Материнское сердце — это источник большой и безграничной любви, и оно способно устранить все барьеры и пережить все невзгоды. Так случилось и с Садбарг Бокиевой – корреспондентом Таджикского гостелерадио, которая спустя 12 лет нашла в российской глубинке своего пропавшего сына.
Фотография на личной страничке в одной из соцсетей, где изображены молодой солдат и его мать, ничем бы и не привлекла, если бы не история, которую мне рассказали знакомые.
Садбарг Бокиева, корреспондент Таджикского радио, родила и воспитала шестерых детей. Получилось так, что ее муж после семейной ссоры уехал в 1998 году на заработки в Россию, забрав с собой их старшего сына Бободжона, и пропал. Долго Садбарг искала родных через знакомых и друзей. Но их и след простыл. Позже кто-то сообщил, что они вроде живы и здоровы, но, где и как живут, женщине было неизвестно.
На связь ее муж, Махмаджон Махмадов, не выходил. Садбарг больше всего хотелось найти сына. Сама ехать на его поиски в Россию она не могла, так как нужно было зарабатывать и кормить еще пять ртов. Когда в 2000-х появился интернет, она даже написала заявку на телепередачу «Жди меня». Но безуспешно. И вдруг однажды, совсем случайно, ей подсказали адрес ее мужа.
Женщину в далекую Россию собирали всем миром: кто-то одолжил шубу, кто-то — шапку, кто-то помог собрать деньги на билет. В общем, прилетела она в Магнитогорск.
Обратилась в таджикскую диаспору, где ей помогли с машиной и ночлегом. В диаспоре посоветовали искать сына через милицию или военкомат. В военкомате Садбарг и узнала, что ее сын уже второй год служит в городе Снежинске Челябинской области.
— Я с большим трудом добралась до части, чтобы, наконец, повидаться с сыном, которого не видела 12 долгих лет. А командир части мне отказал, ссылаясь на то, что я гражданка другого государства, — вспоминает женщина. — Вы даже не можете представить мое состояние. В ярости я вытащила фотографию своей 90-летней матери, которая в годы Великой Отечественной войны была председателем колхоза в тылу, и сказала: разве можно делить на своих и чужих нас всех, кто способствовал нашей единой Победе над фашизмом? И еще много чего сказала, о чем я не помню уже. Мои слова тронули командира, и наконец он дал мне разрешение увидеться с сыном. Но… на пять минут. Не могу описать состояние, когда спустя столько лет я вдруг увидела перед собой совсем другого, возмужавшего молодого человека. Он бросился ко мне, и весь мир перевернулся. Мы оба плакали от счастья! Даже не помню, сколько мы так простояли с сыном в объятиях друг друга. Но когда я очнулась, вспомнив о пяти минутах, которые разрешил мне командир, никого уже в комнате не было: все потихоньку вышли, оставив нас наедине.
Потом Садбарг несколько дней подряд приезжала к сыну, и это были самые счастливые дни для их обоих. Сегодня она с улыбкой вспоминает, как тщетно она искала по местным магазинам колбасу «халяль», пока ее не остановил один из знакомых: «Ты в своем уме? Парень вырос здесь, на колбасе из свинины, и в армии его кормят таким мясом».
Когда настало время возвращаться домой, мать предложила сыну приехать после демобилизации в Таджикистан.
— Я понимала, что язык, менталитет и взгляды моего сына уже другие, но надеялась, что ему захочется повидаться с сестрами и младшим братом, другими родственниками, — объясняет Садбарг.
И он приехал в 2011 году.
История Джона
Мы связались с Бободжоном Махмадовым по телефону, и вот что он нам рассказал.
— Я учился в третьем классе, когда отец, поссорившись с матерью, увез меня с собой в Россию. Конечно, маленькому мальчику-таджику, который не знал ни слова на русском, трудно было осваиваться среди чужих. В школе не хотели брать меня в третий класс, сказали, чтобы я снова пошел в первый, но отец настоял, и я много занимался, чтобы догнать сверстников, — вспоминает Бободжон, которого в родном городе все знают как Джона.
По рассказам Джона, он вырос с отцом и мачехой в Кизильском районе Челябинской области, после школы учился на бухгалтера в местном торгово-экономическом колледже, потом пошел в армию.
— За долгое время разлуки с мамой я часто представлял себе ее, вспоминал ее черты, — рассказывает Бободжон. — Иногда мне трудно было представить, какая она теперь, время стирало ее образ. Поэтому когда я спустя столько лет впервые увидел ее, то от растерянности не мог ничего промолвить, слезы радости навернулись на глаза. Но я испытал не только радость, но и желание рассмотреть ее, запомнить, любоваться ею. Много разных чувств переполняли меня – смятение, грусть, надежда, любовь. Мне было просто хорошо, тепло и спокойно на душе. Уж я-то точно знал, какое это счастье, когда у тебя есть мама.
В 2011 году парень решился приехать к родным в Таджикистан, заново познакомиться с четырьмя сестрами и братом.
— Честно говоря, я был шокирован тем, как изменился город и люди в нем, — рассказывает парень. — Все – в лучшую сторону. Я думал, что незнание таджикского языка будет барьером для общения с родственниками, но ошибся: все старались понять мое положение и говорили со мной на русском.
С камерой по России
Поиски сына, в которых принимали участие совсем незнакомые люди в Челябинской области, и встреча с ним подвигли Садбарг снять телесюжет о жизни трудовых мигрантов из Таджикистана для отечественного Первого телеканала.
— Мой сюжет получил хорошую оценку, и это привело меня к мысли поездить по России и рассказать о жизни таджиков там, — объясняет Садбарг. — Мне выделили оператора с телеканала, но, правда, трудно было нам, двум таджикистанцам, с постоянной регистрацией и передвижением из региона в регион.
Когда Садбарг предложила сыну поехать с ней в такое путешествие по российским глубинкам, он согласился. Кстати, у Бободжона много талантов: хорошие вокальные данные, он умеет играть на музыкальных инструментах, научился снимать. Не боится никакой работы. Чтобы заработать на собственную видеокамеру, парень укладывал асфальт.
В течение трех лет мать и сын объездили половину России: были в Приморье, Хабаровске, Сибири, они подготовили порядка 30 телесюжетов о жизни таджикских диаспор.
— Были моменты, когда не на что было жить, так как не всегда за сюжеты платили, — говорит Садбарг. — Тогда мой сын, не отчаиваясь, сразу устраивался куда-нибудь на работу, так как у него российское гражданство, и зарабатывал на обратную дорогу. Считаю, что он настоящий патриот, который многое сделал для Таджикистана.
В настоящее время Бободжон проживает в Новосибирске, учится в Сибирском государственном архитектурно-строительном университете, одновременно подрабатывая в сфере теплоснабжения города.
Недавно, 9 марта, Садбарг отмечала свой день рождения. Первым пришло поздравление от Бободжона: «Знаешь, ты самая лучшая мама на свете! — написал он. — Ведь родить и воспитать одной стольких детей не каждая решится, а ты – решилась. И за это мы тебе очень благодарны. С днем рождения, Мама!»
Как отмечает сын, на будущее у него свои планы: заняться бизнес-планированием и открыть собственное дело. А еще обзавестись своей семьей и построить огромный дом, да такой, чтобы любой из его родственников мог бы приехать к нему в гости.
