Тимур Джурабаев – один из самых опытных альпинистов и скалолазов Таджикистана. Об этих видах и многом другом он рассказал в интервью «АП».
— В альпинизме я с самых юных лет, можно сказать. К этому виду меня привлекла мама. Дело в том, что она в молодости занималась альпинизмом и решила отдать нас с братом на воспитание своему хорошему другу. Тогда мне было 10 лет, а брату – 8.
Занятия альпинизмом — это сложная работа, и мне в действительности было тяжело привыкнуть к однообразному графику и тренировкам в полевых условиях. Наш тренер всегда следовал инструкциям и правилам, для него все были равны, независимо от опыта. Благодаря ему я вырос в плане мастерства, приобрел массу полезных навыков и, можно сказать, состоялся как альпинист.
В 16 лет я уже имел достаточно информации о подготовке и тренировках. Вот в этот момент я решил для себя, что нет ничего невозможного, просто надо оттачивать определенные действия до автоматизма. Время давало результаты.
— У вас были минуты сильного страха?
— Однажды на тренировке у меня был такой момент. Тогда передо мной стояла задача пройти маршрут на скалодроме Варзобского шоссе (19 км). Маршрут представлял из себя монолитную мраморовидную стену с ограниченным количеством зацепок и трещин для закладных элементов. Я совершил ошибку в выборе закладок, и это привело к срыву. Хорошо, что все обошлось, но этот момент я запомнил на всю жизнь. Этот срыв был самым страшным за всю мою карьеру, после него я долго приходил в себя, а некоторое время мне и вовсе было сложно проходить скальную трассу.
— О чем думает спортсмен, проходя маршрут? Какие команды мозг дает телу?
— Не хочу говорить, о чем я обычно думаю, но, по моему мнению, альпинист в первую очередь должен думать о безопасности группы и себя. Также не стоит забывать и о скорости работы на маршруте. Ведь никому не хочется ночевать где-то на стене. При работе на маршруте нужна концентрация действий, надо быть готовым к любым ситуациям и оперативно на них реагировать. Если говорить о главных чертах характера, которыми должен обладать альпинист, то это: позитивное настроение, полный контроль ситуации, пунктуальность, умение отключать эмоции, умение работать с людьми и ответственность.
И еще, надо быть психологически и физически здоровым – горы не терпят паникеров, трусов и нетренированных. Не менее важными факторами, с моей точки зрения, являются следующие: нужно быть немного авантюристом и любить путешествия. Некоторые боятся духа приключений, но, думаю, нельзя превращать альпинизм в просто технический спорт. Без романтики не может быть никакого спорта, а горного – тем более.
— С увеличением опыта притупляется ли чувство опасности? Страх исчезает?
— Чувство опасности если и притупляется, то от того, что с ростом мастерства растет и уверенность в себе: ты уже способен просчитать заранее свои шаги, спрогнозировать возможные ситуации. Соответственно, страх тоже уменьшается. Но сказать, что страх исчезает совсем, было бы неправдой. Когда абсолютно пропадает страх, исчезает инстинкт самосохранения. А восхождение – всегда риск. Что заставляет идти на риск? Отвечу строкой из песни Владимира Высоцкого: «Лучше гор могут быть только горы». Лучше и не скажешь.
— Увлечение экстремальными видами спорта – недешевое удовольствие. Как вам удается приобретать снаряжение и экипировку?
— У меня много друзей в Германии, Швейцарии и США, некоторые из них известные альпинисты или просто любители экстрима. Когда мне срочно требуется снаряжение, то я заказываю его в России, у меня там живут брат и сестра. Отправить снаряжение через знакомых или просто через людей, вылетающих в Таджикистан, не составляет большой сложности. В других случаях отправляю письма друзьям с Запада со списком снаряжения, которое мне нужно. Затем оплачиваю их расходы. На Западе стоимость снаряжения в среднем на 40% дешевле, чем в России, поэтому я предпочитаю такой вариант.
— Расскажите о своем первом восхождении.
— Мое первое восхождение было совершено на вершину Малый Игизак. Особого удовлетворения я не получил, маршрут был несложным, да и на то время я прошел много туристических маршрутов и хорошо лазил по скалам. Это было мое первое восхождение, пусть и не сложное, но которое придало большой стимул для новых восхождений, более трудных и ответственных.
— Что можете сказать о сегодняшнем уровне таджикского альпинизма?
— В Таджикистане мало кто может позволить себе заниматься альпинизмом — это очень дорого. Да и большинство представителей таджикской молодежи сейчас не заинтересовано в занятиях этим видом. Человек, рожденный в горах, больше предпочитает равнину, также и наоборот. В общем, альпинизмом в Таджикистане занимаются только люди, имеющие хорошие средства. Поэтому альпинизм в нашей стране не на самом высоком уровне.
— Тимур, помимо альпинизма, вы еще занимаетесь и скалолазанием.
— Скалолазание — это одна из тренировок технической подготовки. Я занимаюсь техническим альпинизмом, и мне очень часто приходится проходить скальные маршруты. Я не могу себе позволить каждый день совершать восхождения на вершины, поэтому я повышаю свой опыт на скалах. Проводя тренировку на скалах, можно решить все вопросы в технике, тактике и стиле восхождения.
— А какие отличительные черты у технического альпинизма и скалолазания?
— Технический альпинизм — это восхождения по сложным маршрутам, требующие применения современного снаряжения, это могут быть большие скальные стены или комбинированные маршруты (лед, скалы, снег). Технический альпинизм разнообразен и многогранен и, как и любой другой его вид, требует профессионального подхода. Сегодня в мире технического альпинизма множество направлений, и добиться успеха в любом из них можно только непрерывно совершенствуясь.
Спортивное скалолазание — это спорт, возникший из альпинизма. Это, прежде всего, соревнования и тренировки на заранее подготовленных трассах небольшой протяженности (до нескольких десятков метров). Скалолазание не ставит своей задачей восхождение на вершины. Современное скалолазание — это в большинстве случаев лазание по искусственному рельефу. Это относительно безопасный — в сравнении с альпинизмом — вид спорта. И все же ключевым понятием всего альпинизма является выносливость.
— У многих альпинистов есть любимые вершины, на которые они ходят по многу раз. У вас есть такая?
— У меня нет определенной вершины, которая мне особо нравится, но часто приходится проходить одни и те же маршруты по много раз. Я сторонник новых вершин и маршрутов. Вместе с тем, исходя из своих результатов, мне постоянно приходится ставить новые цели и задачи. Чаще всего приходится работать над тренировочным циклом. Это необходимо, чтобы поддерживать баланс и совершенствоваться.
— Скалолазание включено в олимпийскую программу на следующие Олимпийские игры. Как восприняли эту новость?
— Конечно, положительно, до этого было много разговоров о включении скалолазания в программу Олимпийских игр — 2020. Очень рад, что скалолазание стало олимпийским видом. Теперь наш вид выйдет на новый уровень развития во всем мире. Тогда и нам нужно будет прилагать больше усилий для развития и популяризации этого вида спорта в стране.
