Таджикская трудовая миграция уже давно успела стать символическим явлением. До того как нагрянул экономический кризис, российские власти ужесточили миграционное законодательство, и все это вкупе привело к тому, что многие таджикские мигранты остались за бортом. Они оказались не востребованы ни на чужбине, ни на родине…
Российское трудовое законодательство меняется из года в год не без ущерба для таджикских трудовых мигрантов. Мигранты вынуждены переносить все тяготы и лишения, в России это притеснения со стороны националистов, правоохранителей и работодателей, но вернувшись на родину, они не могут найти достойного заработка, дабы прокормить свои семьи.
Исмоил Ватанов живёт в одном из отдалённых кишлаков района Хамадони. Он из бедной семьи и живёт со своей женой, детьми и престарелой матерью. Несколько месяцев назад он был депортирован из Российской Федерации, где работал разнорабочим. Приехав домой, он продолжает испытывать трудности с поиском работы. И таких, как он, оказалось немало.
Гулистон Шайзуллоева, руководитель отдела миграционной службы Хатлонской области в районе Хамадони, в интервью «АП» рассказала, что за 10 месяцев нынешнего года из РФ было депортировано 253 жителя данного района, и 23 из них женщины.
По ее словам, в районе проводится работа в рамках проекта управления водными запасами Ферганской долины.
— Это второй проект по решению вопроса занятости населения для устойчивого развития сельского хозяйства и управления водными ресурсами, — говорит собеседница. — По проекту в кишлаках, джамоатах района мужчины будут привлечены к очистке каналов и арыков. За один квадратный метр будет выплачиваться 20 сомони. К этой сезонной работе сейчас привлечено 30-40 человек. Кроме этого, лицам, которым запрещен въезд в Россию, будет предоставлена работа на строительных объектах.
По нашим подсчетам, трудоустроены будут всего лишь 10-12% депортированных из РФ трудовых мигрантов района. Остальная часть выезжает в Курган-Тюбе и Душанбе в поисках лучшей доли.
54-летняя Баргигул Саидова, жительница Восейского района, несколько лет находилась в трудовой миграции в России. В аэропорту она узнала, что ей запрещен въезд в Россию, и вот уже год она остается без средств для завершения начатого строительства своего дома.
Сабур Султонов, заместитель председатель Восейского района, в интервью «АП» рассказал, что хукумат данного района принимает меры по трудоустройству мигрантов, которые не могут выехать на заработки по различным причинам, в создаваемых цехах по производству кирпичей, мебели, пластиковых окон и дверей.
— Но только 10% из общего числа могут получить сезонное место работы, — говорит он.
Икром Рахмонов, руководитель отдела миграционной службы Хатлонской области в городе Кулябе, указал, что за 10 месяцев нынешнего года 520 трудовым мигрантам из города Куляба и Кулябского района запрещен въезд на территорию РФ, и 20 из них женщины.
— Часть депортированных мигрантов с Куляба работают на рынках города в качестве продавцов, грузчиков, некоторые заняты частным извозом. Нам удалось привлечь определенную часть к обучению на курсах по ремонту автомобилей, — говорит И.Рахмонов.
Киргизбек Зокиров, заместитель руководителя миграционной службы Хатлонской области, указал, что всего по Хатлонской области за 10 месяцев обратилось 14 тыс. 132 человека, из которых 402 женщины. Проверкой было установлено, что 7 тыс. 851 из них был запрещен въезд на территорию РФ, 320 из них женщины.
— Из 7 тыс. 854 человек, — продолжил К. Зокиров, — нам удалось 420 принять на учет как безработных и определить их на различные обучающие курсы. Лиц с высшим образованием нам удалось трудоустроить по специальности, 320 человек были трудоустроены на промпредприятиях Сарабанда, Явана, Дангаринского и Восейского районов. В процентном соотношении это всего лишь 10%, остальные 90% остаются жить сами по себе и ограничиваются случайным заработком.
Власти постоянно говорят об отеческой заботе о мигрантах, постоянном и бесперебойном открытии рабочих мест, новых и новых промпредприятий с тысячами рабочих мест. По мнению специалистов, это мизер по сравнению с растущим объемом предложений на рынке труда и преобладанием молодого населения. По некоторым данным, 57% населения в Таджикистане моложе 24 лет.
Несмотря на все эти заоблачные рапорты, в Кулябском регионе, как и во многих других, в последние годы строятся только торговые центры, рестораны, увеселительные заведения, гостиницы и спортивные комплексы, где от силы работают несколько десятков человек. Кто же сможет сказать, где и когда за последние несколько лет создано хоть одно стабильно функционирующее производство, способное трудоустроить как минимум сто человек.
Если сравнивать милицейскую статистику, то число краж и случаев мошенничества по региону постоянно растет. А ведь одной из главных причин этого является безработица и растущая армия оставшихся не у дел трудовых мигрантов.
Остается непонятным только одно: когда же будет проявлена та самая политическая воля, которая смогла бы стать решающим фактором для изменения ситуации в лучшую сторону?
Этот вопрос пока остается безответным.
