НЕСМОТРЯ на насыщенный и эмоциональный характер президентского послания, часть зала периодически впадала в спячку. Некоторые просыпались только при произнесении ключевых для себя слов, названий министерств и ведомств, а также при слове «коррупция».
Для кого выступал президент? Кому были адресованы его слова? Что и как способны выполнить эти спящие люди, вскакивающие при звуке аплодисментов?
В своем послании президент раздал не менее десятка поручений. Некоторые руководители министерств, сидевшие в первом ряду, не расставаясь с ручкой, судорожно и старательно записывали каждое слово. Однако в объективы камер попадали откровенно зевающие во весь рот исполнители, те, кто призван довести его суть до нижестоящих и, собственно, реализовывать послание. Может быть, этим людям было неинтересно содержание послания? Если да, то почему? Они уже были ознакомлены с ним, оно было им не в новость? Или они не верят в то, что президент говорил все это всерьез? А может, как представители бюрократического класса, они просто уверены в собственной неуязвимости, что бы там ни провозглашал президент, по принципу «а Васька слушает да ест»?
О том, с каким трудом все новое продирается сквозь этажи кабинетов, как трава сквозь асфальт, прекрасно известно. И ни для кого не секрет, что во многих странах любая реформа сверху встречает молчаливое, но яростное сопротивление чиновничьего болота, скрытый или откровенный, циничный саботаж. Неудивительно, что некоторые спящие вздрагивали при слове «коррупция». Хотя с чего бы им вздрагивать? Большинство из них наверняка знают, что такое коррупция, не понаслышке. Некоторым из них, как утверждают знатоки коридорно-кабинетного зазеркалья, приходилось неоднократно платить, чтобы начать получать. Для кивающих и клюющих носом чиновников слова о борьбе с коррупцией давно уже сродни заклинаниям факира перед змеями. Однако они наверняка проснулись бы, если бы президент сказал, что все чиновники теперь в рамках борьбы с коррупцией обязаны сдать и опубликовать на сайте Налогового комитета декларацию о доходах, включая всех членов семьи. А также если президент объявил бы, что все чиновники и сотрудники правоохранительных и проверяющих структур обязаны представить отчет об источниках доходов, на которые приобретены дорогие автомобили и построены шикарные особняки. Они проснулись бы, если было бы объявлено о тотальной рыночной оценке уже построенного жилья элитного класса. Вот тогда бы они поверили в слова президента, что «коррупция является одной из основных угроз для общества, оказывает серьёзное негативное влияние на развитие различных сфер жизни государства и общества».
Философию борьбы чиновников против коррупции принято называть «пчелы против меда». Они не заинтересованы в низких налогах, в развитии и активизации частного сектора и запрете поборов, в создании благоприятного инвестиционного климата, в развитии инноваций, в формировании электронного правительства, в прозрачности своей работы, своих доходов и расходов. Они знают, что спрос с них невелик, и главное — успеть обеспечить свою старость и безбедное существование своих потомков. Они знают, что призывы к национальному единству ради высоких государственных целей и проектов их не касаются. Они способны навариться на любой самой благородной идее. Они и так едины внутри своей неприкасаемой касты. Они знают, что кардинальной кадровой реформы не будет, знают, что квалифицированные кадры в стране – дефицит, а честные, но случайные для них люди со стороны в их среду не попадут, а попав, не приживутся.
Они также знают, что призыв «затянуть потуже пояса» они перенесут на население. Наши чиновники привыкли, что государственная лодка движется у нас в режиме ручного управления и что их функция ограничивается только киванием головой, деланием вида, демонстрацией работы и периодическим очковтирательством. Они считают, что Конституция, принцип разделения властей, честный суд и права человека – это не их забота, а гаранта Конституции. Они знают, что президент у нас возглавляет не только государство, но и правительство. Сквозь сон они думают, что поручения он дает сам себе и что весь спрос потом будет с него одного.
