Пытки в Таджикистане практикуются на постоянной основе, сложно сказать увеличиваются такие случаи из года в год или имеют тенденцию к уменьшению, но они применяются довольно-таки часто. Такой вывод 18 мая озвучил специальный докладчик ООН по пыткам Хуан Мендес на встрече с журналистами в Душанбе, состоявшейся по итогам его девятидневного визита в страну.
Более того, сказал он, признания, полученные с применением насилия, остаются главным методом расследования для правоохранительных органов и органов прокуратуры.
Обеспокоенность спецдокладчика вызывает тот факт, что задачи, поставленные перед органами следствия и дознания по достижению высокого уровня раскрываемости преступлений, ведут к неизбежной практике получения показаний путем применения любых методов.
«Я посетил 17 учреждений закрытого типа по всей стране, разговаривал с заключенными наедине, общался с жертвами пыток в офисах местных правозащитников. Я сделал следующие предварительные выводы: давление на заключенных в качестве средства получения признания зачастую практикуется в Таджикистане в различных формах, включая угрозы, побои, применение электрошока», — сказал спецдокладчик.
По его мнению, чтобы прекратить или значительно снизить такие явления, необходимо обеспечить доступ адвоката к задержанному с момента его задержания.
Спецдокладчик обратил внимание на то, что суды зачастую не реагируют на заявления подсудимых о пытках. «Уголовно-процессуальный кодекс включает исключительное право в соответствие с положениями Конвенции против пыток, которое указывает, что признание и заявления, сделанные под пытками, не могут быть использованы в ходе уголовного расследования против обвиняемого. Однако, несмотря на то, что данная норма действует некоторое время, она никогда не была применена судом для того, чтобы исключить использование показаний, полученных недозволенными методами», — сказал Мендес.
Спецдокладчик сообщил, что адвокаты проинформировали его о нескольких делах, в ходе которых их подзащитные опровергали свои признания, как только представали перед судом или прокурором, однако их обвинения были отвергнуты как необоснованные, несмотря на видимые следы пыток.
«Мы не услышали ни об одной инстанции, которая проводит независимое расследование по обвинениям в применении пыток, несмотря на четкие стандарты, предписанные в международном праве», — подчеркнул Мендес.
В частности, он отметил низкий профессиональный уровень медицинских специалистов, проводящих судебно-медицинскую экспертизу жертв пыток. «Отсутствие специалистов и необходимого оборудования, неполные или сфабрикованные отчеты судмедэкспертов по делам о пытках, зависимость экспертов от правоохранительных органов еще раз подчеркивает необходимость создания независимого института по проведению судебно-медицинской экспертизы», — сказал Мендес.
Спецдокладчик отметил, что 18 мая состоялась его встреча с президентом страны Эмомали Рахмоном, на которой он высказал свое замечание по поводу того, что лица, осужденные на пожизненное заключение, не имеют социального контакта с семьями, им предоставляются короткие семейные посещения, которые проводятся через стеклянный барьер. «Вся система пожизненного заключения основана на очень ограниченном контакте между заключенными, включая в некоторых случаях одиночное заключение. Семейные посещения, которые предусмотрены раз в год, только подчеркивают вынужденную изоляцию этих заключенных», — отметил Мендес.
Вместе с тем, он подчеркнул, что за последние два года Таджикистан ввел изменения в нормативную структуру, и одним из самых важных событий является недавнее включение в уголовное законодательство отдельной статьи «Пытки».
«Я буду готовить более подробный отчет для правительства Таджикистана и включу ряд рекомендаций, которые будут способствовать борьбе с пытками и жестоким обращением», — заверил спецдокладчик.
