Суд по делу сторонников Н. Джураева был независимый и беспристрастный, и на меня не было оказано никакого давления, — судья Нуров

Душанбе. 10 июля. «Азия-Плюс» — Председатель Верховного суда РТ Нусратулло Абдуллоев отказался дать правовую оценку нашумевшему приговору по делу 31 сторонника экс-депутата маджлиса Согдийской области, бизнесмена, директора Исфаринского химзавода Низомхона Джураева, которые были приговорены 10 июня к длительным срокам наказания. Абдуллоев, выступая сегодня на пресс-конференции, сослался при этом на то, что «это в компетенции коллегии […]

Наргис Хамрабаева

Душанбе. 10 июля. «Азия-Плюс» — Председатель Верховного суда РТ Нусратулло Абдуллоев отказался дать правовую оценку нашумевшему приговору по делу 31 сторонника экс-депутата маджлиса Согдийской области, бизнесмена, директора Исфаринского химзавода Низомхона Джураева, которые были приговорены 10 июня к длительным срокам наказания. Абдуллоев, выступая сегодня на пресс-конференции, сослался при этом на то, что «это в компетенции коллегии Верховного суда, к тому же приговор ещё не прошёл кассационную инстанцию».

Что касается затянувшегося срока выдачи копии приговора адвокатам осужденных, которые получили документ на 22 день после оглашения судебного вердикта, председатель Верховного суда отметил, что это произошло по независящим от них причинам. «Да, срок затянулся, мы это не скрываем, но на это повлиял объём приговора – 538 страниц. А учитывая, что каждому осужденному выдаётся по две копии, представьте, какие должны быть технические возможности для этого», — подчеркнул Н. Абдуллоев, и публично принёс свои извинения родственникам осужденных за то, что копии приговора не были выданы в установленный законом трёхдневный срок.

Затем выступил председательствовавший на процессе по делу сторонников Н. Джураева судья Верховного суда Нур Нуров, который заявил, что суд был независимый и беспристрастный, и на него не было оказано никакого давления. 

Напомним, 10 июня Верховный суд Таджикистана, на выездном судебном заседании в Худжанде, приговорил 31 сторонника Н. Джураева к срокам заключения от 10 до 25 лет. Все они обвинялись в бандитизме, незаконном хранении огнестрельного оружия, отмывании денег, полученных криминальным путем, а некоторые — в убийстве бывшего заместителя генпрокурора республики Толиба Бобоева в 1999 году. Сам Н. Джураев объявлен в международный розыск по подозрению в хищении государственных средств в особо крупном размере.

7 июля, генеральный прокурор страны Бободжон Бобохонов заявил на пресс-конференции, что генеральная прокуратура опротестовала решение Верховного суда по делу сторонников Н. Джураева. «Если решение суда не будет пересмотрено, то Генпрокуратура вправе возбудить уголовное дело в отношении судьи, председательствовавшем на процессе. Я впервые в своей практике столкнулся с таким несправедливым судом. В частности, во время предварительного следствия обвинения в организации преступного сообщества были сняты, однако данная статья снова фигурировала в обвинительном приговоре, что говорит о том, что суд игнорировал материалы следствия», — отметил он.

В целом Бобохонов назвал судебный вердикт по данному делу «незаконным и несправедливым».

Присоединяйтесь к нам в соцсетях!

Материал доступен на этих языках:

Схожие материалы

Оби зулол
Оби зулол

Последние новости

Последние новости
Свежее

Без лишней романтики. Как живут таджикские чабаны 21 века?

К 30-летию "Азия-Плюс" мы возвращаем в ленту архивные репортажи, которые интересно прочитать и сегодня.

Двух малолетних граждан Таджикистана, оставшихся без опеки в России, вернули на Родину

Причины, по которым таджикские дети остались без попечителей в РФ, не сообщаются.

ЕФСР: Таджикистан привлек рекордные $4,9 миллиарда на проекты развития

Средства пошли на развитие инфраструктуры, реализацию реформ и поддержку устойчивого экономического роста.

В Таджикистане заработал первый легальный криптообменник

Обменник работает по лицензии IT-парка Таджикистана

Встречи, истории и помощь детям: в посольстве Китая прошел День открытых дверей

На мероприятие пригласили школьников, студентов, преподавателей, журналистов, а также родителей и детей, которые прошли лечение в Китае.