2016 год ушел в историю. Известный таджикский политолог Рашид Гани Абдулло рассказал о его самых важных внешнеполитических итогах.
Первые плоды новых отношений с Узбекистаном
Безусловно, самым неожиданным, но положительным итогом уходящего года с полным правом можно считать заметное изменение характера отношений между Таджикистаном и Узбекистаном. В принципе, начало оттепели в двусторонних отношениях можно отнести к лету 2014 года. К этому времени, с одной стороны, эти отношения оказались в состоянии, которое никоим образом не отвечало коренным интересам обеих стран. С другой же стороны, и Таджикистан и Узбекистан столкнулись с рядом как внутренних социально-экономических, так и внешних вызовов, исходящих, в частности, из реализуемых наднациональных проектов самой разной идеологической и политической направленности. Вызовов, угрожающих их стабильности, безопасности, а также суверенитету и независимости.
Названные обстоятельства и сложившийся тревожный для двух соседних государств фон и осознание данной реальности привели к тому, что с этого времени стали намечаться первые реальные позитивные подвижки в таджикско-узбекских отношениях.
В сентябре 2014 года, на полях проходившего в Душанбе саммита ШОС, встреча и переговоры глав государств Таджикистана и Узбекистана были несколько более содержательными и плодотворными, нежели обычно. Некоторые позитивные результаты не замедлили сказаться. Если на 1 сентября 2014 года товарооборот между двумя странами составил всего лишь $2,1 млн, то уже в следующем, 2015 г. он достиг $12 млн, за 8 месяцев же 2016 г. — уже $41,9 млн.
Начиная с 3 сентября прошедшего года, когда в Самарканде состоялась встреча президента Эмомали Рахмона с новым лидером Узбекистан Шавкатом Мирзиёевым, начавшаяся двумя годами ранее оттепель получила дополнительный импульс, превратившись в заинтересованный диалог по всему спектру существующих между двумя странами проблем и вопросов.
Активизировавшийся конструктивный диалог дал первые плоды в виде некоторого упрощения процедуры получения виз и смягчения всего процесса перехода границы на контрольно-пропускных пунктах, подписания протокола о возобновлении — после двадцатитрехлетнего перерыва — регулярного авиасообщения между Душанбе и Ташкентом, а также намерения сторон как можно быстрее завершить решение вопросов, связанных с делимитацией и демаркацией межгосударственной границы. Кроме этого, Узбекистан спокойно воспринял факт перекрытия реки Вахш и начала возведения высотной плотины Рогунской ГЭС.
Остаётся надеяться, что этот тренд будет устойчивым и выведет отношения между Таджикистаном и Узбекистаном на уровень, отвечающий их коренным национальным интересам.
Между Россией, Китаем и США
Для Таджикистана ровно с того момента, как он обрёл независимость, чрезвычайно важно поддерживать положительные отношения с Россией, Китаем и Соединёнными Штатами, располагающими широким набором возможностей по оказанию влияния на развитие различных процессов в Центральной Азии.
В нынешнем году в отношениях с ними не было прорывных положительных подвижек. Но уже то, что республика сумела поддерживать отношения с ними в позитивном русле, является немалым политическим достижением.
В дальнейшем необходимо будет учитывать такие реальности, как существенный рост возможностей России оказывать влияние на события в мире; сократившиеся, до определённой степени, такие же возможности США. Кстати, нужно учитывать также вероятность больших изменений во внешнеполитических приоритетах этой страны в связи с намерением её новой администрации сконцентрироваться в большей степени на сугубо внутриамериканских проблемах.
Важно отметить и заметно более утилитарный подход нынешнего руководства Китая к развитию своих внешних отношений, в том числе и с государствами Центральной Азии.
Иран и (или) Саудовская Аравия
К сожалению, не удалось в полной мере преодолеть случившееся в начале года охлаждение отношений с Ираном. Тем не менее, принимая во внимание растущее сотрудничество Ирана с Россией, Китаем, со странами СНГ, в том числе и с соседями Таджикистана в регионе, подогреваемое намерениями новой американской администрации ужесточить отношения с ним, для республики было бы лучше быть в этом процессе, нежели вне его.
В уходящем году немалые надежды возлагались на развитие серьёзного экономического сотрудничества с Саудовской Аравией и другими монархиями Персидского залива. Как представляется, эти надежды и ожидания оказались несколько завышенными.
Падение нефтяных цен, вовлечённость монархий в чрезмерно затратные дела в своём регионе, обострившие самые различные их внутренние проблемы, помноженное на изменившееся к ним отношение тех же США, а также на политическую конфронтацию с Ираном, ограничивают их возможности активно вкладываться в экономические проекты в регионах, которые не очень им знакомы.
К тому же реализация этих проектов не сулит получения быстрых экономических и политических дивидендов. Центральная Азия как раз и является таким регионом для монархий западного побережья Персидского залива. Это реальности, причём имеющие устойчивый характер. И их надо иметь в виду при выстраивании с ними экономических отношений.
