Первые цветы, которые сейчас продают мальчишки на обочинах дорог в Душанбе или за городом и которые мы называем подснежниками, или сиёхгуш, на самом деле являются краснокнижными растениями, находящимися на грани исчезновения. За их сбор предусмотрены немаленькие штрафы, однако на практике эта мера не срабатывает, и каждую весну их продолжают продавать охапками.
Сиреневые цветы, которые в Таджикистане появляются еще в середине февраля — как только на холмах близ Душанбе растает снег — и которые в народе называют «сиёхгуш» или подснежниками, на самом деле имеют красивое научное название: Юнона Николая (Juno Nicolai). Эти цветы находятся в Красной книге республики еще с 1988 года; в прошлом году вышла новая редакция Красной книги Таджикистана, и «сиёхгуш» снова в нее попал — как растение, «находящееся на грани исчезновения».
ИЗОБРАЖЕНИЕ
Стоят эти цветы копейки, букет можно купить и за 5 сомони. За цены торговцы не держатся, потому что через пару часов подснежники завянут и букет превратится в пожухлый пучок травы.
О том, что эти цветы находятся на грани исчезновения, продавцы сиёхгуша даже не догадываются; а вот про штрафы за их сбор знают, поэтому фотографироваться отказываются. Впрочем, рассказывают о своем занятии охотно.
— Да этих цветов везде полно, все горы ими усыпаны, собирай – не хочу, всегда так было, — рассказывает нам продавец Саид, которого мы нашли в подземном переходе в центре Душанбе. – Сейчас их сезон уже заканчивается, дальше будут тюльпаны.
Саид рассказывает, что собирает подснежники на Восточных холмах близ столицы. Вернее, собирает не сам, а его сыновья и племянники, а он только реализует товар. Доход не велик – в день не более $3,7, но другого занятия у мужчины нет.
— Что найдем, тем и живем; сейчас сиёхгуш, потом тюльпаны, кислячка… Что еще делать? — говорит он.
Что делать с такими предпринимателями — не знают и в Комитете по охране окружающей среды.
— За незаконный сбор растений, занесенных в Красную книгу Таджикистана, законодательством предусмотрены денежные штрафы: от 500 ($61) до пяти тысяч сомони ($617), — рассказывает руководитель отдела контроля, использования и охраны растительного и животного мира Комитета Абдукадыр Маскаев. – Но на практике добиться ответственности за такую деятельность нелегко.
Дело в том, что сбором подснежников занимаются преимущественно несовершеннолетние дети; такие дела рассматривают суды, но, даже если дело дойдет до этой инстанции и будет выписан штраф, взыскать его часто не представляется возможным.
— Вот, например, совсем недавно одному из жителей Мургабского района за незаконную охоту на архара суд выписал штраф в размере 160 тысяч сомони ($19,7 тысячи), — продолжает Маскаев. — Он смог выплатить только 3 тысячи ($370), и все, больше у него денег нет, никакого имущества, чтобы его конфисковать, тоже нет, что с ним делать? Население в районах живет бедно и часто платить штрафы им просто нечем.
Маскаев объясняет, что Комитет проводит совместно со специальными подразделениями МВД рейды, которые направлены на пресечение сбора первоцветов, каждый год отправляет телефонограммы в региональные администрации с напоминанием о том, что сбор сиёхгуша и других краснокнижных растений запрещен, однако эффекта эта деятельность не дает.
— Я считаю, что лучшая борьба со сборщиками подснежников — это повышение информированности покупателей: не будут покупать — не будут продавать. В противном случае это борьба с ветряными мельницами, — говорит Маскаев.
Но продавец Саид из подземного перехода считает, что и эта мера не сработает, потому что покупатели «клюют» на низкую стоимость сиёхгуша, дешевле этих цветов в Таджикистане не найти. «А дарить цветы всем хочется», — заключает он.
В то, что скоро дарить будет нечего, он нам так и не поверил…
