Ушедший год был отмечен множеством локальных конфликтов, как разгоревшихся недавно, так и тянущихся несколько лет. Американское издание Foreign Policy считает: они отображают не только частные изменения в отдельных странах, но и глобальные мировые тенденции. FP выделило 10 конфликтов 2019-го, которые, вероятно, будут серьёзно влиять на мировую политику в наступившем году, пишет News.ru
По мнению Роберта Мэлли, президента Международной кризисной группы и автора статьи в Foreign Policy, тенденции, наблюдавшиеся в 2019-м, демонстрируют серьёзные сдвиги в международных отношениях и изменения роли крупных держав.
То понимание и та расстановка сил, на которых когда-то был основан глобальный порядок — несовершенный, несправедливый и проблематичный, — больше не действуют, — отмечает он.
Китай, подчёркивает Мэлли, активно наращивает влияние на международной арене, но не торопится использовать его в полной мере. Россия же, в свою очередь, наоборот, старается как можно быстрее закрепить свои позиции там, где это возможно.
Зарубежная политика Москвы носит оппортунистический характер — она стремится использовать кризисы в своих интересах, — уверен эксперт.
В приведённом FP списке отсутствует война в Сирии, хотя, как напоминает автор статьи, именно в этой арабской республике мировые тенденции проявились в полной мере: США совместили роль наблюдателя с весьма агрессивной позицией, Россия продолжила поддерживать Асада, а Турция активно начала продвигать собственные интересы.
Но наиболее значимыми на данный момент локальными конфликтами Мэлли считает другие.
Афганистан остаётся одной из основных горячих точек на карте. В результате боевых действий в стране погибает больше людей, чем в ходе любого другого текущего конфликта в мире, напоминает Мэлли. Тем не менее, в 2020-м может появиться возможность для мирного урегулирования, считает он.
Основа для таких предположений — планы США по заключению соглашения с талибами. В соответствии с предварительным текстом американцы обязались вывести свои войска из Афганистана.
Талибы взамен вроде бы готовы вступить в переговоры с афганским правительством.
Сохранение статус-кво даёт лишь перспективу бесконечной войны, в то время как уход сил США без соглашения может привести к ещё большей эскалации, — отмечает Мэлли.
Конфликт между правительством и повстанцами-хуситами в Йемене стал критической точкой в ближневосточном соперничестве между Ираном с одной стороны, и США и их региональными союзниками с другой, продолжает аналитик.
По его мнению, окно возможностей для полноценного мирного урегулирования небольшое, и действовать международному сообществу необходимо сейчас. Рост напряжённости в отношениях США и Ирана может распространиться и на Йемен, приведя к новому витку конфронтации.
На 2020 год запланированы всеобщие выборы в Эфиопии, самом густонаселённом и влиятельном государстве Восточной Африки. Нынешнему премьер-министру Абию Ахмеду Али, вступившему в должность в 2018-м, удалось добиться многого как внутри страны, так и за её пределами, включая, например, урегулирование пограничного конфликта с Эритреей (за это он в ушедшем году удостоился Нобелевской премии мира).
Однако курс на либерализацию, начатый им, привёл к росту активности этнических группировок в различных частях страны. Кандидаты на грядущих выборах активно используют данный фактор в своих программах, и, как полагает Мэлли, это ставит страну перед серьёзной угрозой.
В Буркина-Фасо на этот год также назначены выборы. Правящая партия и её соперники обвиняют друг друга в подготовке к провокациям, а население в это время выходит на улицы с требованиями социально-экономических реформ. Аналитик отмечает, что в этих условиях результаты будущего голосования могут быть расценены обществом как нелегитимные. А это способно привести к обострению ситуации.
Конфликт в Ливии может обостриться в ближайшие месяцы, считает Мэлли, так как враждующие группировки всё больше полагаются на поддержку иностранных военных. Под занавес 2019-го на ливийском направлении всерьёз о себе заявила Турция, что стало очередным серьёзным конфликтогенным фактором.
Попытки усадить за стол переговоров представителей Правительства национального согласия (ПНС) Ливии и противостоящих ему сил, возглавляемых военачальником Халифой Хафтаром, пока не увенчались успехом.
Ушедший год был обозначен серьёзным ухудшением отношений США с Ираном.
Решение администрации Трампа о выходе из ядерного соглашения 2015 года и введении санкций против Тегерана не принесло ни дипломатической капитуляции, к которой стремится Вашингтон, ни внутреннего краха, на который он надеялся, — подчёркивает Мэлли.
Пока что сдерживающую роль играет Европа, лидеры которой стремятся сохранить хрупкий мир с Ираном и не допустить возвращения республики к полномасштабной ядерной программе. Однако у Евросоюза не хватает ресурсов, чтобы оказать давление на США и заставить Трампа пойти на компромисс с иранцами.
Обострение между Тегераном и Вашингтоном накладывает отпечаток и на традиционно напряжённые отношения Ирана с Израилем. Всё это создаёт серьёзные риски на 2020-й год, хотя возможность дипломатического урегулирования пока сохраняется, считает эксперт.
2019-й принёс определённые надежды по поводу потепления между США и КНДР. Рассчитывать на это можно было и в связи со встречей Трампа и Ким Чен Ына в демилитаризованной зоне, и анализируя отдельные заявления обоих лидеров.
Но к окончанию года, похоже, наработанный было прогресс обнулился. Восьмичасовая встреча американцев и северокорейцев, состоявшаяся в октябре в Швеции, ни к чему не привела, а перспективы новых переговоров остаются неясными.
Напряжённой остаётся и ситуация вокруг Кашмира — региона, чья принадлежность оспаривается Индией и Пакистаном. В феврале 2019-го террористы-смертники атаковали индийских военных, что привело к ответной бомбардировке предполагаемых пакистанских позиций. Новый виток кризиса последовал в августе, когда власти Индии отменили полуавтономный статус Кашмира, поставив его под прямое правление Нью-Дели.
Утверждения о том, что ситуация нормализовалась, вводят в заблуждение. Доступ в Интернет по-прежнему отключён, Вооружённые силы, развернутые в августе, всё ещё там, а все лидеры Кашмира остаются под стражей. Правительство [премьера Индии] Моди, похоже, не имеет плана действий на будущее, — заключает Мэлли.
Венесуэла встретила 2020-й фактическим двоевластием. Президент Николас Мадуро выдержал бойкот со стороны десятка государств, однако его правительство остаётся изолированным и лишённым ресурсов, в то время как большинство венесуэльцев страдают от бедности и уже не верят в перемены. Хуан Гуайдо, год назад провозгласивший себя исполняющим обязанности президента, занял выжидательную позицию и постепенно теряет поддержку своих сторонников.
Учитывая, что США вряд ли решатся на военную интервенцию, главный вопрос теперь — будет ли упорство Мадуро и отсутствие реализма у оппозиции углублять кризис, или стороны смогут найти компромиссное решение. Пока переговоры правительства и его противников при содействии Норвегии приостановлены.
И, наконец, Мэлли уделяет особое внимание конфликту в Донбассе. Признавая, что новому президенту Украины Владимиру Зеленскому удалось существенно продвинуться в рамках мирного процесса, эксперт отмечает: соглашения между Москвой и Киевом остаются невыполненными, поскольку обе стороны расходятся относительно их специфики и последовательности. В этих условиях многое будет зависеть от назначенной на весну 2020 года встречи «нормандской четвёрки» (Германия, Россия, Украина, Франция).
Зимой с нами теплее в Telegram, Facebook, Instagram, Viber, Яндекс.Дзен и OK.
Свои вопросы, сообщения, видео и фото присылайте на Viber, Telegram, Whatsapp, Imo по номеру +992 93 792 45 45.
