По итогам встречи с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, Дональд Трамп озвучил план прекращения войны в секторе Газа, которая длится почти два года.
Согласно инициативе, после прекращения огня ХАМАС должен в течение трёх дней освободить около 20 заложников и передать тела примерно 50 погибших.
В ответ Израиль отпустит 250 палестинцев, осуждённых на пожизненное заключение, и 1700 задержанных после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года. Также будет произведён обмен телами погибших, пишет Медуза.
План предусматривает амнистию для боевиков ХАМАС, готовых к разоружению и мирному сосуществованию с Израилем. Остальные смогут покинуть Газу.
В регион вновь будет допущена гуманитарная помощь ООН и американо-израильского фонда.
Управление сектором временно перейдёт к технократическому комитету из палестинских и международных экспертов. Он будет подотчётен Совету мира, который возглавит Трамп.
Временное управление продлится до реформирования Палестинской администрации.
Таким образом, представленный Трампом план — это не просто очередная попытка урегулирования затянувшегося конфликта, а амбициозный геополитический проект, в котором пересекаются интересы США, Израиля, арабских стран, международных инвесторов и транснациональных структур.
Фактически речь идет о создании в Газе своеобразного «сигнального проекта» нового типа послевоенного устройства — с жестким контролем, ограниченным суверенитетом, технократическим управлением и внешней поддержкой.
Совет мира, как ключевой орган нового управления Газой, должен не только координировать реформы и безопасность, но и стать инструментом давления на оставшиеся радикальные группы, блокируя любые попытки реванша. Трамп, занявший формальный пост главы Совета, получает уникальный рычаг влияния в регионе — уже вне контекста обычной президентской дипломатии.
Он позиционирует себя как фигуру «над конфликтом», но при этом сохраняет чёткую произраильскую линию.
Многие эксперты расценивают план как попытку окончательно похоронить двухгосударственное решение — идею, которая десятилетиями лежала в основе международных усилий по мирному урегулированию палестино-израильского конфликта.
Формально вопрос о государственности Палестины не закрыт, но в реальности предлагается не независимость, а ограниченная автономия под внешним управлением. Судьба плана во многом зависит от первых недель его реализации. Если ХАМАС примет условия, начнется масштабный обмен и запуск гуманитарной программы.
В противном случае — возможно, Израиль с молчаливого одобрения США продолжит военную операцию до полного уничтожения инфраструктуры сопротивления. Ключевым фактором станет также позиция Ирана, традиционного спонсора ХАМАС и других шиитских группировок в регионе.
Пока официального заявления из Тегерана не поступало, но аналитики предполагают, что Иран может активизировать действия своих прокси — например, «Хезболлы» в Ливане — чтобы сорвать реализацию плана.
План Трампа, независимо от его судьбы, уже сейчас меняет правила игры.
Он выводит США в центр нового ближневосточного баланса, делает Газу ареной международного технократического эксперимента и превращает конфликт в модельную ситуацию, где проверяются новые форматы внешнего управления, дерадикализации и экономического восстановления постконфликтных территорий. Таким образом, обнародование плана именно в этот момент стало своеобразным ответом на политическую изоляцию Израиля на международной арене.
Там, где европейские лидеры предпочитают декларации и символические акты — США под руководством Трампа делают ставку на стратегическое влияние, институциональные механизмы и жесткий реализм. Поддержка Израиля носит не эмоциональный, а структурный характер — она встроена в архитектуру предложенного послевоенного устройства региона.
Для Нетаниягу это — крупная внешнеполитическая победа. Несмотря на усиливающееся давление со стороны международных организаций и западных столиц, он демонстрирует, что у него по-прежнему есть поддержка крупнейшего союзника.
Более того, его курс на отказ от компромиссов с ХАМАС и жесткую линию в отношении палестинской государственности теперь получает международную легитимацию в виде «мирного плана» от бывшего и, возможно, будущего президента США.
Новый план фактически формирует альтернативную дорожную карту урегулирования — без ООН, без прежнего формата мирных соглашений, без обязательств по созданию палестинского государства. И именно этот подход — «сначала безопасность, потом экономика, и только потом политика» — получает молчаливое одобрение ключевых региональных игроков, в том числе тех, кто традиционно поддерживал палестинскую сторону.
Если европейские шаги в сторону признания Палестины будут восприниматься как декларации, не имеющие прямых последствий, то план Трампа, напротив, представляет собой инструмент прямого воздействия на ситуацию на земле. Он меняет контуры послевоенного Ближнего Востока и одновременно открывает для США, Израиля и их союзников доступ к новым формам политического и экономического контроля.
На фоне этого Тель-Авив может себе позволить не спешить: «палестинская проблема» становится управляемой, контролируемой — и, с точки зрения сторонников плана, постепенно теряет остроту.
Этой осенью оставайтесь с нами в Telegram, Facebook, Instagram, Яндекс.Дзен, OK и ВК
