На таджикско-афганской границе снова становится неспокойно, в приграничных афганских провинциях идут бои. Пограничные войска ГКНБ Таджикистана усиливают охрану границы, увеличивают численность пограничников и создают новые заставы.
Недавно было создано новое разведывательное подразделение в составе пограничных войск, перед которым стоит вполне очевидная задача — отслеживать активность боевиков и своевременно предупредить о подготовке прорыва их через таджикско-афганскую границу.
С афганской стороны также просят усилить разведку и обмен разведданными в целях улучшения борьбы с отрядами боевиков.
ОДКБ также прилагает определенные усилия для укрепления обороны; в частности, в мае 2015 года были проведены большие учения контингента КСОР ОДКБ на полигоне Харбмайдон близ Шаартуза по отражению вторжения условной группировки талибов с территории Афганистана. На полигон в рамках этих учений было переброшено 2,5 тысячи человек и около 200 единиц боевой техники, отработаны действия против крупного отряда боевиков.
Казалось бы, граница почти на замке, Силы оперативного реагирования находятся в постоянной готовности, и, в общем, талибам в попытке попробовать Таджикистан на прочность ничего особо не светит. Но все же, достаточно ли этих мер?
Условный противник условно разгромлен
Чтение отчетов ОДКБ о проведении учений невольно вызывает в памяти сводки Совинформбюро. В них живописалось, как совместные силы боролись с талибами: армянские разведчики вступили в первое соприкосновение с противником, кыргызские, белорусские и российские десантники захватили лидера боевиков, по основным силам был нанесен авиационный и артиллерийский удар, а затем боевиков отсекли от границы, взяли в мешок и уничтожили огнем из всего наличного оружия.
Это прекрасно, когда условный противник действует по плану и дает себя разгромить. Только вот в образе действий условного отряда боевиков нет ничего из их обычной тактики, широко применяемой в Афганистане. Талибы вряд ли будут пересекать пограничный Пяндж напротив Шаартуза, а выберут место поудобнее, куда трудно перебросить подкрепление, например в районе Хорога или даже восточнее. Талибы не пойдут напролом, и не будет никакого «выхода остатков основных сил НВФ к переднему краю обороны КСОР ОДКБ», как пишется в отчете. В Афганистане даже крупные отряды боевиков очень редко вступают в лобовое столкновение, предпочитая, встретив сопротивление, разделиться на мелкие отряды и рассеяться в разные стороны ради минимизации своих потерь. Это было видно во время боев за город Кундуз в октябре 2015 года. Когда талибы столкнулись с организованными действиями афганских сил и воздушной поддержкой американцев, они тут же рассеялись по окрестностям города, и сражение свелось к серии мелких стычек. Потом они соберутся в условленном месте сбора и снова будут готовы к нападению.
Более того, известно немало случаев, когда талибы уходили из района, если знали о приближении крупных сил. Например, новый губернатор провинции Тахар Ясин Зия просто собрал колонну и приехал в Талукан по дороге, заблокированной талибами, которые не решились ему помешать. Когда вице-президент Афганистана генерал Абдул Рашид Дустум выступил во главе войск в уезд Куш-Тепа провинции Джаузджан, то боевики попросту бежали, не дожидаясь его появления.
Избегание лобового столкновения с крупными силами – это типичная черта действий отрядов боевиков с самых первых пор Афганской войны 1979–1989 годов. И это вообще характерно для партизанской тактики на любом ТВД. Так что сценарий учений ОДКБ в мае 2015 года, увы, фантастический. Такого не может быть. Успехи в условном уничтожении условного противника, похоже, не особо убедили ГКНБ Таджикистана, который предпочитает другой, проверенный опытом метод обороны границы.
Далее, в хронологии этих учений есть немаловажный момент – сроки переброски подразделений КСОР ОДКБ. Они были подняты по боевой тревоге 12 мая, а развернуты на полигоне Харбмайдон были только 16 мая 2015 года, то есть через три дня. Это слишком много. Опыт сражений в Афганистане показывает, что боевики всегда делают ставку на внезапный, хорошо подготовленный натиск и добиваются основных успехов в первые сутки своей операций. Потому КСОР ОДКБ попросту могут не успеть и прибыть слишком поздно, когда талибы уже начнут рассредоточение и вывод своих отрядов.
Поддержать афганские силы огнем
Потому можно сказать, что учения ОДКБ, сами по себе весьма полезные и нужные, в специфических условиях таджикско-афганского приграничья мало что дают и ситуации в пользу ОДКБ коренным образом не меняют.
Нужен другой способ противостояния угрозе прорыва боевиков из Афганистана. Во-первых, тщательная разведка сопредельной территории во взаимодействии с афганской стороной, что уже сделано ГКНБ Таджикистана. Во-вторых, размещение вблизи границы постоянного контингента КСОР ОДКБ, с необходимым вооружением и техникой, готового выступить в течение полутора-двух часов после получения приказа, численностью около 1000-1500 человек. Тогда есть неслабые шансы перехватить талибский прорыв в самом начале и нанести ему сильный урон. В-третьих, целесообразно создать также авиационную и артиллерийскую группу ОДКБ для оперативной поддержки таджикских пограничников и других наземных сил. Это особенно важно для прикрытия восточной части таджикско-афганской границы, проходящей в труднодоступной местности. В-четвертых, вдоль границы должны быть построены базы, склады с необходимыми запасами и посадочные площадки, необходимые для переброски и развертывания крупного контингента КСОР ОДКБ, если ситуация того потребует. Это позволит силам вступить в бой без раскачки и разгромить нарушителей спокойствия до того, как они сумеют улизнуть обратно через границу.
В этом случае оборона границы будет надежной и прочной, о прорыве боевиков в Центральную Азию можно будет говорить как о гипотезе. В конце концов, если угроза признается действенной, то на нее нужно отвечать адекватными военными мерами.
Далее, на мой взгляд, решение проблемы талибов и боевиков «Исламского государства» в Афганистане должно все же носить кардинальный характер и не сводиться только к обороне. Предпринимаемые меры могут носить и наступательный характер, включая действия на афганской территории по согласованию с афганским правительством и военным командованием. Это могут быть, например, артиллерийские и авиационные удары. Возможности штурмовых вертолетов Ми-24 и Ми-35, РСЗО и в отдельных случаях ствольной артиллерии позволяют наносить удары по боевикам примерно в 100-150-километровой полосе вдоль таджикско-афганской границы. Можно поддержать афганские силы огнем, если им становится туго. Сама по себе возможность попасть под обстрел в этой приграничной зоне приведет боевиков к тому, что они будут избегать заходить в эту зону, и это будет существенная помощь афганским силам в сочетании с резким сокращением угрозы прорыва таджикско-афганской границы.
Понятно, что подобные меры, если они будут выполняться, должны проводиться по соглашению с афганским правительством, в тесном и отлаженном взаимодействии с афганским военным командованием и на основе тщательной разведки. Подобное соглашение – это уже сфера политики и сотрудничества ОДКБ и Афганистана в сфере безопасности.
Конечно, еще полгода или год назад такое предложение показалось бы странным. Но опыт Сирии убедил в том, что боевикам лучше всего противостоять коалицией, с объединением сил и совместными действиями. Тогда они терпят поражение и бегут. По крайней мере стоит сделать такое предложение афганской стороне и обсудить его, поскольку полный разгром боевиков, независимо от того, кому они там присягали, полностью отвечает интересам и Афганистана, и стран — членов ОДКБ.
