Западный окружной военный суд в Москве приговорил Евгению Беркович и Светлану Петрийчук к шести годам лишения свободы по делу об оправдании терроризма (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ). Именно к такому сроку их просила приговорить прокуратура. Беркович и Петрийчук уже провели в СИЗО больше года — с 5 мая 2023 года.
В их спектакле «Финист Ясный Сокол» о девушках, влюбившихся по переписке в участников ИГИЛ, прокуроры разглядели оправдание терроризма — и одновременно радикальный феминизм. Режиссер и драматург настаивали, что пьеса, наоборот, предупреждает женщин об опасности быть завербованными, пишет Би-би-си.
Помимо срока в колонии, суд на три года запретил Беркович и Петрийчук «заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов электронных и информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети интернет».
Защита намерена обжаловать вынесенный приговор, сообщила после суда адвокат Ксения Карпинская.
«Это решение, конечно, мы будем обжаловать, хотя надежды мало. Но я хочу, чтобы вы знали, что эти девушки абсолютно невиновны. Абсолютно невиновны! И ничего нового в закрытом заседании не было», — заявила Карпинская.
В чем обвиняли создательниц спектакля
«Финист Ясный Сокол» получил премию «Золотая маска» по нескольким номинациям в 2022 году: в том числе лауреатом стала сама автор пьесы Светлана Петрийчук.
Однако на постановку написали донос. Имя доносчика общественности неизвестно, но тем не менее, он приходил в суд свидетелем (и выступал по аудиосвязи с искажением голоса из соседней комнаты под псевдонимом «Никита»).
Его возмутило, что «террористки показаны жертвами, а виновными назначены российское государство и общество».
«Потому что именно они подтолкнули девушек — это следует из их собственных историй — вступить в ИГИЛ, — объяснял он на суде. — Мы получаем вполне направленный посыл: здесь в России плохо женщине, она живет в унижении и без любви. И к этим посылам обращаются террористы. И этот посыл в спектакле никак не отвергается, не критикуется».
На суде «Никиту» спросили, почему он не высказал претензии к пьесе прямо после читки, на которой он ее и увидел, на обсуждении, а вместо этого пошел жаловаться в полицию.
«Был бы шанс, что меня осмеяли или я бы показался дураком», — ответил свидетель.
Еще один донос — уже не скрываясь — на постановку написал молодой нижегородский актер Владимир Карпук. Из-за него в Нижнем Новгороде был сорван показ пьесы. На суде он объяснял, как понял пьесу: герой «советской сказки» Финист там показан как «какой-то хороший моджахед», а от всех русских мужчин, в отличие от мусульман, плохо пахнет.
Карпук настаивал, что авторы подталкивают зрителя к тому, чтобы простить женщин, влюбившихся в исламистов.
«Что они ошиблись, их нужно пожалеть, оправдать, понять и простить. Я не хочу их понимать. Как можно понимать тех, кто помогает террористам», — говорил он.
По ходу суда выяснилось, что Карпук мог вовсе не видеть спектакля, на который жаловался: он не смог описать обстановку в зале и детали постановки, к тому же сообщил, что купил билет «у девушек» на входе в театр, тогда как билеты продавались исключительно в электронном виде.
На чем строилось уголовное дело
Главная опора этого уголовного дела — экспертиза Романа Силантьева. Это человек, придумавший собственную псевдонауку — деструктологию.Про Силантьева также известно, что он сотрудничает с ФСБ.
Про «Финиста» он публично говорил так: «Поступил запрос нам, мол, создается из спектакля такое впечатление, что якобы в ИГИЛ лучше, чем в России. Якобы настолько плохо в нашей стране жить, что надо понять и простить тех девушек, которые предпочли русским молодым людям террористов. Это недопустимо, особенно, когда за это премии театральные дают, когда это пиарится. Даже когда это, простите, люди еврейской национальности делают».
В экспертизе Силантьев утверждает, что «Финист» одновременно оправдывает исламский терроризм и пропагандирует радикальный феминизм.
«В пьесе подчеркивается, что российское общество не лучше ИГИЛ с точки зрения милосердия, но ИГИЛ — это культура подвига, самопожертвования, исполнения своего долга мужчинами, чего невозможно встретить в российском обществе», — сказано в экспертизе.
Как шел суд
Большинство свидетелей, которых вызывало в суд обвинение, в итоге высказывались в защиту девушек. Театральный критик Татьяна Тихоновец объясняла, что «Финист» «предостерегает женщин, которые попали, уловлены представителями запрещенной в России организации ИГИЛ». По ее словам, это была «самая яркая, самая талантливая и самая убедительная пьеса».
Знаменитый советский актер Вениамин Смехов тоже понял «Финиста» как предупреждение, и добавил, что хотел бы «снова увидеть этот талантливый спектакль».
А вот позицию защиты и речи самих подсудимых публика не услышала. В день, когда адвокаты должны были начать представление своих доказательств, судья по просьбе прокуроров закрыл судебное заседание до приговора. С этого момента пускать прессу и слушателей в зал суда перестали, а о происходящем там не имели права рассказать даже адвокаты.
С тех пор о событиях на суде были в курсе только участники процесса. Когда обвинение запросило желаемое наказание обвиняемым, Беркович, выходя из зала под конвоем, показала стоящим в коридоре фотографам шесть пальцев. Так общественность узнала, что подсудимых хотят отправить в колонию на шесть лет.
У Жени Беркович на свободе остаются две приемные дочери подросткового возраста. Девочки, все детство жившие в детдоме и только недавно нашедшие маму, снова ее потеряли, и это сильно вредит их ментальному здоровью, настаивала сторона защиты.
Этим летом читайте нас в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК
