Центр по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP) опубликовал новое расследование о ближайшем окружении российского президента. В публикации говорится, что состояние нескольких родственников и близких друзей Путина составляет как минимум $24 млрд.
В списке есть люди, которые никогда не занимались бизнесом, но накопили весьма внушительные состояния.
Новый мультимиллионер
Михаил Шеломов, даже не пытается скрыть, что не распоряжается своими миллиардами, при этом все его активы так или иначе связаны или с бизнесменами из путинского окружения или с местами, где он живет и отдыхает.
49-летний Михаил Шеломов, сын двоюродной сестры Путина Любови Шеломовой, работает ведущим специалистом в петербургском филиале госкомпании "Совкомфлот". Средняя зарплата на такой должности – около 40 тысяч рублей в месяц. Но на счетах Шеломова обнаружилось более полумиллиарда долларов.
Согласно документам, Шеломову принадлежит компания "Акцент". Она принимала участие в строительстве горнолыжного курорта "Игора". Именно там, по данным Reuters, прошла свадьба дочери Путина и бизнесмена Кирилла Шамалова.
Другие инвесторы проекта – глава банка "Россия" Юрий Ковальчук и офшорная компания виолончелиста Сергея Ролдугина. Оба – друзья Путина. Сам Шеломов сказал журналистам OCCRP, что ничего о проекте не знает: "слышал, но не больше".
Согласно панамскому архиву, "Акцент" Шеломова связан и с офшором Santal Trading Corporation, строившим "дворец Путина" в Геленджике. Другие инвесторы панамского офшора – все те же друзья Путина.
Компании "Акцент" принадлежат акции компании СОГАЗ, банка "Россия", "Газфонда" (пенсионный фонд "Газпром"), и компании "Платинум", связанной с производствомводки "Путинка".
Общая стоимость всех активов Шеломова – почти 600 миллионов долларов. На вопрос, как простой петербургский специалист стал владельцам такого состояния, Шеломов ответил: "причины могут быть разные". После вопроса о конечных бенефициарах он прервал разговор с журналистами.
Ранее журналисты OCCRP называли "кошельками Путина" виолончелиста Сергея Ролдугина и бывшего мясника Петра Колбина. Они получали госкомпаний активы на $2 млрд и $500 млн долларов соответственно. При этом бизнесом они не занимаются. Они – старые друзья Путина и, по свидетельствам их окружения, пользуются доверием президента.
Простые скромные люди
Таких людей, как сотрудник транспортной компании Михаил Шеломов, в Центре по исследованию коррупции и организованной преступности называют "прокси", или посредниками. Они владеют сотнями миллионов долларов лишь формально – по крайней мере, не вести роскошный образ жизни. Один из участников расследования, журналист "Новой Газеты" Роман Шлейнов рассказал, как исследовал бизнес Шеломова.
— 24 миллиарда примерно — это общая стоимость активов тех, кого мы знаем. Нас интересует не весь круг, потому что в круге достаточно много самостоятельных бизнесменов, – Ковальчуки, господа Ротенберги, господин Тимченко. Они, собственно, занимались некоторым бизнесом и до того, как Путин стал президентом.
Но есть маленький круг лиц, которые крупными бизнесменами никогда не были и не входили ни в какие списки олигархов. Эти люди либо получали какие-то кредиты от друзей Путина, либо получали активы от друзей Путина, которые непосредственно в бизнесе, либо просто получали деньги от знакомых и госкомпаний и госбанков, и непонятно, собственно, почему они это делали. Потому что им нечем было возвращать эти прекрасные кредиты. Да, это приближенные к президенту, это его дальний родственник господин Шеломов.
Мы не видим, чтобы он вел образ жизни олигарха. Когда мы спрашиваем его о том, чем занимаются его компании, он не сразу может об этом вспомнить. Или такое ощущение, что он не вполне знает, что там происходит.
Когда мы спрашиваем, почему человек, обладающий таким огромным состоянием, работает в одной из санкт-петербургских компаний "Совкомфлота" на должности главного специалиста, он тоже отвечает: "Ну разные могут быть причины". Причины не называет.
То есть вся совокупность сведений, вся совокупность фактов говорит о том, что человек может быть, по нашему мнению, всего лишь прокси, посредник, который держит эти активы для других людей. Когда я задавал ему этот вопрос, он не стал на него отвечать. Когда я задал ему прямой вопрос, не является ли реальным владельцем всего это Владимир Владимирович Путин, он сказал, что "это ваше мнение". Но ничего не стал комментировать, ничего не стал отвечать на это.
И, понимаете, до этих людей можно дозвониться, с ними можно поговорить, что мы и сделали. "Новая газета" говорила с Сергеем Ролдугиным, поймав его на концерте, наши журналисты Роман Анин и Олеся Шмагун, они пошли к нему на концерт и стали задавать прямые вопросы относительно офшорных компаний, через которые прошли вот эти 2 миллиарда долларов в рамках панамских файлов. Человек тоже, такое ощущение, что не может о них вспомнить, начинает говорить о бизнесах до перестройки, а эти компании были зарегистрированы примерно на 10 лет позже.
В предыдущих публикациях, которые сделала OCCRP и наши коллеги о переводе некоторых активов Петра Колбина в собственность других лиц. У него была квартира – это все можно проследить по Росреестру – потом эта квартира переходит в собственность бабушки Алины Кабаевой. Можно предположить, что люди получают инструкцию, куда переводить эти средства, на какие проекты или кому переводить эти активы, кому переводить какие-то блага, которые они получают благодаря этому.
Но сами они этим, похоже, не совсем пользуются. Потому что мы не видим у них ни яхт, ни каких-то земель, ни каких-то особняков, ни каких-то дорогих машин. Их друзья тоже не рассказывают нам о баснословных богатствах, говорят: "Да нет, простые скромные люди". Из разговоров тоже следует, что они простые скромные люди. Когда я был в газете "Ведомости", я дозванивался до господина Колбина, он тоже сказал, прямая цитата: "Да вас кто-то ввел в заблуждение, никакой я не крупный и не бизнесмен". Вот слова этих людей.
Поэтому возникают все наши вопросы, и существует необходимость как-то это прояснить. Я не понимаю, почему до сих пор ни они не проясняют это, никто из окружения президента этот вопрос не проясняет. Это необходимо делать, потому что мы видим, как минимум, несколько миллиардов долларов, которые вот так вот вращаются, и они, получается, бесхозные.
