Политика США в Центральной Азии остается предметом активного обсуждения аналитиков. Ричард Баучер, помощник государственного секретаря США по вопросам Южной и Центральной Азии, любезно согласился ответить на вопросы Русской службы «Голоса Америки».
Наджия Бадыкова: Господин Баучер, во время последнего визита в Казахстан вы обсуждали, среди прочего, вопрос о председательстве Казахстана в ОБСЕ. Вы сказали, что либерализация политической системы остается главным требованием к Казахстану. Что конкретно Вы имели в виду?
Ричард Баучер: Мы имели в виду то же, что и сами представители Казахстана. Министр иностранных дел этой страны сообщил в Мадриде, что его правительство собирается усовершенствовать законодательство по выборам, по СМИ и политическим партиям. Во время моего визита в Астану эти вопросы обсуждались. Мы говорили с представителями правительства и оппозиции. Официальные лица ясно продемонстрировали, что понимают свои обязательства и что они будут их выполнять.
Н.Б.: Лидеры оппозиции, однако, считают, что президент Назарбаев не будет реформировать политическую систему ради председательства в ОБСЕ. Они полагают, что возможны лишь незначительные изменения в тех сферах, которые не представляют опасности для политической элиты. Ваш комментарий?
Р.Б.: Как я упоминал, мы говорили с оппозицией и согласились с тем, что для Казахстана очень важно проведение реальных прогрессивных реформ. И дело тут не столько в председательстве Казахстана в ОБСЕ в 2010 году, сколько в выборе стратегического пути развития. Мы уверены, что приоткрыв политическую систему, страна заложит прочный фундамент своего долгосрочного развития. Председательство же в ОБСЕ продолжается только три года. Оно по само по себе ничего не определяет. Так что вопрос, который решается сегодня, имеет громадную важность.
Н.Б.: После разрешения споров по Кашаганскому месторождению многие эксперты отметили рост удельного веса государства в развитии энергетического сектора Казахстана. Они считают, что это является «основным направлением государственной политики республики». Вы не могли бы прокомментировать эти суждения?
Р.Б.: У меня нет конкретных комментариев относительно роли государства в энергетическом секторе Казахстана. Страна стремительно увеличивает объемы экспорта нефти, все больше иностранных компаний работают в этой сфере. У нас есть основания полагать, что казахская сторона с уважением относится к существующим контрактам. И даже если Астана настаивает на пересмотре тех или иных пунктов договоров, все это нормальная деловая практика. Главное, в целом, соблюдать договоры — ведь от этого зависит репутация страны.
Н.Б.: Как вы оцениваете современный инвестиционный климат в Казахстане? Насколько активны там американские компании?
Р.Б.: Американские фирмы весьма активны, но мы бы хотели, чтобы они были еще активнее. В Казахстане есть большие возможности для инвесторов — и не только в нефтяной сфере. Это строительство и сельское хозяйство – важные отрасли с точки зрения трудовой занятости населения. Здесь хорошая инвестиционная среда, меньше коррупции. Мы стремимся увеличить возможности для совместной работы американских и казахский компаний, будь-то государственные или частные.
Н.Б.: Теперь о другой республике Центральной Азии. Президент Кыргызстана Бакиев в последнем выступлении сказал, что рано или поздно потребует от США закрыть военную базу и покинуть страну, правда, не назвав точной даты. Как обстоит дело?
Р.Б.: Одновременно Бакиев подтвердил, что авиабаза будет действовать до тех пор, пока не изменится ситуация в Афганистане. Хочу отметить, что Вашингтон никогда не предполагал сделать базу в Бишкеке постоянной. Эта база важна, и мы рады тому, что Кыргызстан помогает НАТО вести боевые действия в Афганистане и понимает их важность и для его собственной безопасности.
Н.Б.: Россия, Казахстан и Туркменистан подписали соглашение по строительству Прикаспийского газопровода, что на практике ведет к дальнейшей монополизации Москвой экспорта газа из этого региона. США, в свою очередь, поддерживают Транскаспийский газопровод. Нет ли противоречий между этими двумя проектами?
Р.Б.: Как я уже говорил, наша задача в этом регионе – не играть в великодержавные игры, а предложить ему альтернативные варианты развития. Это может быть экспорт на сервер, запад, восток или юг. Чем больше выбора, чем более независима страна, тем лучше для Америки. Мы может сотрудничать с центральноазиатскими республиками, на каких бы направлениях они ни работали.
Н.Б.: Как бы вы охарактеризовали нынешнее состояние американо-узбекских отношений?
Р.Б.: Мы переживаем очень интересный этап взаимоотношений с Узбекистаном. Неделю назад я был в Европе и обсуждал с европейскими коллегами ситуацию в Узбекистане. Появились определенные сигналы, что узбекское правительство хочет изменить свои отношения с некоторыми из стран Запада — и мы это приветствуем. Надо идти дальше. Мы хотим видеть не просто сигналы, а реальное решение наболевших проблем с притеснением неправительственных организаций и препятствованием студенческим обменам. Я оптимист и верю, что мы можем развивать отношения в позитивном направлении.
