Генеральная прокуратура Таджикистана направила письмо силовым структурам о том, чтобы воздержаться от оглашения имен людей, задерживаемых за нарушение закона, до тех пор, пока их вина в преступлении не будет подтверждена в суде. Данную информацию «АП» подтвердил пресс-секретарь Генпрокуратуры Фарход Чорибоев, добавив, что данное распоряжение генерального прокурора касается только официальных сайтов и пресс-служб министерств.
Чорибоев добавил, что согласно Конституции Таджикистана, никто не считается виновным в совершении преступления до вступления приговора суда в законную силу.
«В случае, если имя подозреваемого в преступлении попадает в прессу и уже в процессе следствия выяснится, что он не виновен, опубликованные ранее сообщения вредят репутации человека», — пояснил Чорибоев.
Однако, по его словам, силовые структуры на своих официальных сайтах вправе публиковать инициалы подозреваемых в преступлении, а СМИ согласно закону «О периодической печати и других средств массовой информации» могут обратиться с официальным запросом в ведомства.
По словам Нуриддина Каршибаева, главы Национальной ассоциации независимых СМИ Таджикистана, если генпрокурор издал такое распоряжение, он должен уточнить, что это касается презумпции невиновности, то есть иными словами, о фактах задержания либо арестах можно сообщать, подчеркивая о статусе «подозреваемый», и если в случае расследования его статус меняется с подозреваемого на обвиняемый, то необходимо сообщать об этом в рамках закона.
«В последнее время наши коллеги часто сталкиваются с проблемой доступа к информации от органов прокуратуры. Если прокурор еще заставит других воспрепятствовать доступу к информации, это будет неправильно, и не обосновано законом. Просто сотрудники органов прокуратуры и внутренних дел должны знать законы, обеспечивать журналистов информацией в той мере, в которой позволяет закон, а не скрывать информацию о том, что кто-то задержан или арестован», — отметил Каршибаев.
По словам редактора Имруз-news Назира Нусрата, в сводках правоохранительных органов не раз задержанные лица упоминались уже как преступники. «Поэтому такое распоряжение должно было появиться ранее. А факты преступлений высокопоставленных чиновников или их детей и до этого тщательно скрывались», — отметил он.
