О том, как теперь будет работать российская Федеральная миграционная служба (ФМС), после того как войдет в состав МВД, сколько сейчас мигрантов из Таджикистана работает в России и сколько наших граждан собирается переехать в эту страну на постоянное место жительства, «АП» узнала у главы представительства ФМС РФ в Таджикистане Владислава МАРКЕВИЧА.
— Владислав Вацлавович, недавно в некоторых СМИ появилась информация о том, что госпрограмма по оказанию содействия добровольному переселению соотечественников на территорию России в Таджикистане временно приостановлена, это действительно так?
— Нет, это не так. Работа с желающими принять участие в этой программе продолжается, как и прежде. Правда, из-за передачи полномочий ФМС в МВД приостановлена запись граждан на собеседование на предмет возможного участия в госпрограмме. Это связано также с тем, что до конца года уже записано более 5,5 тысяч человек, и в связи с передачей полномочий ФМС в МВД мы пока не знаем, как будет выглядеть штат нашего представительства и сколько людей мы конкретно сможем принять.
Приостановка реализации программы невозможна, т.к. ее реализация – это указ президента России; кроме того, с 2013 года она получила статус бессрочной.
— Количество желающих принять участие в госпрограмме увеличилось?
— Да, поток заметно стал больше. С начала 2013 года наше представительство приняло более 32 тысяч человек. Только с начала 2016 года к нам обратилось 5740 граждан — тех, кто хочет принять участие в этой программе, тогда как в 2015 году за этот же период обратилось чуть более 4 тысяч человек. По состоянию на 10 мая этого года принято 610 заявлений. Также мы продолжаем выдавать свидетельства участникам программы, то есть тем, кто уже получил добро на переезд в Россию. С начала года выдано 360 свидетельств. В 2015 году за аналогичный период мы выдали 232 таких свидетельства.
— Каков собирательный портрет тех граждан, которые обращаются к вам с намерением воспользоваться этой программой?
—
В последнее время увеличилось количество тех граждан, у которых дети учатся в России. Они приходят к нам и объясняют, что ребенок заканчивает вуз, возвращаться не собирается и родителям хочется быть рядом с ним. Обращаются медицинские работники, правда сейчас уже не так много, как раньше, но все равно поток еще сохраняется. Часто обращаются юристы, но, к сожалению, востребованность этой профессии в России достаточно низкая, поэтому люди этой специальности очень редко принимают участие в программе переселения.
Я часто объясняю людям, которые к нам обращаются, что возможность принять участие в программе во многом зависит от востребованности их специализации на территории России. Потому что мы подбираем кандидатов с учетом запросов от регионов, в которых они перечисляют те специальности, по которым на местах ощущается нехватка.
— Какие еще причины отказа наиболее часто встречаются?
— Многие люди, которые к нам обращаются, не всегда понимают смысл и цели этой программы. Бывает так, что приходит человек и говорит, что ему нужно получить российское гражданство, мол, отправьте куда угодно, только бы получить его. С такими гражданами мы не работаем.
Отказы часто получают те люди, которые не владеют русским языком. Причем у нас возникает такая проблема: собеседования проводятся только с заявителем, как правило это мужчина, он хорошо говорит на русском языке, заполняет документы, получает одобрение на переселение, едет туда с семьей — и тут выясняется, что члены семьи не владеют русским языком даже на бытовом уровне.
С такими случаями мы сталкивались, и для нас они нежелательны, поэтому в последнее время стали придавать этому вопросу значение: стараемся собрать больше информации обо всех членах семьи, которая собирается принять участие в программе переселения.
— Какое количество наших граждан сейчас находится на территории России в трудовой миграции?
— Количество таджикских мигрантов в России за последние годы существенно не менялось: в России сейчас находится порядка одного миллиона граждан Таджикистана. Не секрет, что большая часть из них осуществляет трудовую деятельность. Более того, даже объем денежных переводов трудовых мигрантов из России в Таджикистан не только не сократился, но в прошлом году даже вырос на 3 процента, если считать их в рублевом эквиваленте, а не в долларовом. Учитывая то, что трудовые мигранты получают в России зарплаты рублями, то выходит, что они стали зарабатывать больше.
— В СМИ очень много говорили о существенном сокращении мигрантов в России.
— Сокращение происходит, как и раньше, в конце года и в начале года, т.е. тогда, когда мигранты возвращаются на зиму домой. Кроме того, некоторое сокращение ощущалось после того, как ввели патентную систему в прошлом году. Центров, которые выдают патент на работу, оказалось недостаточно, поэтому не все желающие смогли получить этот документ и вынуждены были вернуться на родину. Сейчас с этой проблемой справились: центров для выдачи патентов на работу в России хватает, причем теперь все процедуры по оформлению документа можно пройти в одном месте. Вообще, как показала практика, внедрение патентной системы оказало хорошее влияние на положение мигрантов. Например, мы говорили с представителями Министерства труда, занятости населения и миграции Таджикистана, и они отметили, что не видят никаких проблем, связанных с получением патентов таджикскими мигрантами.
— Скольким гражданам Таджикистана в прошлом году закрыли въезд на территорию России по линии ФМС?
—
На
1 февраля этого года ФМС направила 5 тысяч представлений о запрете на въезд в Россию для граждан Таджикистана. Всего за 2015 год таких представлений было направлено 119 тысяч, в 2014-м – 171 тысяча, то есть в прошлом году в сравнении с предыдущим количество запретов снизилось на 32 процента. Снизилось и количество граждан Таджикистана, депортированных из России: в 2015 году было выдворено 725 человек, тогда как в прошлые годы счет шел на тысячи.
Это хорошие показатели, и во многом они связаны с внедрением патентной системы для мигрантов.
— Переподчинение ФМС МВД может отразиться на обычных мигрантах?
— Переподчинение ФМС МВД – это сугубо внутренний процесс, и он не отразится на нашей работе, законы ведь не меняются.
