Президент Евразийской патентной организации (ЕАПО) Сауле Тлевлесова проработала в сфере интеллектуальной собственности четверть века. Прошла путь от консультанта Всемирной организации интеллектуальной собственности (WIPO) до руководителя крупнейшей на постсоветском пространстве международной патентной организации. Тлевлесова рассказала "Российской газете" об успехах, проблемах и перспективах ЕАПО, включая важнейший этап цифровизации.
— Как поменялась сфера интеллектуальной собственности за время вашей работы?
— И в 90-х, и до недавнего времени этот рынок выглядел как абсолютно техническая область, обслуживающая формально необходимые, но значимые только для профильных специалистов процессы.
Но за отраслью начинают следить все больше. Во многом на это повлияла пандемия — все мы слышали предложения лидеров стран об отказе от патентов на вакцины и лекарства для более эффективного лечения людей.
Реальные причины таких инициатив еще глубже. Политики осознали, что любая интеллектуальная собственность — важнейший рычаг влияния в мире, где основным драйвером развития уже стала инновационная экономика.
— Какой работой вы занимались во Всемирной организации интеллектуальной собственности? Помог ли этот опыт ЕАПО?
— В WIPO я работала почти 20 лет, с 1997 года. Была руководителем программ отдела стран Европы и Азии, специализировалась на охране объектов авторского права в цифровой среде, прежде всего, в сети Интернет. Занималась продвижением в нашем регионе законодательных инициатив, заложенных в так называемых Интернет-договорах, принятых в 1996 году под эгидой WIPO, — Договоре по авторскому праву и Договоре по исполнениям и фонограммам. Разрабатывала национальные стратегии Кыргызстана, Азербайджана и Беларуси в области охраны авторского права в соответствии с международными стандартами, принимала участие в разработке национальных законодательных актов.
Международное сотрудничество основано на доверии. Поэтому работа в WIPO была очень важна для достижения мною репутации ответственного профессионала. И этот опыт, несомненно, помог ЕАПО. Сегодня ЕАПО — престижная организация, популярная у заявителей.
Мы заключили важные соглашения о сотрудничестве с WIPO, Евразийской экономической комиссией, крупнейшими ведомствами интеллектуальной собственности мира. В их числе Китай, Южная Корея, Япония, страны БРИКС, Европейское патентное ведомство, Ведомство по интеллектуальной собственности Европейского союза.
— Какие достижения за годы работы в должности президента ЕАПО вы считаете самыми важными?
— Ведомство ввело механизм ускоренного патентного делопроизводства. Даже на стандартных условиях мы сократили срок ожидания начала экспертизы на треть, а срок подготовки патентов к публикации перед выдачей удалось уменьшить в четыре с половиной раза.
Организация получила право заниматься еще одним объектом интеллектуальной собственности — промышленными образцами. Это серьезное расширение компетенции. Убедить страны участвовать в таком проекте, создать под него всю правовую базу, провести дипломатическую конференцию для подписания протокола, дополняющего Евразийскую патентную конвенцию, — колоссальная работа, проделанная всего за четыре года. Для новой международной системы это очень короткий срок.
Удалось добиться высоких финансовых показателей организации. Мы примерно на треть увеличили объем средств, которые переводим в страны-члены ЕАПО за поддержание евразийских патентов в силе. В свою очередь, накопления для развития организации мы увеличили в целых пять раз.
— За последние годы большое количество заявок приходит от крупных заявителей из США, Великобритании и стран ЕС. Чем их привлекает евразийская система?
— В количественном выражении за 25 лет работы лидируют США — 15 200 заявок в ЕАПО. На втором месте Германия (6400 заявок), на третьем — Россия (6090 заявок). Особую активность проявляют Великобритания и Япония.
Заявители выбирают наш сервис, потому что он экономичный, мобильный, удобный и простой. Если бы они патентовали разработки через национальные патентные ведомства, им бы пришлось оплачивать сразу несколько пошлин и переводить документы на разные языки.
Важно понимать, что такие заявители стремятся регистрировать патенты только на территории крупных стран — и малые государства не получают необходимых технологий. Но если они патентуют разработки в ЕАПО, то есть возможность принести пользу большему количеству пользователей. В этом и заключается одна из ключевых задач нашего ведомства — распространять действие патентов на максимально возможную территорию.
— В 2006 году США и Япония запустили программу ускоренного патентного делопроизводства, ЕАПО принимает в ней участие. Как она работает и помогает ли заявителям?
— Суть ее простая — участники инициативы ускоренного патентного делопроизводства (Patent Prosecution Highway, PPH) принимают во внимание положительные результаты экспертизы, проведенные ведомством-партнером по аналогичной заявке. Это сокращает трудозатраты на рассмотрение, заявитель получает патент гораздо быстрее. И это еще раз подтверждает, что экспертизе нашего ведомства действительно доверяют во всем мире.
ЕАПО сейчас получает статус Международного поискового органа и Органа международной патентной экспертизы в соответствии с Договором о международной патентной кооперации (Patent Cooperation Treaty, PCT). Мы смогли пройти все необходимые проверки, получили положительную рекомендацию от комитета WIPO и ожидаем утверждения решения Ассамблеей Союза PCT в октябре 2021 года. Статус подтвердит зрелость ведомства и качество нашей работы.
— ЕАПО внедряет в практику цифровые инструменты. Каков уровень проникновения технологий в работу организации?
— Сейчас 90% всех заявок на изобретения подается в наше ведомство в электронном виде, тогда как в 2016 году было всего 67%. 80% заявителей ведут и все последующее делопроизводство с ЕАПО полностью в электронной форме. Ну, а сама патентная процедура внутри ЕАПО уже стала полностью безбумажной.
— Насколько сложным был процесс перевода рабочих процессов в цифровой формат?
— Может возникнуть впечатление, что цифровизация зависит только от наличия информационных систем — достаточно их разработать и все сразу изменится. На деле это не так. Необходима готовность непосредственных участников довериться им.
"Все, что может сделать машина, — должна делать машина": за воплощением в жизнь этого принципа стоит немалый труд по анализу технологических процессов. В результате мы видим, как сокращаются трудозатраты служащих и сроки исполнения процедур.
— Какие технологии предстоит внедрить в ЕАПО и какого результата вы ожидаете?
— Хотелось бы активно использовать технологию искусственного интеллекта. Крупнейшие патентные ведомства активно ведут работы в области автоматической классификации и реклассификации патентных документов, проведения патентных поисков — и все это с использованием ИИ.
Не менее важно перейти от оперирования факсимильными копиями документов к работе с оцифрованными текстами на всех этапах ведения делопроизводства. В этом году мы запустили мобильное приложение "ЕАПО Мобайл", в котором заявители могут оперативно посмотреть статус патентной заявки. Мы будем рады, если аналогичные приложения появятся в национальных патентных ведомствах.
— В каком направлении необходимо двигаться национальным ведомствам?
Самым верным решением будет усиление кооперации между ведомствами нашего региона для внедрения единых стандартов и требований к электронной подаче заявок и делопроизводства. Как минимум, любой электронный документ заявки, принимаемый одним ведомством, должен также приниматься другим ведомством. ЕАПО мог бы стать центром сотрудничества ведомств по выработке таких единых стандартов и требований.
Ситуация с пандемией показала, что обмен бумажной корреспонденцией как и физическое присутствие заявителя в офисе можно и нужно максимально заменить на электронное взаимодействие. Это в полной мере относится и к патентным процедурам рассмотрения возражений. Дистанционное решение споров, вероятнее всего, станет более удобным и востребованным форматом и после пандемии. От цифрового века отставать нам нельзя.
