Итоги обещаний

Со дня инаугурации президента Таджикистана Эмомали Рахмона прошел ровно год. Один год — это слишком мало, чтобы делать определенные заключения об эффективности деятельности с учетом данных обещаний, но предварительную оценку уже дать можно. Тем более что часть стратегических для республики целей была обозначена намного раньше. 

Стратегические цели, которых не было

В начале ноября прошлого года в Таджикистане прошли президентские выборы. В выборах участвовали шесть кандидатов, включая действующего президента страны. Эмомали Рахмон получил более 84% голосов. 

16 ноября 2013 года переизбранный президент Таджикистана Эмомали Рахмон четвертый раз в своей политической карьере принес президентскую присягу. 

Поднявшись на трибуну, Рахмон произнес текст присяги, положив одну руку на Конституцию страны, а другую — приложив к груди. 

Поблагодарив своих избирателей за поддержку, Э. Рахмон напомнил, в каких условиях находился Таджикистан, когда он впервые был избран президентом. 

«Страна горела в пламени навязанной гражданской войны и была ввергнута в тяжелый политический, экономический и социальный кризис. С 1991 по 1997 год, до подписания Всеобщего соглашения об установлении мира и национального согласия, все помысли и старания руководства государства были направлены только на то, чтобы спасти свой народ от голода и нищеты, от смерти и разбросанности, на то, чтобы положить конец позорной гражданской войне. Наряду с этим, мы вытащили таджикскую нацию и ее государство из опасной бездны разъединения, исчезновения и разделения на части, восстановили парализованную деятельность органов и структур власти, возвратили на родину более одного миллиона беженцев и вынужденных переселенцев, восстановили разрушенные жилища и предприятия, защитили и взяли под опеку государства тысячи женщин и матерей, детей и сирот, оставшихся без кормильца», — сказал президент.

Эмомали Рахмон упомянул, что с того самого дня и по сей день народ Таджикистана сосредоточил все свои ресурсы, старания и возможности на трёх главных направлениях, «определённых в качестве стратегических национальных целей – на достижении энергетической независимости, выходе из коммуникационного тупика, обеспечении продовольственной безопасности. Наши сегодняшние достижения в этих направлениях всем хорошо известны». 

Э. Рахмон заверил, что и в дальнейшем будет последовательно выступать за демократические и экономические преобразования в республике, добиваться скорейшего обеспечения энергетической и продовольственной безопасности, повышения уровня жизни народа.

Между тем ряд аналитиков указывает на то, что необходимости решения части целей, которые выбраны в качестве стратегических, вполне могло и не стоять, если бы было сохранено то, что осталось в наследство от СССР. По их словам, несмотря на то что во многом на ситуации в Таджикистане сказались вполне объективные причины — это и гражданская война, и разруха, последовавшая далее, — однако части проблем, с которыми в последующем столкнулась республика, можно было бы избежать. В частности, это касается коммуникационного тупика и нехватки электроэнергии. Так как в первые годы независимости Таджикистана эти вопросы как проблема вообще не существовали, а таджикский народ жил в таких условиях, о которых сейчас пока остается только мечтать. 

Однако отбросив все сентиментальные воспоминания о былом, приходится констатировать, что сейчас эти проблемы есть и решать их надо незамедлительно. По словам политолога Хурсанда Хуррамова, достижение поставленных целей во многом бы способствовало развитию страны. 

«Но вопрос в том, кем эти задачи выполняются? И действительно ли? Существует ли альтруистское начало у нашей политической элиты? Мне кажется, эти вопросы больше риторические. И несмотря на то, что кое-какие шаги в этом направлении были сделаны, говорить о стратегических успехах пока крайне преждевременно», — считает политолог. 

Откуда черпать потенциал?

В своем выступлении по случаю инаугурации Эмомали Рахмон также говорил о необходимости «дать новое развитие экономике страны на основе наилучших достижений современности и создать такие условия, при которых каждый гражданин смог мы наладить свою достойную жизнь».

Для достижения указанной цели, по словам президента, «мы возьмем за основу нашей деятельности опыт развитых стран, а также культуру и тысячелетнюю цивилизацию нации, широко будем использовать интеллектуальный потенциал и созидательную силу каждого гражданина Таджикистана».

Однако, как утверждают эксперты, черпать потенциал власти предпочитают из более лояльно настроенных кругов, а оппозиционные партии, среди которых немало сильных кадров, способных внести большой вклад в развитие страны, остаются за бортом. 

Это касается и политического плюрализма, который упоминал президент. По словам Э.Рахмона, «в рамках Конституции и законов, защищая общенациональные интересы и учитывая международные нормы, мы будем всесторонне совершенствовать демократическую систему и ценности, суверенный, правовой и светский характер государства, политический и идейный плюрализм, свободу совести и слова».

Но, по мнению экспертов, в Таджикистане пока о плюрализме говорить рано, несмотря на то что в республике существует многопартийный парламент и зарегистрировано восемь политических партий. 

Предприниматель Зайд Саидов, попытавшийся в прошлом году создать еще одну политическую партию — «Новый Таджикистан», был арестован и приговорен к 26 годам тюремного заключения. Хотя, по мнению экспертов, потенциал З.Саидова как личности был большой, как и потенциал тех людей, которые вошли в инициативную группу. 

Об отсутствии диалога между властями и политическими партиями, которые можно отнести к оппозиционным, свидетельствует тот факт, что ряд партий становятся объектами не всегда корректной критики в государственных СМИ. 

Эксперт Амният Абдулназаров говорит, что также в последние годы практически прервался диалог между властями и гражданским обществом и, как следствие, многие инакомыслящие соотечественники покинули Таджикистан. 

«Кроме того, последние поправки к закону о митингах также значительно ограничили свободу выражения мнений. Хотя правительству, наоборот, следовало бы работать с недовольной частью общества, а не загонять ее в угол», — добавляет А.Абдулназаров. 

Один в поле не воин

Между тем в своей инаугурационной речи лидер страны говорил о простых, понятных всем и в то же время очень важных для каждого жителя страны вещах. Президент обещал, что «мы обязательно достигнем своих великих и благородных целей, если все сплоченно будем преданно служить дорогому Отечеству, еще более укрепим конституционные права и свободы людей и граждан, обеспечим их активное участие в управлении государством, еще больше освоим высшие культурные и духовные ценности своего народа, его древнюю историю и наши добрые национальные традиции и, самое главное, если поставим наши национальные и государственные интересы выше других интересов».

И выполнение этих задач, то есть преданное служение народу и отечеству, по словам Рахмона, и есть миссия президента и правительства, парламента, всех государственных служащих страны.

Однако эксперты уверяют, что таджикские чиновники давно забыли о своей миссии. Почему, если сам президент воспринимает свою деятельность как служение народу, его подчинённые предпочитают служить ему? 

Профессор Ходжимухаммад Умаров сожалеет о том, что многие таджикские чиновники со времен Советского Союза привыкли быть благодарными тому, кто их назначил на этот пост. 

«По сей день большинство чиновников считает своей обязанностью угодить президенту, нежели служить народу. Для решения этой основной проблемы Таджикистану надо перейти к европейским стандартам назначения госслужащих, где каждый кандидат на основные посты в правительстве проходит через определённые испытания. К сожалению, у нас кадры назначаются с точки зрения достижения своих личных интересов», — говорит профессор. 

По поводу невыполнения обещаний президента, Х.Умаров хотя и отмечает, что подводить итоги рано, но в то же время полагает, что ему одному, как главе государства, выполнить это не под силу. 

«Обещания, которые даёт президент, одному человеку невозможно выполнить. А что делают наши чиновники? Они слушают президента, сразу же собирают своих подчинённых, обсуждают эти вопросы, и на этом точка. Мы не будем двигаться вперед до тех пор, пока не проведём научную реформу по назначению кадров. До тех пор пока в Таджикистане чиновники будут назначаться с учетом таких критериев, как место рождения, родство, посредством коррупции, ожидать каких бы то ни было изменений не стоит, это просто нереально», — считает эксперт. 

Слишком спокойны?

Политолог Парвиз Муллоджанов также подчеркивает, что в своей речи президент правильно и понятно расставил акценты. Тем не менее, по его словам, вопрос о служении народу упирается в отсутствие связи между властями и общественностью.

«Наши чиновники, конечно, служат народу, но зависят они от президента и своего начальства, то есть от тех, кто их назначает. Поэтому если спросить у любого из них, то он скажет, что служит народу и президенту, которого народ выбрал. И с юридической точки зрения чиновник будет прав. Проблема всех постсоветских государств заключается в том, что нет достаточной связи между гражданским обществом и властями. Другими словами, общественность не имеет возможности влиять на процесс назначения и увольнения чиновников. Это значит,  например, что даже если население какого-либо региона страны будет недовольно своим губернатором, то это не будет играть для последнего особой роли. Самое главное для него — чтобы им было довольно его руководство. В таких условиях многие решения могут приниматься без учета общественного мнения, что ведет к росту социального напряжения». 

Эксперт полагает, что первое, что необходимо сделать в следующие несколько лет – это укрепить связь между гражданским обществом и властями, с тем чтобы судьба и карьера каждого чиновника зависела от населения и общественного мнения, то есть от того, как оценивает его деятельность сам народ.

Что касается реформ, то, по словам Муллоджанова, их можно проводить и в течение двух лет, и на протяжении двух десятков лет – в зависимости от выбранной властями стратегии. 

«Существующая сегодня в Таджикистане социально-экономическая модель в основных своих чертах была создана еще начале 2000-х. Все реформы, о которых у нас все эти годы говорили, проводились в рамках этой же модели. То есть целью реформ было не столько изменить модель, столько сделать ее устойчивой, — отмечает политолог. — Может быть, раньше этого было достаточно, потому что эта модель была относительно хорошо встроена в экономику постсоветского  пространства и через нее — в глобальную экономику. Однако теперь ситуация резко изменилась – стремительно меняется постсоветское пространство, серьезные изменения ожидаются на глобальном уровне». 

«В новых условиях наша сегодняшняя экономическая модель будет несостоятельной. Нам нужны масштабные реформы, чтобы сохранить стабильность в стране. Посмотрите на соседние страны, возьмите последнее выступление Нурсултана Назарбаева, который действительно выглядит очень серьезно обеспокоенным и не скрывает этого. А у нас  этой обеспокоенности я пока не вижу», — добавляет политолог.

Также было обещано: 

— Уровень бедности, который в 1998 году составлял 83 процента, к 2015 году будет сокращён до 30, а к 2020 году – до 20 процентов.

— Рост национальной экономики к 2020 году составит более 80 процентов, что позволит обеспечить устойчивое развитие страны. 

— С целью реализации устойчивого управления государственными финансами в долгосрочной перспективе мы обеспечим новый механизм формирования финансовых ресурсов, направленный на развитие экономики, а также недопущение в будущем отрицательного влияния на экономику страны возможных катаклизмов. Это даст нам возможность за указанный период повысить в три раза заработную плату бюджетников, пенсии и стипендии.

— В целом за предстоящие семь лет реальные доходы населения возрастут в четыре раза.

— Будет продолжена линия на ускоренное развитие сферы гидроэнергетики как важнейшей основы экономики страны, устранено одно из серьёзнейших препятствий на пути развития национальной экономики – недостаток электроэнергии. В этих целях будут реализованы десятки приоритетных гидроэнергетических проектов.

— Решение вопросов, связанных с жизнью молодёжи, то есть поколения строителей будущего нации и надежды народа страны, — это и есть забота о будущем благополучии и процветании общества, забота об успешном движении государства вперёд. 

— Будут усилены темпы воспитания высокообразованных и квалифицированных кадров, отвечающих требованиям времени как в стране, так и за рубежом; первостепенное внимание будет уделяться вопросам подбора и расстановки компетентных кадров, имеющих высокий профессиональный уровень, современные знания и навыки, знающих языки.

— Все усилия будут направлены на то, чтобы укрепить на международной арене место и авторитет Таджикистана как древнего государства с достойной цивилизацией, с тем чтобы каждый его представитель, в каком бы уголке планеты он ни находился, гордился тем, что он таджик и таджикистанец, с гордостью представлял себя как гражданина этой страны.

Конечно, подводить итоги еще рано, о реальных результатах можно будет говорить через шесть лет. Пока же продолжаем занимать одни из самых нижних позиций в мировых рейтингах по свободе слова, свободе вероисповедания, по уровню жизни, по средней заработной плате, по привлекательности для инвесторов. И ожидаемого в сентябре повышения зарплат и пенсий пока не последовало.