После открытия «Душанбе мола», узнав, что там будут скидки, решил пойти туда, чтобы приобрести себе пару брендовых вещей по более выгодной цене. Заняв деньги у своего коллеги, с воодушевлением и радостью отправился за покупками.
Еще не дойдя до «Ашана», я столкнулся с массовым затором на дороге. Припаркованные у обочины машина, толпы людей, перебегающих дорогу, по которой медленно ползли автомобили. Наконец, перебежав дорогу, я оказался у ворот огромного торгового центра, открытие которого взбудоражило весь Душанбе. У входа меня, как и других, встретили небольшое ограждение и охранник с замученным, вспотевшим лицом, на котором читалось: «Как же вы мне все надоели». У ограждения стояли возмущенные люди, которых, как оказалось, не пропускали внутрь. На вопрос «почему?» охранник устало ответил, что внутри очень много народа, и попросил подождать 15 минут. Я сказал, что засекаю время.
Итак, начался отсчет.
Первые три минуты
народ стоял молча, но в глазах уже читалось нарастающее возмущение. Девушки позади меня вздыхали, словно мученицы, изнывая от жары и нетерпения. Женщины постарше поглядывали на часы, а молодые люди почему-то начали издавать странные звуки, похожие на вопли животных.
После пяти минут
стоящая у входа небольшая группа превратилась в толпу, бурчащую под нос что-то недовольным тоном. В метре от входа женщина средних лет, которая, по виду, живет в городе совсем еще недавно, начала гневно выражать свое недовольство.
«Эй ты! — кричала она охраннику. — Вы что творите? Ну-ка быстро пропустите нас. У вас вообще совести нет?»
«Апа, — устало, но вежливо отвечал охранник, вытирая потный лоб, — внутри очень много народа, потерпите еще немного, скоро часть людей выйдет, и мы вас пропустим. Подождите еще десять минут». А между тем масса народа, выплывающая из торгового центра, выходила с пустыми руками, без покупок. Мне показалось, что многие просто нашли новое место для того, чтобы погулять.
Наступила десятая минута
ожидания. Девушки, стоящие за мной, уже в отчаянии заламывали руки, готовые упасть в обморок от ожидания и жары, возможно надеясь, что в случае конфуза их спасут прекрасные принцы. Прекрасных принцев в толпе не было, вместо этого в толпе уже можно было угадать, звуки каких животных пытаются сымитировать молодые люди. Женщина у ограды уже с нескрываемой ненавистью смотрела на охранников. Неудивительно, что они, отвечая, даже не смотрели ей в глаза.
«Вы что, не поняли? – грозно прокричала она. — Немедленно пропустите меня. Скоро наступит «шом»».
Ругаясь, женщина начала трясти ограждение, очевидно пытаясь сломать его.
Тринадцатая минута.
Толпа приобрела грозный облик. В глазах трех охранников читалось неподдельное волнение. Три спартанца нервно поглядывали на часы, всматриваясь в огромную толпу, в то время как толпа, всматриваясь в часы, грозно смотрела на охранников. Женщина у ограждения уже потеряла контроль, шепча всяческие проклятия в адрес охранников. В глаза стоящих позади девушек читались безнадежное отчаяние и тлен.
«Потерпите еще чуть-чуть, — сказал я им, — скоро все закончится». Прекрасные девы, подняв свои воспаленные глаза, слабо улыбнулись, промокая салфетками испарину со лбов. А в это время молодые люди, имитировавшие животных, очевидно, настолько вошли в роль, что стали перепрыгивать через ограждение. В глазах толпы читалось желание последовать за ними, но у большинства что-то внутри них сдержало от таких действий. А между тем у выхода некоторые «умные люди» стали по-братски просить охранников пропустить их. После того как несколько человек прошли внутрь, напряжение достигло апогея.
Четырнадцатая минута.
Охранники считают секунды, люди приняли боевую позицию, некоторые стали хлопать себя по щекам, чтобы взбодриться, вот-вот откроют проход. Грозная женщина уже просто рычит.
Пятнадцатая минута.
Проход открыли. Охранники в спешке отбегают в сторону, прижавшись на всякий случай к стене. Толпа с криками, визгами рванулась вперед, вбиваясь кучей во вращающуюся дверь. Через стекло можно было увидеть задавленные, искаженные, но очень довольные лица.
Добравшись до нужного магазина, я думал, что, наконец, я приступлю к желанному шопингу. Желанный шопинг обернулся невыносимой жарой, гулом и толкающимися среди рядов телами. Кое-как выбрав нужные вещи, отвоевав очередь в гардеробной, я посочувствовал персоналу, который вымученно улыбался, не реагируя на пошлые шутки и хамское поведение некоторые покупателей. Довольный покупками, я наконец выбрался на улицу. Никогда так не радовался чистому небу, свежему воздуху и открытому пространству.
