Ну кто так строит?

Главная особенность развития архитектуры Душанбе в настоящее время, это конфликт между планировкой города и его архитектурой, неизбежный в условиях постсоветского общества, то есть рыночных отношений. Особенно это стало заметно в последнее десятилетие, когда столкновение частнопредпринимательских  и групповых интересов сфокусировалось на использовании городских земель в центре города. 

Первый генплан города Душанбе с населением 170 тысяч человек, был утвержден в 1938 году. Затем был генплан 1955 года, генплан 1979 года рассчитанный до 2000 года, предусматривающий развитие города в восточном и южном направлении, вплоть до реки Каферниган. Последний советский проект был утвержден 30 декабря 1983 года, когда расчётная численность населения столицы была 750 тысяч человек…

Одноэтажный Душанбе – цивилизация статуса

Основная проблема Душанбе – это так называемые поселки (Южный, 1 и 2 Советский, Яккачинар, Шох Мансур и др.) с хаотической и чрезвычайно плотной застройкой мелких кварталов, узкие щербатые улочки, высокие и глухие заборы, окна, как бойницы, наружу только железные ворота. Так называемые современные «дувалы» появившиеся после 90-х годов. До этого были  невысокие деревянные штакетники, палисадники, были места общего пользования, все утопало в зелени и цветах, и линию застройки никто не нарушал. Возникли эти поселки – махалли в послевоенные годы, когда произошли многочисленные отступления от генерального плана 1938 года, особенно в связи со строительством одноэтажных индивидуальных домов с приусадебными и приквартирными участками, временно занявшими большую часть городских территорий предназначенных для 3 – 4 – 5 – этажной застройки.

В советские годы территорию для индивидуального строительства распланировали, правильно предусмотрели широкие проезды, аллеи, арыки, зеленые уголки и скверики. И строительные нормы и правила никто не нарушал. И эта застройка, которая занимает большую часть городского пространства, в нетронутом виде сохранялась вплоть до развала СССР. 

После 1991 года началась приватизация и захват общественного пространства, вначале медленно и осторожно, потом с постперестроечным ускорением. Уезжает русскоязычное население. Освободившееся место заполняется приезжими из сел. Этот процесс в Таджикистане ускорила гражданское противостояние. Новые горожане привезли с собой свое представление об архитектуре. Контроль власти ослаб, начался процесс захвата территорий, застройка тротуаров общественного пользования капитальными глухими заборами. Общественные пространства исчезли. Сегодня здесь есть улочки и по 3 метра. От полотна дороги до старой линии застройки еще 5 метров пространства, приватизированного заборами.

В советской планировке частного сектора, были предусмотрены места общественного пользования, где были скверики со скамейками, детские площадки, беседки, фонтаны. Сегодня настало время феодального постмодернизма. То есть, сочетание советской планировки, капиталистического уплотнения застройки, с феодальным огораживанием территорий. Теперь каждый создает себе статусное пространство: большая двух или трехэтажная усадьба, машина и… непременно высокий забор с огромными широкими воротами. Дома мещанские, выстроенные в псевдоклассическом стиле, что даже архитектура сталинской эпохи смотрится строгим, даже несколько сдержанным стилем. Хотя есть и очень красивые с точки зрения архитектуры дома, где престиж собственника поддерживает сама постройка, созданная профессионалом — архитектором. Но в большинстве своем, это самый настоящий кич (kitsch — халтурка, безвкусица).

Все эти поселки — махалли с многокилометровыми сплошными бетонными заборами, создают ощущение инфернальности  и замкнутости. И нет в них никакой привлекательности, так как, архитектура выстроенных домов нивелируется высокими заборами.                                                                                                                                                  

Кстати, внешняя «правительственная» улица, С. Айни, еще в 50-е годы была застроена 3х – 4х -этажными домами. Город рос тогда, вдоль коммуникаций, выстраиваясь во фронт проезжающему начальству. Недавно были снесены дома сталинской эпохи на перекрестке Айни и Дониш, для строительства новых декораций. Но, как и встарь в глубину городского поселка — махалли столица не растет.

Уже сегодня становится ясно, что процесс урбанизации и автомобилизации потребует расширения улиц в этих поселках. Здравый смысл возьмет вверх, и власти снесут незаконные заборы, избавятся от дублирующих стен, пожирающих городскую среду. И заодно все незаконные строения, выходящие за красную линию застройки.

Проблемы городской среды                                                                                                                     

Как и другие города в советские годы Душанбе рос в основном по окраинам, сегодня же мы наблюдаем полноценное сжатие столицы, когда новое строительство ведется в основном в центре во многом за счет сноса исторической — значимой — части современного Душанбе. В новом генеральном плане Душанбе намечена финансируемая частными строительными компаниями коренная реконструкция города, не объединенная  между собой общей градостроительной идеей.

Таким образом, сегодня можно констатировать, что реконструкция Душанбе ведется фрагментарно. Строительство жилых домов на новых площадях большими массивами не практикуется. Фактически у нас осуществляется только реконструкция старых кварталов путем частичного сноса двух, трех этажных домов исторического центра выделяющихся национальной колоритностью и создающих только им присущее своеобразие городских улиц, и площадей.  Жилые здания строятся непосредственно по красным линиям без отступа, что является в гигиеническом отношении неприемлемым.

Сегодня общая картина таджикской архитектуры не имеет ясного каркаса, стержня, концепции. Нет нужды говорить о том, что архитекторы должны добиваться своеобразия в своем творчестве.  И дело не только в том, что вышедшее сейчас на первый план поколение архитекторов не смогло выдвинуть крупные индивидуальности сравнимые с ушедшими из жизни зодчими – Эркином Салиховым, Юрием Парховым, Хикматом Юлдашевым, Юсуфом Нальгиевым. Они,  безусловно, есть, но противоречие между изобилием средств и ограниченностью целей, на которые эти средства расходуются, разъедает профессиональное сознание архитектора, лишая его творческой индивидуальности и перспектив профессии.

Следите за нашими новостями в Telegram, подписывайтесь на наш канал по ссылке https://t.me/asiaplus