На днях президент Таджикистана Эмомали Рахмон выразил озабоченность состоянием распространения наркомании в стране и поручил принять неотложные меры по предотвращению этой "подрывающей имидж государства" болезни. А мы отправились в Республиканский наркологический центр, в местное реанимационное отделение.
Именно сюда попадают лица с диагнозом передозировка наркотиками и острыми алкогольными отравлениями. В реанимации 6 коек для тяжелых больных, где круглосуточно дежурит врач и средний медицинский персонал.
О работе отделения «АП» рассказал врач – реаниматолог — нарколог Олег Пак.
— Олег Самдорович, расскажите о начале вашей работы в качестве начальника отделения реанимации.
— Самые сложные годы в работе были 1993-2003 годы. Тот период отличался резким увеличением асоциальных проявлений, и их спутников — наркомании и пьянства. В то время врачи реаниматологи, не имея еще достаточных наработок в этой области, приобретали опыт непосредственно в процессе спасения больных. Был информационный голод, и мы его утоляли, синтезируя свой опыт с успехами наших коллег из, так называемого, ближнего зарубежья, так же столкнувшихся с резким увеличением количества наркозависимых.
Тот опыт, который мы сейчас используем, продукт нашей доморощенной практики, наши персональные наработки. В то время интернета не было, впрочем, как и компьютеров. Поездки за рубеж, обмен опытом, семинары, были так же за гранью возможного. Оставалось надеяться только на собственные силы.
2005 год можно считать пиком количества наркозависимых в Таджикистане.
С того времени и по сегодняшний день наблюдается однозначная тенденция к их уменьшению. Я увязываю это, в первую очередь, с ужесточением борьбы с этим явлением, как на границе, так и внутри государства. То есть на лицо снижение доступности наркотических веществ.
Соответственно, скачек цен вверх, и уже меньшее количество лиц, употребляющих наркотики, могут себе позволить их приобретение.
Получается, что, назовем так, «старые динозавры» наркомании умирают, не оставляя «наследников».
Но пристрастия наркоманов остались прежними: это опиаты в виде героина и производные конопли.
— При поступлении больного в бессознательном состоянии, каким образом вы определяете, что с ним случилось? Может он грибами отравился.
— При поступлении тяжелых больных, особенно если случай непонятный, вызывается экстренно врач-реаниматолог. Сразу берется анализ. Тут не следует понимать, что мы терпеливо ждем результатов несколько часов.
В настоящее время анализы обрабатываются в течение пяти минут, что значительно повышает эффективность оказания помощи. Не могу не отметить современный препарат — «великий господин Налаксон», являющийся мощнейшим антидотом опиоидов.
В 90-х такого препарата не было, и больной лежал на ИВЛ (искусственная вентиляция легких) до 3-х суток. Налаксон мощно вытесняет с рецепторов нервных окончаний апиоиды, т.е. героин и пр. Препарат американский, и тут нечего добавить – он действенный. Введение этого препарата в течение 4-5 минут выводит больного из бессознательного состояния, и он способен двигаться и дышать самостоятельно.
С алкогольными отравлениями мы работаем несколько по-другому. В первую очередь это активное промывание желудка. Наиболее тяжелые случаи с любителями спиртного, это когда вместе с алкоголем человек принимает еще и наркотические препараты слабого действия.
Недавний случай: пациент при большой дозе алкоголя решил еще разбавить ее упаковкой обезболивающего препарата. Признаки такого безумства — низкие гемодинамические показатели, т.е. редкий пульс, низкая частота дыхания, падение давления. Пришлось применить все возможные реанимационные действия, чтобы спасти его.
«Алкоголизм и наркомания не имеют признака»
— Ваши пациенты — люди социально не устойчивые?
— Я бы так не сказал. Нередко к нам приходят граждане, которые употребляя алкоголь, становятся его рабами на срок от недели до месяца, и это их крайне тяготит.
Они «срываются» 2-3 раза в год, будучи не последними гражданами нашего общества, занимая ответственные должности и являясь отцами благополучных семей.
Некоторое время назад к нам обратился такой больной, наш земляк, чтобы не дискредитировать себя перед руководством компании, он взял отпуск и, прилетев в Душанбе, прошел курс лечения, скажем так «по месту рождения».
К слову сказать, диагностирование у пациента заболевания алкоголизм, неоднозначно. Есть люди, которые привыкли к алкоголю в силу привычки, но я бы не отнес их к категории алкоголики. Я бы определил тех людей, у кого вследствие употребления изменяются биохимические реакции в организме. Нарушен метаболизм. То есть когда наблюдается физическая зависимость. Внешние признаки – одутловатость лица, склеры глаз красные, дряблая кожа, тяга к сладкому. Алкоголизм это не дизентерия, где дается четкое определение, болен человек или нет, в нашем случае диагностирование гораздо сложнее.
Алкоголизм и наркомания не имеют социального, образовательного, полового и национального признака.
Нельзя однако полностью исключить расовую составляющую, т.к. если обратится к исследованиям российских ученых в этой области, северные народы генетически более подвержены риску заболевания алкоголизмом.
В этом контексте отмечу положительный момент для нашей страны – мы значительно отстаем от наших соседей по бывшему социалистическому лагерю по количеству потребления спиртных напитков на душу.
Наряду с другими факторами не последнюю роль играет то, что основная часть наших граждан исповедует ислам, а, как известно, постулаты шариата жестко определяют, что трезвость есть норма жизни истинного мусульманина. Не на последнем месте в этом вопросе и пропаганда спорта и здорового образа жизни.
— Возможно многие латентные больные не обращаются в ваш центр, боясь огласки?
— Естественно, выявление у человека аппендицита не сильно отражается на его репутации. А вот с нашими пациентами сложнее. Человек, обращающийся к нам, конечно же, оформляется по паспорту, но сообщить его личные данные и диагноз мы не можем никому, если он этого не желает. Исключения составляют случаи, когда наш пациент, бывший или находящийся на лечении, становится фигурантом уголовного дела и к нам приходит официальный запрос от учреждений, таких как суд, прокуратура, коллегия адвокатов. Т.е. помимо врачебной этики у нас существуют и юридические обязательства в отношении своих пациентов.
— Какой самый распространенный недуг, с которым к вам обращаются?
— Наиболее частые обращения за помощью, это, так называемый, вывод человека из длительного «запоя» и возврат в социум. В этих случаях наблюдается характерная ошибка больного в оценке собственного состояния после суток с начала лечения. Проще говоря, люди не долечиваются. Достаточно сказать, что многодневные возлияния меняют состав крови, и обратный процесс не менее длительный.
Тут надо понимать, что лечение алкоголизма на этом не заканчивается. Мы отрезвляем, очищаем кровь, поднимаем человека на ноги, а затем начинается второй этап терапии, реабилитация и социализация индивидуума.
«Врач-нарколог не может не быть психологом»
— Вы открываете больничные листы своим больным, находящимся на стационарном лечении?
— Особенностью нашего учреждения является еще то, что лица находящиеся у нас в стационаре могут получить только справку о временной нетрудоспособности, но никак не больничный лист. Причины, думаю понятны. В уголовном кодексе состояние опьянения в момент совершения преступления является отягчающим обстоятельством и трудовые отношения так же не исключение.
— В процессе оказания помощи своим пациентам, вы можете предположить, кто больше не станет вашим клиентом? Ведь не секрет, что после окончания курса лечения у большой группы «вылечившихся» происходит рецидив.
— Врач нарколог не может не быть психологом, психотерапевтом. Вместе с медицинскими препаратами очень важно личное общение с больным. Здесь я хочу коснуться истоков алкоголизма. Когда степень внутренней агрессии зашкаливает, водка приходит, как болезнь. Когда человек маленький, он ходит в детский сад, школу, играет, радуется жизни. А с возрастом он начитает видеть несовершенство этого мира. И он начинает смотреть на этот мир с презрением, с какой-то подозрительностью и в нем зреет протест, помноженный на юношеский максимализм. Взгляд через призму недоверия и агрессии. И тут ему говорят «доброхоты», выпей и станет легче. Почва готова, зерно брошено.
Имеются несколько адаптеров способствующих формированию зависимости: доступность психотропных веществ; низкий уровень социального контроля; круг общения; нездоровая обстановка в семье; асоциальный образ жизни; низкий уровень информированности об опасности употребления; отягощенная наследственность.
Посетив аптеку в России, можно увидеть массу препаратов, «излечивающих от алкоголической зависимости», однако, статистика вещь неумолимая, и она нам говорит о регрессе в этой области. Значит, это не есть решение. Воспитание доброты и изменение отношения друг к другу вот настоящий путь решения проблемы наркомании и алкоголизма.
Следите за нашими новостями в Telegram, подписывайтесь на наш канал по ссылке https://t.me/asiaplus
