Последние 12 лет житель Туниса Чемседдин Марзуг хоронит мигрантов, которые погибли, пытаясь добраться до Европы по Средиземному морю. В 15 километрах от города Зарзис он обустроил кладбище. На нем уже около 400 могил; большинство из них — безымянные. Тунисец собирает деньги на то, чтобы установить памятники на могилах и купить настоящий катафалк. В будущем он хочет собрать банк ДНК похороненных им людей и повесить именные таблички на их надгробия. Про кладбище для беженцев Чемседдина Марзуга рассказало издание Los Angeles Times.
Чемседдин Марзуг вместе с семьей переехал в тунисский прибрежный город Зарзис 27 лет назад. Он зарабатывал на жизнь ловлей рыбы, а в свободное время был волонтером «Красного Полумесяца». Морские волны регулярно прибивают к берегу в районе Зарзиса трупы тех, кто утонул в Средиземном море. Чаще всего это тела мигрантов, которые погибли, пытаясь добраться до Европы. Марзуг как волонтер «Красного Полумесяца» хоронит их уже 12 лет.
Некоторые трупы он сам находит на берегу, о других ему сообщают местные рыбаки. Каждый раз он предупреждает о находке местные власти и берет у друга фургон, чтобы отвезти труп в больницу на вскрытие. Власти предлагали Марзугу брать пикап для этих целей, но он считает, что перевозить тела в открытом кузове негуманно.
Кладбище для погибших мигрантов Марзуг устроил на местей бывшей свалки в 15 километрах от Зарзиса — участок земли площадью 2500 квадратных метров местные власти на время отдали в безвозмездное пользование «Красному Полумесяцу». Кладбище представляет собой холмистое песчаное поле, обнесенное по кругу земляной насыпью; вход обозначен двумя колоннами, сложенными из кирпича.
Большинство могил здесь безымянные — узнать имена и фамилии погибших чаще всего невозможно, так как контрабандисты, переправлявшие их через Средиземное море, отбирали у людей все имущество. Однажды к берегу прибило тело мужчины из Кот-дʼИвуара с карточкой прививок, но имя на ней было невозможно разобрать. Нумеровать могилы, чтобы вести хоть какой-то учет, Марзуг начал только в 2017 году.
За 12 лет Марзуг похоронил около четырехсот человек, из них 74 человека — с мая 2017 года. Всего, по данным Международной организации по миграции ООН, в этом году в Средиземном море погибли 2993 человека. В 2016 году на одного погибшего приходилось 75 выживших, в 2017-м — 53. Пересекать Средиземное море стало опаснее в том числе потому, что контрабандисты теперь используют надувные резиновые лодки вместо более прочных деревянных.
Среди тех, кого хоронит Марзуг, иногда встречаются беженцы с Ближнего Востока, но большинство — жители стран Черной (Тропической) Африки: Эритреи, Кот-дʼИвуара, Нигера, Нигерии, Сомали, Судана. Многие арабы считают таких мигрантов чужаками — исторически в Тунисе чернокожие, как правило, были прислугой. «Я чувствую себя членом большой эмигрантской семьи», — говорит он.
Еще больше сопереживать мигрантам Марзуг начал после того, как двое его сыновей уехали в Европу. 22-летний Фирас сделал это в прошлом году, 18-летний Элиас — четыре месяца назад. Оба переплыли Средиземное море на лодках — втайне от отца. Они знали, что Марзуг называет такие лодки «кораблями смерти»; оба сейчас работают механиками в Париже.
Марзуг понимает, почему Фирас и Элиас уехали из Туниса — из-за безработицы. Сам он говорит, что никогда не думал об эмиграции. Когда тунисец был молод, экономика была лучше, чем сейчас, а когда положение стало ухудшаться, он оказался уже слишком стар, чтобы уехать. В Тунисе остаются и трое его дочерей.
Вместе с фотографиями детей Марзуг хранит в мобильном телефоне и фото людей, которых похоронил. На одном из снимков — обезглавленное женское тело. Марзуг обнаружил его в прошлом году. По его словам, оно находилось в море несколько месяцев и выплыло на берег «белым, как статуя».«Даже обезглавленные, они для меня красивы», — говорит тунисец.
Сейчас он ищет деньги, чтобы выкупить землю, на которой находится кладбище, и благоустроить его: установить надгробия на могилы, купить катафалк и построить здание, где волонтеры «Красного Полумесяца» могли бы готовить трупы к погребению. Марзуг считает, что на все это хватит 30 тысяч евро. Почти четыре из них он уже собрал через краудфандинговую кампанию. Тунисец уверен, что когда-нибудь найдет деньги даже на банк ДНК и сможет повесить именные таблички на надгробия похороненных им людей.
