Эту своеобразную музыку во все времена одинаково обожали мусульмане и иудеи. Когда-то услышать ее было можно только во дворцах правителей, а вот в советские времена ее пытались уничтожить. Но ничего не получилось: вокально-инструментальную музыку шашмаком теперь исполняют в Карнеги-холле, а в 2003 году она вошла в список шедевров нематериального культурного наследия ЮНЕСКО.
В нашем регионе шашмаком звучит только в двух странах – в Таджикистане и Узбекистане. «Открытая Азия онлайн» расскажет историю этого удивительного искусства.
Эта музыка кажется грустной и, возможно, заунывной, хотя большинство ее исполнителей поют о великой любви – о той, какой ее понимали суфии. Это когда, воспевая красоту, например, женщины, поэт-суфий все же обращался к богу. Стихотворной основой вокальных частей шашмакома являются произведения классиков таджикско-персидской поэзии Хафиза, Саади, Джами; музыкальное сопровождение – танбуры, дутары, дойры.
– Шашмаком в дословном переводе – это шесть макомов, или ладов. Макомом называется многочастная вокально-инструментальная сюита. Структура макома делится на инструментальную и вокальную составляющие, – рассказывает музыкальный руководитель Государственного ансамбля шашмакома им. Шахобова при Комитете по телевидению и радиовещанию Таджикистана Джамшед Эргашев. – Сначала она развивалась на 12 макомах; в шести – эта музыка впервые описана в научных трактатах начала XVIII века, она была сформирована в Бухаре.
Эргашев объясняет, что макомная музыка существует не только в Таджикистане и Узбекистане – ее играют в Иране, Азербайджане, Сирии, Турции и даже в Индии. Но именно шашмаком имеет сформированную научную систему.
– Что это значит? Например, если говорить об Иране и Азербайджане (язык их исполнителей я понимаю), они могут в макоме повторять строчки одних и тех же газелей, импровизировать. В шашмакоме это недопустимо – в каждом макоме исполнитель использует 25-30 газелей и один лад. Таким образом, песня длится от одного до почти полутора часов.
Как шашмакомисты едва не попали в тюрьму
Музыка шашмаком и сейчас не для всех. Истинные ценители этого искусства должны как минимум разбираться в высокой поэзии. Для шашмакома это традиционно – например, в XIX — начале XX веков его исполняли исключительно во дворцах бухарских правителей.
– Знаменитый придворный певец двух последних бухарских эмиров – Леви Бабаханов (Левича, 1873 – 1926 годы. – Прим. «ОА») был любимцем Алим-хана, – рассказывает Эргашев. – Он исполнял шашмаком исключительно во дворце эмира. Но однажды спел в узком кругу своих друзей, эмиру об этой дерзости доложили, и он приказал схватить Леви и казнить его. Артисту пришлось пуститься в бега. Он скрывался то ли 8 месяцев, то ли 2 года – в источниках называются разные сроки. Но в конце концов эмир соскучился по своему любимцу и отменил указ. Леви вернулся во дворец и продолжил петь, но ему строго-настрого приказали больше не выступать перед обычными людьми.
Принадлежность к категории элитарной музыки в XX веке сыграла с шашмакомом злую шутку: с приходом в регион большевиков это искусство оказалось в опале, как «не соответствующее нуждам народа».
– Сын Садриддина Айни – Камол – рассказывал мне такую историю: Садриддин Айни был большим поклонником шашмакома. Однажды он оказался в Ташкенте за одним столом с высокопоставленными чиновниками и услышал разговор о том, что исполнителей шашмакома, которые до сих пор живут и работают в Самарканде и Бухаре, собираются арестовать и отправить в тюрьму. Тогда он обратился к своим родственникам, которые занимали посты в правительстве Советского Узбекистана, с просьбой отправить троих выдающихся шашмакомистов – Бобокула Файзуллоева, Шохназара Сохибова и Фазлиддина Шахобова – в Душанбе. В столице тогда шашмакома не было; в Гиссаре был, в Худжанде – тоже, а Душанбе был слишком молодым. Айни не отказали, музыкантов вывезли из Узбекистана. Здесь шашмакомистов поддержал и академик Бободжон Гафуров (автор книги «Таджики», 1-й секретарь ЦК Компартии Таджикистана. – Прим. «ОА»), и эта великая троица положила основу для развития шашмакома в новой столице Таджикистана, – рассказывает Эргашев.
В Таджикистане уже 17 лет празднуют День шашмакома
В советские времена в Таджикистане шашмакому уделяли достаточно серьезное внимание. Например, в 60-е годы в республике была закончена работа над пятитомным изданием, посвященным этому искусству. В нем ученые-музыковеды собрали всю научную информацию, описали классические традиции исполнения. Артистов в стране хватало, их знали, любили и слушали.
С обретением независимости практически ничего не изменилось – о шашмакоме стали говорить даже чаще. Например, в 2000 году учредили День шашмакома. Тогда Эмомали Рахмон подписал указ «О дальнейшем развитии жанра шашмаком в Таджикистане» и объявил 12 мая днем этого музыкального жанра.
– Шашмаком – это наш мир, наш язык, наша культура и наша сущность. Если бессмертное творение Фирдоуси «Шахнаме» – вершина творчества в мире поэзии, то вершиной творчества в мире музыки является шашмаком, – объяснял тогда свое решение президент Таджикистана.
В 2002 году народный артист Таджикистана, профессиональный знаток шашмакома Абдували Абдурашидов открыл в республике Академию макома, собрал лучших выпускников местных консерваторий. Всего на учебу попали восемь аспирантов. Одним из них стал и Эргашев.
– Несмотря на то, что в нашей стране были отличные исполнители шашмакома и эта музыка была достаточно развита, об исконных традициях искусства мы, к сожалению, забыли, – объясняет Эргашев.
Абдурашидов решил воспитать в академии мастеров, которые восстановили бы утраченные традиции шашмакома. Во-первых, этому жанру необходимо было вернуть циклическую манеру исполнения.
– То есть один маком – это песня из 25-30 газелей, которая по времени растягивается до полутора часов. 70 лет мы использовали только части одного макома, теперь вернулись к традиционному исполнению, – говорит Эргашев.
Во-вторых, в академии решили восстановить прежнюю систему обучения.
– Это принцип «устод — шогирд» (мастер — ученик), на протяжении многих столетий эта система обучения обеспечивала преемственность базовых знаний. В советское время она была во многом разрушена, – говорит Эргашев.
В-третьих, традиция классического шашмакома заключалась в том, что исполнитель – это и певец, и музыкант в одном лице; в последние годы большинство артистов уже не выступали в двух этих ипостасях сразу.
Кроме того, слушатели академии учились навыкам стихосочетания.
– Потому что у каждого стихотворения есть своя ритмика, и нужно ее учитывать, накладывая на музыку. Это целая наука, которой, к сожалению, перестали пользоваться. Наша академия ее вернула. И сделала очень полезное дело, особенно с учетом того, что Эмомали Рахмон поручил сочинять новые макомы на современную поэзию. В этом деле без навыков стихосложения не обойтись, – поясняет Эргашев.
Кстати, выпускники этой академии вместе со своим руководителем в 2016 году выпустили новое издание в шести томах, посвященное шашмакому, работа над которым заняла у них 8 лет.
Как шашмаком стал популярным в Америке
Сейчас он популярен не только в Таджикистане и Узбекистане, его с успехом продвигают и в Америке. Кто? Бухарские евреи! Представители этой диаспоры в энциклопедиях и справочниках значатся как основные носители шашмакома; большая часть легендарных исполнителей этого жанра и в Таджикистане, и в Узбекистане – это бухарские евреи. Да и сам знаменитый Левича – еврей по национальности.
Их отъезд из стран Центральной Азии на любви к шашмакому никак не отразился. Напротив, это искусство они стали активно распространять в Штатах и в других западных странах. В Нью-Йорке сейчас работает школа шашмакомистов, постоянно проводятся концерты этой музыки. А в 2012 году Конгресс бухарских евреев США и Канады организовал первый фестиваль Shashmaqam Forever, который прошел в Карнеги-холле; в 2013 – второй, в конце 2016-го в Нью-Йорке провели этот фестиваль уже в третий раз. На такие мероприятия традиционно приглашают артистов из Таджикистана и Узбекистана, а когда концерты этой музыки проходят в странах ЦА, к нам приезжают шашмакомисты из Америки. У этой музыки поистине нет границ.
