Китайские корабли с военными на борту отправились в поход к африканскому государству Джибути. Их задача, согласно агентству «Синьхуа», – построить центр логистики. Но фактически там сооружается база ВМС. Эксперты сходятся на том, что Пекин намерен проецировать силу на путях из Красного моря в Суэцкий канал, пишет сегодня «Независимая газета».
Знаменитый английский писатель Ивлин Во называл Джибути страной пыли и камней, лишенной признаков жизни. На настроение литератора, возможно, подействовала жара. Но, несмотря на отвратительный климат, колониальная держава – Франция по достоинству оценила стратегическое положение Джибути в Африканском Роге и держала там подразделения Иностранного легиона. Сегодня Франция сохраняет свою базу в небольшой стране с населением примерно 900 тыс. человек. За французами последовали США и Япония. И вот теперь к этим трем державам присоединяется Китай.
Как отмечает Reuters, в Дели решение Пекина вызвало тревогу. Там полагают, что Джибути станет еще «одной жемчужиной» в ожерелье китайских военных объектов в Индийском океане, окружающих Индию. Они расположатся в Пакистане, Бангладеш, Мьянме и Шри-Ланке. Пекин отрицает существование таких планов.
Хотя официально в Джибути строится всего лишь логистический центр, «Синьхуа» употребляет и термин «база». «База обеспечит выполнение таких миссий, как сопровождение, поддержание мира, гуманитарную помощь в Африке и Западной Азии. Она также будет способствовать выполнению таких задач за границей, как военное сотрудничество, совместные учения, эвакуация, защита китайцев, проживающих за рубежом, совместное обеспечение безопасности на международных морских путях».
Звучит достаточно беззубо. Но профессор Цзинь Инань, бывший директор Института стратегических исследований в Университете национальной обороны Народно-освободительной армии, имеющий звание генерала, говорит, что объект в Джибути – это военная база, совершенно необходимая для Китая. «Прежде мы говорили, что никогда не построим базу за границей. А теперь строим ее. Почему? Мы должны защищать китайские интересы на морях вдали от нашей страны», – поясняет профессор.
По словам профессора, время Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина прошло. Китайская экономика теперь намного более ориентирована на экспорт, чем раньше. Отсюда необходимость обеспечивать безопасность морских путей. А ведь корабли, несущие патрульную службу далеко от родины, часто не могут зайти в порт. Из-за этого моряки порой находятся на грани «психологического коллапса».
Чжоу Чэньмин, другой китайский военный эксперт, говорит, что поначалу Джибути будет использоваться для отдыха моряков. Но впоследствии там могут быть созданы верфи для ремонта кораблей и построен аэродром для посадки самолетов.
Раньше официально Пекин провозглашал, что принципом его внешней политики является невмешательство в дела других государств. Но после того как Си Цзиньпин стал председателем КНР в 2012 году, Китай, как утверждает Financial Times, постепенно отказался от этой политики. Это показали события в Южном Судане, откуда Китай получал нефть. Ему пришлось фактически вмешаться в гражданскую войну в этой стране, чтобы поставки нефти не прерывались. Одновременно китайской дипломатии удалось договориться и с властями Судана о том, чтобы трубопроводы работали.
В 2002 году китайские инвестиции за рубежом составляли 2,7 млрд долл. А в 2016 году они выросли до 170 млрд. Причем значительная часть этих капиталовложений приходится на Африку и другие рискованные регионы. Соответственно увеличилась и степень участия Китая в операциях ООН в Африке. Китай держит на этом континенте больше миротворцев, чем любая другая держава – постоянный член Совета Безопасности ООН, свыше 2 тыс. человек. Сюда входит контингент в Демократической Республике Конго и Либерии. 750 солдат несут службу в Южном Судане.
