туркменистана по отношению к структурам СНГ обозреватели NBCA характеризуют, как стремление освободиться от прежней закрытости после долгих лет «добровольной изоляции» и возобновить контакты в основном в экономической плоскости, что обусловлено стремлением привлечь инвесторов для освоения энергетических ресурсов.
«Ашгабад нуждается в обновлении нефтегазового оборудования, в переподготовке кадров для валютообразующих отраслей народного хозяйства, в серьёзном улучшении всей системы образования, порушенной во времена правления Туркменбаши», — говорит эксперт Рустем Сафронов.
Однако, по мнению эксперта, такая интеграция может потребовать от властей пойти на определенные уступки, например, ослабить визовый режим для граждан СНГ, поскольку «деловые визиты будут интенсивными».
На взгляд председателя Туркменского Хельсинского фонда по правам человека Таджигуль Бегмедовой, не стоит надеяться, что возврат в лоно СНГ приведет к кардинальным изменениям курса Туркменистана.
Бегмедова говорит, что туркменской идеологией в рамках Содружества останутся «осторожность и безынициативность», но можно ожидать постепенное вовлечение в культурные, образовательные и другие гуманитарные программы.
«Бердымухаммедов выбирает такие шаги, которые менее всего затронут основные устои ниязовского тоталитаризма, поэтому в заявлении присутствует все та же формулировка об ассоциированном членстве», — считает Бегмедова.
О том, что Туркменистан не собирается менять статус «ассоциированного члена СНГ», говорит и политический эксперт NBCA Марс Сариев, поскольку большие запасы энергоресурсов позволяют властям действовать «прагматично и многовекторно».
Политолог при этом не исключает, что в перспективе Туркменистан захочет присоединиться к одной из экономических структур СНГ — Евразийскому экономическому сообществу.
«Но для этого необходимо, чтобы экономическая выгода стала преобладающей над выгодой статуса нейтралитета», — подчеркивает Сариев.
