Исторические концепции как база для заявления территориальных претензий к Казахстану
Из всех народов и народностей, чье прошлое было, так или иначе, связано с Великой степью, у казахов самая загадочная история. Очень она загадочна в том смысле, что знакомство с ее общепринятым к настоящему времени изложением не столько дает сколько-нибудь целостное представление, сколько порождает массу вопросов.
Но до сих пор даже наименее сведущий любитель прошлого легко может загнать в тупик своими вопросами на данную тему самых авторитетных светил казаховедения. Откуда взялся этноним «казахи» и что общего у него с этнонимом «казаки»? Каковы момент и обстоятельства возникновения казахских жузов? В период монгольского нашествия предки казахов героически защищали Отрар или геройски штурмовали его? Таких вопросов много. И до настоящего времени нет вразумительных ответов на них. Более того, сами специалисты по казахской истории признают, что эти вопросы остаются открытыми. Мало того, с течением их ряды не уменьшаются, а, наоборот, даже увеличиваются.
Китайцы считают, предками казахов были племена «ушу» (wushu tribes)Некоторое несколько лет тому назад на страницах газеты «Доживем до понедельника» ее автор Шах-Мурат КУАНГАНОВ выступил со статьей с таким примечательным заголовком «У ШУ китайцы украли у казахов!» (рубрика «Популярная история», №44, 2002 г.). Там он пишет так: «Древние считали, что шумовые инструменты обладают мифической силой. Отдельно «у» на тюркском означает яд, отрава, «шу» — шум, тогда «у шу» будет означать ядовитый, отравляющий шум. Таким это слово вошло в литературный сегодняшний язык казахов (тюрков). Вид спортивного единоборства ушу, также включающий шумовые эффекты, был заимствован китайцами у кочевников».
Но украсть – это втихую забрать и присвоить, а потом выдавать по прошествии времени за свое собственное. Но попытка же проверить правомерность этой версии посредством обращения к китайским источникам не столько проясняет ситуация, сколько порождает еще больше вопросов. Другими словами – тем паче запутывает ситуацию.Потому что тамошняя историческая науки считает казахов потомками древних племен как раз под названием «ушу» (Wushu tribes). По ее данным, их прародина находится в районе прохода (коридора) Хекси к западу от Желтой реки, на территории провинции Ганьсу («Chinese Nationalities. Kazakh Minority» paulnoll.com). Кстати сказать, в тех же местах находятся пещеры Дуньхуан с их обнаруженными в начале XX века богатейшими историческими памятниками. А рядом — Юйшу-Тибетский автономный округ.»Юйшу» — это то же самое, что «ушу» или «wushu». Но то, насколько все это могло бы иметь отношение к истории казахов, по эту сторону границ, отделяющих синосферу (китайской сферы) от пространства евросферы или, иными словами, Китай от бывшего СССР и нынешнего СНГ, мало кого, видимо, интересует. А вопрос, тем не менее, остается.
Армяне утверждают, что в Закавказье казахи появились в XVI векеА вот еще один вопрос. В актуальном плане он в большей степени относится не к казахстанской или центрально-азиатской, а к закавказской реальности. Если быть точней – к армяно-азербайджанским отношениям. Армянская версия возникновения на территории Азербайджана Казахского района выглядит так: «В XVI веке персидские шахи с целью обезопасить свои тылы от часто восстававших христианских народов, армян и грузин, поселили на армянских пастбищах племена казахов и шамшадинских татар, и бывшие армянские провинции стали называться согласно их названиям» («Republic of Armenia, Tavush Region, History», tavush.am/history). Речь в данном случае не только о названном районе, а об достаточно обширном регионе в Закавказье. В настоящее время его пределы включают в себя Казахский район Азербайджана и Тавушский марз Армении.
Академическая историческая наука никак не комментирует такие данные. Она просто игнорирует их постольку, поскольку они не укладываются в канву русско-европейской концепции казахской истории. Но другой ее такой концепции, которая бы принималась всерьез к рассмотрению учеными кругами России и современного Запада нет. Поэтому даже самые серьезные и признанные в международной научной среде казахские историки продолжают оценивать и реконструировать прошлое казахов в русле его видения из Москвы и прочих мест евроцентристского видения истории Великой степи.
По этой единственной признанной почти всеми, кроме некоторых собственно казахских ученых, концепции нет никакой нужды принимать к вниманию и рассмотрению представления самих казахов о своем прошлом, сохранившихся в их памяти определенным образом исторических лиц и событий, их багаж знаний в виде фольклора и т.п. Более того, те, кто руководствуется ею, игнорируют и те разрозненные данные из самых разных источников, которые указывают на длительное пребывание казахов в разных концах Евразии за пределами территории современного Казахстана.
Эти люди говорят о нас, слушая только себяНо при этом они же не упускают случая заявить, что в той или иной его части сами казахи появились после славян или, иными словами, оседлого европейского населения. Таким образом, эта концепция и жесткое настаивание на том, чтобы те, кто выходит за ее рамки в своих исследованиях по истории казахов, не признавались серьезными учеными, по сути дела, являются базой для заявления территориальных претензий к Казахстану. То это — вовсе не безобидная вещь. Люди, говоря о нас и о нашей истории, слушают только себя. От нас же они берут только то, что соответствует их представлениям о себе.
Вот, к примеру, почти 80 лет тому назад писал М.Тынышбаев, автор едва ли не самого первого всеобъемлющего труда по казахской истории, написанного казахом же: «У нас до сих пор почти совершенно отсутствует серьезная популярно изложенная и по содержанию отвечающая своему названию литература по изучению прошлого казахов. Большинство из тех немногих исследований, если не считать работу Вельяминова-Зернова, Левшина и отчасти академика Бартольда, Аристова, являются архивным материалом, повторением и успешным исковерканием напечатанной прежде «истории казахов». Единственным и главным достоинством их являлась тенденциозность, дух противоречия, обслуживание и обоснование преступной политики царизма». [/B](«История киргиз-казакского народа», 30.05.1925 г.).
Он надеялся, что в дальнейшем сложится иное отношение к истории казахов. Поэтому, видимо, и взялся за такой труд, хотя по своей профессии являлся инженером-железнодорожником… Сейчас по прошествии восьми десятилетий можно заключить, что надежды на такие перемены оказалась иллюзорны. Не стало не только царского режима, но и пришедшей ему взамен советской власти. Казахстан 15-й год существует как независимое государство. А Россия столько же – как демократическое федеративное государство. А воз, так сказать, поныне там.
Особенно огорчительно с точки зрения интересов задачи, предполагающей изучение той части истории казахов, которая связана с Южно-Русскими степями. Там, как известно, обширные тучные пастбища и едва ли не самый лучший в мире чернозем. Так вот, согласно современной российской исторической концепции, эти земли пустовали до тех пор, пока их не стали осваивать люди русско-славянского происхождения. Правда, в последнее время в той же России появились такие авторы, которую пытаются сокрушить ее. То есть — ту самую концепцию.
Г.В.Носовский и А.Т.Фоменко полагают, что Казахстан — это казачья областьПоговорим о казацко-казахской версии Г.В.Носовского и А.Т.Фоменко. В современной российской научной и общественно-политической среде у этих авторов скандальная известность. Но их суждения конкретно о казахах вовсе не лишены здравого смысла. Возьмем, к примеру, такой пассаж: «В 1605 году на Руси началась Великая смута. В 1613 году произошел резкий перелом русской истории — на престол взошла «западническая» династия РомановыхЗахарьиных-Юрьевых Они-то и написали «вчерне» современную нам версию русской истории — при царе Михаиле и патриархе Филарете, а может быть, и позже… При Романовых-Захарьиных-Юрьевых была изгнана казачья Орда из пределов Московского государства, что и знаменовало конец старой русской династии Остатки неподчинившихся войск древней империи = Орды были оттеснены от центра Московского княжества В результате сегодня мы видим исконно казачьи области не в центре России, а вдали от него Все эти казачьи регионы — наследие древней русской-монгольской Орды. Например, Казахстан — это просто Казак-Стан, то есть казачья область (казачья стоянка, стан)» («Кто и когда исказил истинную картину русской истории?
Романовы-Захарьины-Юрьевы и их роль в отечественном летописании»). Обратим внимание на места из этой цитаты, где говорится о «казачьих областях», которые находились раньше в «центре России», в «центре Московского княжества».
В статье под названием «Казахский след в Чечне и на Северном Кавказе» , опубликованной здесь, на сайте «Диалог», на прошлой неделе, мы говорили, помимо прочего, о татарах Мещеры, этого края, расположенного между реками Клязьма, Москва, Ока и Судогда, то есть в самом сердце России, которые имеют куда больше общего с казахами, чем с казанскими татарами. Эти мещеряки потом почему частью удалились на Дон и стали основой для формирования Донского казачества. Частью – они остались на прежнем месте обитания и постепенно ассимилировались с местным населением русско-славянского и финско-угорского происхождения. Но обычаи, удивительно схожие с казахскими в их среде живы до сих пор. Вот всего лишь одно свидетельство: «У нас, татар-мишар, родственные чувства очень сильны. Мишары знают своих потомков в семи поколениях» (Загфяр ФАХРУТДИНОВ «Материнский наказ», «Республика Татарстан» № 226-227, 14 ноября 2002 г.)…
Описанная выше цепь событий, которая, кстати, подтверждается историческими фактами, вполне укладывается в канву версии Г.В.Носовского и А.Т.Фоменко о казаках и казахах. Казахи уже в давние времена были явно хорошо известны не только в Китае или, скажем, в Закавказье, но и также в тех областях, которые принято считать исконно российскими или русско-славянскими. Но официальная историография этого не признает. Из-за такого непризнания даже в самых солидных академических трудах появляются казусы, вызывающие, по меньшей мере, изрядное недоумение. К примеру, в статье о ногайцах из энциклопедического издания «Народы России» (гл. редактор В. А. Тишков, М.1994 г.) говорится так: каз»Развит фольклор: богатырские поэмы (Ахмед сын Айсыла, Копланлы батыр, Эдиге, Мамай, Манаша, Аманхор и др.), обрядовая поэзия (родильные, свадебные, трудовые и др. песни, песни-оплакивания), лирические дестаны (Боз йигит, Козы-Крпеш, Боян Слу и др.), казацкие песни (къазакъ йырлары)». И козе, как говорится, понятно, что здесь «къазакъ йырлары» – это «&*1179;аза&*1179; жырлары» или казахские эпосы. Но российская научная и общественно-политическая мысль с такой реальностью никак не хочет считаться. Поэтому «къазакъ йырлары» превращаются в «казацкие песни». Так что то, что и козе понятно, российской академической науке и в голову не приходит…
